В вихре безумного танго

***

Как-то раз после работы шла Лия по заснеженной аллее с пластиковым стаканом ароматного горячего шоколада. Она шагала не спеша, как бы наслаждаясь пешей прогулкой по городу. Белые снежинки сыпались с небес, путались в волосах, таяли на тёплой коже, растворялись в ёмкости с напитком, налипали на ресницы. Под сапогами скрипел снег, а лицо пощипывало от мороза.
«Интересно, вспоминает ли обо мне хоть кто-нибудь? — увлечённо думала Лия.— Скорее всего, нет. Тогда почему я должна думать о тех, кто не думает обо мне?..».
Уже смеркалось, и вечерние улицы утопали в холодном сиреневом свете. Цветы с клумб уже давно убрали, и вместо них из снега торчали лишь короткие сухие стебельки.
На набережной было ещё холоднее, но Лия брела по снегу, как одинокая странница, именно туда. Ей хотелось полюбоваться вечерним морем, поэтому она старалась не обращать внимание на жестокий мороз, который струился по ветру со стороны моря и немилосердно жалил неприкрытую кожу.
Уже находясь на набережной, девушка совсем озябла, пока пробиралась сквозь снег, отбрасывая рукой снежинки с глаз, как вдруг услышала откуда-то со стороны и снизу какую-то приглушённую мелодию, знакомую с детства.
Она присела на корточки рядом с ближайшим деревом и, обхватив голову обеими руками, подумала: «Может быть, это слуховые галлюцинации, ведь в последнее время нервы очень расшатаны?..».
А мелодия всё настойчивее продолжала литься непонятно откуда.
Лия осторожно поднялась с корточек и, придя в себя, повернула голову влево в поисках источника звука, да так и подпрыгнула на месте, испуганная увиденным: позади пустующей скамейки, в небольшом углублении, лежал и светился разными цветами чей-то мобильный телефон, щедро присыпанный декабрьским снегом.
«Наверное, кто-то обронил телефон, когда так же, как и я, прогуливался по ослепительно белоснежной набережной»,— пролетело у неё в голове.
Лия зашла за скамейку и, опасливо наклонившись над чужим телефоном, подняла его, смахнула снег с его поверхности и напряжённым, непослушным пальцем нажала зелёную кнопку ответа, и дрожащей рукой боязливо поднесла аппарат к уху.
— Алё,— еле слышно сказала она.
— Лиечка, наша милая маленькая девочка,— раздался из трубки плачущий, до боли знакомый женский голос.— Умоляю, ты только не клади трубку! Я лишь хочу сказать тебе, что мы смертельно скучаем по тебе, родная!.. Когда ты к нам придёшь? Мы так тебя заждались…— Тут в трубке зашипело, и связь предательски оборвалась.
Напрасно кричала Лия в трубку, пытаясь понять, кто же с ней говорил. Было уже бесполезно.
Она обессиленно плюхнулась в небольшой сугроб, наметённый декабрём, и, вновь схватившись за голову обеими руками, крепко зажмурилась и зашлась в рыданиях.
Никто, кроме ветра, не слышал её; в этот вечерний час на набережной больше не было ни души.
Вдруг телефон зазвонил снова.
Не глядя на экран, Лия приняла вызов и пронзительно закричала в трубку, громко всхлипывая:
— Мама, мамочка, я узнала тебя!
— Никакая я вам не мама,— услышала Лия чей-то чужой ледяной женский голос, неприятный, бездушный, отчего она с отвращением отпрянула от трубки.— А вы, собственно, кто? И что мой мобильник делает у вас?
— Я — Лия,— сказала Лия.— Ваш телефон я случайно нашла в снегу, на набережной.
— Ах вот оно что! — тот же холодный голос надменно усмехнулся с явным недоверием.— Я всё поняла: вы, видимо, собирались заполучить на халяву ценную находку. Конечно, какой дурак откажется от такого? Скорее всего, если бы я не позвонила на свой номер, мобильник так и остался бы у вас. Не так ли?
— Да как вы смеете! — в сердцах выкрикнула Лия.— Вы ведь совершенно не знаете меня! Ваш телефон мне и задаром не нужен. Завтра же я хотела обратиться в полицию, чтоб нашли владельца находки.
В телефонной трубке воцарилась давящая тишина. На линии было слышно какие-то помехи, но щелчка отбоя не последовало.
— Ради бога, простите, коли так,— незнакомый голос заметно потеплел, вмиг улетучилась ледяная надменность.— Мне так повезло, что мой мобильник нашёл такой порядочный человек, как вы, Лия. Спасибо вам! Кстати, меня зовут Виолина. Очень приятно познакомиться!
— Я не держу на вас обиду,— улыбнулась Лия.— Вас тоже можно понять, тем более что на свете хватает кретинов. Сможете ли вы в ближайшее время прибыть сюда, на набережную?
— Да, конечно, Лия,— ответила Виолина.— В течение двадцати минут мы с мужем Егором подойдём. Но… Как я узнаю вас?
— Я одета в длинную рыжую лисью шубу и чёрную шапку.
— А в каком именно районе вы находитесь?
— На Лермонтовском бульваре. Я буду стоять у парапета рядом со скульптурой «Старый маячник».
— Я поняла вас,— с нежностью сказала Виолина.— Скоро будем на месте.
Лия подошла к парапету. Было уже не до моря. Она быстро пробежалась глазами по прибрежным волнам. От всего этого завораживающего волшебного зимнего пейзажа кружилась её голова, безумные вихри лёгкого снежного пуха, перемешиваясь с моросящим дождём, плясали вокруг неё.
Она повернулась к морю спиной и опёрлась локтями на парапет.
Лия думала о чём-то своём, когда заметила направляющихся к ней женщину среднего роста и довольно высокого мужчину крепкого телосложения.
Супруги искренне поблагодарили Лию и предложили поужинать в кафе «Абориген», находящемся неподалёку от Лермонтовского бульвара.
Лия и Виолина с Егором расположились за самым последним столиком, заказав огромную пиццу.
В этот момент девушке неожиданно позвонил Андрей.
— Лия, добрый вечер! — сказал он.— Недавно на набережной в компании некоего мужчины и какой-то женщины ты была замечена моим коллегой по музыкальной группе Никитой. Не обознался ли он?
— Видишь ли, Андрюш,— взволнованно сказала Лия,— это действительно была я.
— Что?! — вскричал перепуганный Андрей.— Почему ты не дома? Где ты? Кто эти люди?
Виолина тактично взяла телефон Лии и, представившись, обрисовала ситуацию и дала Андрею понять, что Лия в безопасности.
Примерно через час в кафе явился Андрей. Он быстро нашёл свою Лию, оживлённо беседующую с Виолиной и Егором.
— Андрей, ты здесь! — В порыве чувств Лия бросилась в объятия любимого и разрыдалась.— Наверное, ты не поверишь мне, но из телефонной трубки я слышала голос своей покойной матери. Она разговаривала со мной, представляешь?.. Мамочка призналась, что очень соскучилась по мне и даже спросила, когда я приду…
— О Господи, только не это!!! — закричал Андрей так пронзительно, что все обернулись и в кафе воцарилась тишина, а Лия потеряла дар речи и растерянно хлопала глазами. Задрожав всем телом, он схватился за волосы, и вдруг у него из глаз брызнули горячие слёзы жалости.— Боже, какой же я идиот! Как же я мог?.. Я никогда не прощу себе этого. Это именно я виноват во всём… Если бы я постоянно был рядом с тобой, ничего подобного не произошло бы. Умоляю тебя, милая, прости меня, негодяя, за всё, если сможешь!.. Я обещаю: больше я никогда-никогда не оставлю тебя одну…
Андрей рухнул на колени и долго плакал, как малое дитя, обхватив её ноги и уткнувшись ей в бедро.
Почти все, кто был в кафе, прослезились, глядя на раскаивающегося Андрея, в том числе Виолина, ведь так мало осталось на этом свете по-настоящему искренней любви…
— Браток,— обратился к Андрею Егор,— если честно, я не совсем понимаю причин ваших столь горьких слёз. Пожалуйста, очнитесь, прошу вас! Неужели вы не видите, что с вашей Лией всё в порядке, она жива и невредима! С другой стороны, я прекрасно понимаю вас, ведь если бы нас с Виолиночкой не оказалось рядом, неизвестно, чем всё кончилось бы. Перестаньте, Андрей! На нас смотрит всё кафе.
Спустя десять минут все уже сидели за столиком, ели пиццу и охотно общались друг с другом на разные темы.
Все четверо были настолько рады знакомству, что Егор и Андрей заказали бутылку красного сухого вина известной марки в надежде, что оно поможет им немного расслабиться и получить удовольствие от сегодняшнего вечера.
Откашлявшись, Егор звонко постучал ложкой по бокалу с вином, заставив Андрея, Виолину и Лию замолчать, и, притянув к себе их взоры, взял его за тонкую ножку, поднялся и заговорил:
— Друзья! Попрошу уделить мне минуточку внимания! От лица всей нашей семьи я хотел бы выразить глубокую, безмерную благодарность Лие за то, что она безвозмездно вернула моей супруге найденный телефон. Этот мобильник безумно дорог нам, ведь когда-то я подарил его Виолине на юбилей. Лия проявила благородство и поступила порядочно. Очень редко встречаются на жизненном пути такие чудесные люди. И в нашей с Виолинкой жизни такое впервые. Лия, в знак признательности примите денежное вознаграждение.— Он гордо вынул из кармана пухлую пачку денег, видимо, приготовленную заранее, и положил перед Лией.
— Как вам не стыдно?! — откровенно возмутилась Лия, подскочила с места и недоумевающими глазами уставилась на новых знакомых.— Неужто вы и впрямь считаете, что я честно возвратила находку только ради денег?! Немедленно уберите их! Пожалуй, нам пора. Идём, Андрей!
Однако тот не шелохнулся.
— Пожалуйста, солнышко, успокойся, присядь,— мягко сказал Лие Солновицкий.— Я более чем уверен, что он не хотел обидеть ни меня, ни тебя.— Он украдкой подмигнул соседу по столу, после чего тот спрятал деньги.— Скажите, Егор, мы же не ошиблись в вас?
— Да нет, конечно,— в замешательстве ответил Егор.— Мы ни в коем случае не собирались оскорблять Лию. У нас и в мыслях не было проявить к ней неуважение. Мы же не думали, что она так отреагирует. Деньги мы с Виолиной предложили от всей души, так как сегодня это актуально. Но Лиенька оказалась не совсем современной девушкой, чему я приятно изумлён. То, что она отвергла такую весьма щедрую награду, лишний раз доказывает, насколько она порядочная. Вынужден признать, что эта девушка, как никто другой, заслуживает уважения. Прошу простить меня за бестактность.
— Но каким образом тогда мы отблагодарим вас, Лия, если вы отказываетесь от денег? — непонимающе развела руками Виолина.
— Для начала я предлагаю перейти на «ты»,— сказала Лия и села.— Так мы станем ближе друг к другу. Согласны?
Супружеская чета улыбнулась и безмолвно кивнула.
Лицо Лии осветила слабая тень улыбки, и она продолжила:
— Не знаю, как Андрюха, а я реально искренне рада знакомству с вами, Егор и Виолина. Поэтому единственный способ, которым вы могли бы отблагодарить меня,— это простое человеческое общение. Уж от такого вознаграждения я точно не откажусь.
— Я тоже хочу кое-что добавить,— тихо, как-то задумчиво-печально промолвил с нежным трепетом в голосе Егор.— Я полностью солидарен с Лией и считаю, что отныне мы не должны расставаться. Давайте будем дружить семьями? Полагаю, что общение с таким прекрасным человеком, как Лия, принесёт всем нам только пользу и, конечно, вдохновение на совершение добрых поступков. Андрей, тебе несказанно повезло, что ты встретил такую чудную девушку! Так выпьем же за всё хорошее, что ждёт всех нас!