В юрисдикции тирана или Галя делает массаж

Глава 1

Глава 1

Припадочного красавца звали Алек Юзеф, князь Радвилл- Камендаш. Для домашних – Алек. Для меня – супруг мой.

Я Мария Кариэтта, княгиня Радвилл- Камендаш, в девичестве Гризенгаль – дочь очень богатого торговца и простолюдинка.

Вот эта вот неожиданная информация появилась в моём разуме в тот самый момент, когда «супруг мой» схватил меня за грудки и пожелал доброго здоровья. В смысле – пришибить меня угрожал, гадёныш породистый.

Ну, а как иначе можно истолковать его слова?!

Не знаю, что было более неожиданным. Понять, что вот этот вот холёный красавчик с чего-то является моим законным супругом, или осознать себя в юном хрупком теле несчастной девушки, ставшей заложницей амбиций собственного отца и карточных долгов князя Алека?

Наверное, всё вместе.

Так вот, сознание моё, ошалев от радостных новостей, решило вырубить меня, пока само не разберётся с ситуацией.

А может и не сознание это было вовсе, а заботливое подсознание, которое хранит нас – людей и человеков – с незапамятных времён. С тех самых, когда мы лохматыми неандертальцами по пещерам скитались.

Три дня я, то проваливалась во мглу собственного сознания, металась на простынях и кричала. То, придя в себя, безучастно взирала на богато убранную комнату.

Единственный человек, который неотступно был рядом – это маленькая пухленькая девушка. Её тревожный взгляд я ловила, когда ненадолго приходила в себя.

Тут же мокрая тряпка оказывалась на моём лице, бледная от переживаний девушка торопливо обтирала меня и пришёптывала чуть слышно:

— Вот и проснулась, княгинюшка. Вот мы сейчас тебя оботрём, всё полегше станет. А потом мы выпьем горяченького бульона…я специально курочку трёхлетнюю приказала освежевать. С корешками, с травками долгонько варила, как бабка меня учила.

Я терпеливо сносила её ухаживания и дурацкое обращение «княгинюшка», надеясь, что всё происходящее это просто сон. Послушно глотала пару ложек бульона и снова проваливалась во тьму.

На четвёртый день, ранний рассвет принёс мне исцеление.

Разум мой, потягиваясь, как сытый кот, удобно разместился в чужом теле. Распаковал всю информацию, подтянул чужую память, которая теперь пыталась мне что-то показать, и вернул меня в бытиё.

Заботливый, зараза.

Лёжа в кровати и вспоминая последние минуты своей привычной и любимой жизни, я с каким-то равнодушием поняла, что произошло.

Бомба замедленного действия, которая тикала в моей шальной голове последние двадцать пять лет, наконец, отсчитала последние секунды и взорвалась.

Аневризма артерии головного мозга.

Лютая бессимптомная гадость, обнаруженная совершенно случайно, а в моём случае ещё и не операбельная.

М-да, знала я, что рано или поздно это произойдёт, а всё равно – неожиданно и неприятно. Я даже не удалила из компьютера историю посещений, да и на море не съездила в последний раз. Такую путёвку уже присмотрела…эх!

Только одно меня если не пугало, то очень удивляло – как я, Тулина Галина Петровна пятидесяти двух лет от роду, оказалась в теле юной барышни? Это что ещё за посмертие такое странное? Кто так крутанул колесо Сансары, что меня вынесло, не пойми куда?

Кто из нас двоих – я или эта несчастная девочка – не выполнили главное предназначение своей жизни? Кто из нас соль в поезде не передал? Для чего всё это подселение в коммуналку из живого человеческого тела? И где сама девчушка? В смысле, душа или разум…где её сознание?

Заботливый разум, вальяжным котом развалившийся в голове, как-то не давал мне ответа, предлагая самой разобраться в проблеме.

А и разберусь! Если и не разберусь, то хотя бы постараюсь выжить, что при наличии припадочного мужика под боком, который явно не любовью ко мне пылает, ой, как не просто!

Зря меня, что ли, в новое тело закинули? Выживу, обязательно выживу.

Первым делом следовало проверить функции моего нового обиталища. Люди, которые в коме были, и то не сразу могут полноценно управлять своим телом, а тут вообще – тело чужое, разум чужой…как там винтики со шпунтиками соединились? В смысле базальные ганглии, мозжечок и моё сознание.

Не хотелось бы дёргаться при ходьбе, как болванчик на заднем стекле машины.

В комнате, на моё счастье, было пусто. Суетливая девушка убежала куда-то по своим делам. Видимо, пошла сварить новый бульон и принести свежей воды для умывания меня болезной. Это хорошо, значит, никто не сможет помешать моим экспериментам.

Первым делом я попыталась сесть. Получилось, хоть и не без труда. Вытянула руки перед собой. Пошевелила пальцами. Согнула руки в локтях, разогнула.

Работают и повинуются!

Дальше больше. Откинула одеяло, осторожно спустила ноги на пол. Почувствовала гладкость и прохладу деревянного пола. Есть!

Чувствительность превосходная!

Сжала и разжала пальцы на ногах, крепко поставила стопы и рывком поднялась с кровати.

Да!

Ой!

Брякнулась обратно на кровать.

— А потому что думать надо, Петровна, когда после долгого лежания с кровати встаёшь, — мысленно поругала я сама себя, — кто ж так скачет? Какая голова это выдержит?

Естественно, после такой горячки и всех этих странностей с перемещением сознания, моё резвое подпрыгивание привело только к одному – в глазах потемнело, заколотилось сердце, закружилась голова и я потеряла равновесие. В народе говорят – маяк словила. Вот я и словила. Ну, ничего, умнее буду.

Я отдышалась. Упёрлась ладонями в мягкий матрас и ме-едленно поднялась на ноги.

Вот теперь хорошо!

Сделала несколько шагов, привыкая к новому телу. Покрутила шеей. Присела пару раз…

Вердикт – винтики и шпунтики встали, как должно. Я и это тело единое целое. Только слабость сильная. Оно и не мудрено. Так температурить три дня – никакой организм не выдержит.

Непривычно, но жить можно.

Я медленно, чтобы не спровоцировать очередной маяк, прошла к окну, отдёрнула тяжёлые занавеси и распахнула створки.