V - Вампирский код чести

Глава 3. Правила его мира

Бронированный внедорожник, черный и безликий, как сама ночь, мчался по спящим артериям мегаполиса. Город, который Анна знала как свои пять пальцев, теперь казался ей чужим, отчужденным и враждебным. Каждый темный переулок, каждый силуэт в окне соседней машины, каждый отблеск луны на мокром асфальте — все теперь таило в себе потенциальную угрозу. Она сидела на заднем сиденье, прижавшись к дверце, стараясь максимально дистанцироваться от Дамиана, который расположился напротив. Его глаза были закрыты, но она сомневалась, что он спит. Его тело, все еще ослабленное, но уже излучавшее прежнюю, звериную мощь, казалось, впитывало саму тьму, наполняя ею тесное пространство салона. Он был подобен древнему идолу, высеченному из мрамора и тени, и его присутствие было одновременно подавляющим и завораживающим.

Кирилл, сидевший за рулем, периодически бросал на нее оценивающие взгляды через зеркало заднего вида. В них не было открытой враждебности, скорее — холодное любопытство, как к новому, не до конца изученному оружию или экзотическому животному, привезенному из дальних стран. Он оценивал ее не как человека, а как актив, как переменную в сложном уравнении власти и выживания.

Анна смотрела в окно, пытаясь уловить знакомые ориентиры, но вскоре поняла, что их везут в старый промышленный район, место, где время, казалось, остановилось давным давно. Заброшенные фабрики с выбитыми окнами, ржавые железнодорожные пути, поросшие бурьяном, и мрачные, неосвещенные улицы. Грузовик свернул в неприметные ворота какого-то склада, заросшие граффити, и, проехав по внутреннему двору, въехал в огромный, полутемный ангар. Ворота за ними медленно и бесшумно закрылись, отсекая последнюю связь с внешним миром. Это было похоже на погружение в чрево какого-то гигантского, спящего механизма.

Когда двигатель заглох, воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием старых ламп дневного света под высоким потолком. Ангар был не просто пустым пространством. Он был превращен в нечто среднее между штаб-квартирой, арсеналом, лабораторией и жилой зоной. Вдоль стен стояли ряды мониторов, показывающие кадры с камер наблюдения со всего города, схемы и графики, непонятные для непосвященного. На столах были разложены детализированные карты, современное и антикварное оружие, странные древние артефакты, соседствующие с последними моделями гаджетов. В отдалении виднелись несколько оборудованных спальных мест, а в центре — массивный стальной стол, вокруг которого могли собраться два десятка человек. Воздух был насыщен запахами: озон от электроники, оружейная смазка, старая пыль, сладковатый, металлический запах крови, который, казалось, пропитал сами стены, и под ним — едва уловимый аромат ладана и сушеных трав, словно кто-то пытался заглушить саму суть этого места.

Но больше всего Анну поразили люди. Вернее, существа. Их было десять-пятнадцать. Все — с той же неестественной, фарфоровой бледностью кожи, с той же скрытой, пружинящей силой в движениях, которая выдавала в них хищников. Их взгляды, холодные и оценивающие, были прикованы к ней, когда она выходила из машины. Она чувствовала себя мышью в клетке со змеями. Некоторые смотрели с безразличием, другие — с нескрываемым любопытством, а иные — с такой голодной алчностью, что по ее спине пробежал ледяной холодок. Она была для них не просто человеком. Она была едой. Напоминанием о тепле, жизни и крови, которая текла в ее жилах.

Дамиан, с видимым усилием, но без тени слабости, вышел следом. Его появление мгновенно изменило атмосферу. Все выпрямились, их позы выражали готовность и подчинение. Он был их лидером. Альфой. Хозяином этой стаи. И его ранение нисколько не поколебало этот авторитет; напротив, оно, казалось, подчеркивало его силу — он выжил, он вернулся.

— Доктор Анна будет нашим гостем, — произнес Дамиан, его голос, тихий, но отчетливый, прокатился по ангару, заставляя воздух вибрировать. В его интонации не было приветствия, только констатация факта. — Ее безопасность — приоритет. Ее слова по медицинским вопросам — закон. Кто посмеет причинить ей вред, ответит передо мной. Лично.

Его слова не были угрозой. Это было просто фактом, от которого по спине у Анны пробежали мурашки. Она была под защитой, но эта защита ощущалась как золотая клетка, как клеймо, которое отмечало ее как его собственность. Она видела, как некоторые из вампиров, особенно молодые и дерзкие, обменялись быстрыми, неодобрительными взглядами. Идея подчиняться человеку была для них оскорбительной.

Он повернулся к Кириллу, который стоял в почтительной позе.
—Организуй ей помещение. И чтобы кто-нибудь принес еду, воду, все необходимое. Она устала.
—Будет выполнено, босс, — кивнул Кирилл.

Затем Дамиан, не оглядываясь, направился вглубь ангара, к замаскированной в стене металлической двери. Он, казалось, забыл о ее существовании, полностью переключившись на дела своего клана. Он был правителем, вернувшимся в свое королевство, и теперь его ждали дела государственной важности. Анна смотрела, как он уходит, и чувствовала странное опустошение. Он был единственной хоть сколько-нибудь знакомой точкой в этом диком море.

Кирилл жестом показал Анне следовать за ним. Он провел ее через ангар, мимо молчаливых вампиров, чьи взгляды буквально прожигали ее кожу. Она чувствовала на себе тяжесть их любопытства, смешанного с недоверием и, у некоторых, с открытой враждебностью. Они вышли в узкий бетонный коридор, освещенный тусклыми светодиодными лампами. Стены были голыми, лишь кое-где виднелись следы от старых коммуникаций. Кирилл открыл одну из многочисленных одинаковых дверей.

— Ваши апартаменты, доктор, — произнес он с легкой, почти незаметной иронией в голосе.

Комната была спартанской, но чистой: простая кровать с серым бельем, металлический стол и стул, небольшая смежная душевая кабина из нержавеющей стали. Никаких украшений, никаких следов личности. Это была камера. Удобная комфортная, но все же камера. На столе стояла бутылка воды и лежало несколько шоколадных батончиков.