V - значит наvсегда

НОВЫЙ ПОВОРОТ

Всё ухудшилось в тысячу раз. И впервые за последнее время Иви по-настоящему испытала усталость, но не физическую, обычно приходящую после изнурительного рабочего дня, а моральную, с которой справиться было гораздо труднее. Девушка уже больше часа топталась по мокрому и холодному асфальту, таская за собой маленький чёрный чемодан на колёсиках. Она обошла чуть ли не полгорода, стараясь придумать, где бы ей лучше остановиться. Но большинство хороших отелей было либо уже битком заполнено внезапно хлынувшим потоком переселенцев из пригорода, либо обладало непомерной платой, позволить которую Иви себе не могла. Снимать же квартиру оказалось втрое дороже брони самого обычного отельного номера.

Сначала Иви хотела обратиться за помощью к Финчу, но посчитала своё общение с комиссаром и без того чересчур навязчивым. А кроме него, друзей или хотя бы элементарных знакомых у неё не нашлось. В крайнем случае, их можно было бы пересчитать по пальцам, но обратись она к ним, те тут же придумали бы тысячу и один способ вежливо отказать ей в соседстве, даже если бы занимали огромнейшие апартаменты и наслаждались их размерами в одиночку. Вернуть же прежнее жильё Иви уже отчаялась. Особенно после того, как три её петиции Премьер-министру и четыре мэру безосновательно отклонили.

Однако девушка переживала вовсе не из-за потери крыши над головой. Её беспокоило кое-что, и это кое-что никак не давало ей покоя. Что стало с теми безумцами в масках? Удалось ли Иви ранить хотя бы одного из них, и если да, то кого именно? Но самое главное, как и кем был убит Скотт? Ведь девушка собственными глазами видела, как два подражателя Вэ сцепились между собой, и ни один из них не обратил внимания на скорчившегося от страха Оллмана. Однако босс превратился в хладный труп. И его точно убил кто-то другой. То есть не безумец в маске, которого все опасались столь долгое время.

В первые минуты, когда Иви осознала, что Скотт действительно мёртв, то решила, что это она каким-то образом попала в него, выстрелив из его же пистолета. Девушка впала в панику и дрожащими руками принялась вертеть обмякшее тело, чтобы отыскать следы пуль. Но ни их, ни крови, ни каких-либо других ран или повреждений не обнаружилось. И пока девушка сидела на мокрой траве, не зная, что ей делать дальше, один из случайных прохожих вызвал полицию, и она снова оказалась в кабинете Грэтхема. Иви провела две ночи в сырой и скучной камере и уже начала подумывать, не вернуться ли ей снова в участок, чтобы перекантоваться за решёткой неделю-другую. Вызволить её из трудной ситуации как всегда не преминул Эрик, который собирался в скором времени вернуть себе свои полномочия и отправить доставалу-Грэтхема куда-нибудь подальше. Финч продлил посещения психиатра, так что Иви спаслась. Правда, приёмы должны были начаться не раньше, чем через неделю.

И кстати, о психиатре… Иви сделала несколько широких шагов и, резко повернувшись на каблуках, отчего подол её пальто закружился вокруг стройных ног, обтянутых термоколготками, посмотрела на маленькие окна, расположенные на третьем этаже неприметного кирпичного здания. Свет по-прежнему горел. Значит, он ещё не ушёл.

Девушка вошла в здание и, пропустив мимо ушей протесты и ехидные замечания дежурных, поднялась в кабинет психиатра. Он протирал шахматные фигуры, переставляя их с места на место и напевая довольно странную песенку:

- Прожил я жизнь обычно, и на закате века

  Открылась истина, и вдруг я ужаснулся:

  Прекрасней нет того на свете человека,

  Что спятил, сбрендил иль рехнулся.

Иви постояла у входа и, осознав, что её присутствие ещё не заметили, неловко кашлянула. Доктор прекратил петь и, не поворачивая головы, произнёс:

- Приветствую вас, Мисс Хэммонд. Я давно вас ожидаю.

- Меня? – озадаченно переспросила девушка, - Откуда вы знали, что я приду?

- А почему бы вам не прийти?

- Действительно, - подтвердила Иви, - почему бы мне не прийти? Ведь я связалась с отъявленным психопатом, участвовала в его преступлениях, даже посодействовала взрыву парламента.

- Мисс Хэммонд, - вмешался доктор, совершенно не стараясь скрыть упрёка в своём голосе, - вы не должны идти на поводу у всех этих прихлебал, которые мнят себя высшей властью. Благодаря вам этот мир изменился к лучшему. Пусть и на короткое время.

Иви призадумалась и поняла, что в словах доктора есть смысл. Немного приободрившись, девушка прошла в глубь кабинета и уютно расположилась в том самом кресле, в котором сидела в первую встречу с психиатром. Теперь мягкие игрушки, засохшие цветы и необычный столик в центре не казались ей такими уж странными и непривычными, а их владелец столь тронутым и несерьёзным. Доктор тем временем протёр последнюю шахматную фигуру (это была чёрная ладья) и, наконец, повернулся к пациентке лицом:

- Что вас беспокоит?

- Признаться, многие вещи не дают мне покоя. Например, то, что где бы я ни появилась, всюду происходит что-то ужасное. Или, что меня выставили из собственного дома, и мне некуда пойти. Но больше всего меня тревожит то, что прошёл уже год, а я никак не могу забыть дорогого мне человека.

Доктор внимательно рассматривал лицо Иви, и девушка поспешила опустить глаза, чтобы он не увидел в них горстки слёз. Но, судя по тому, как психиатр нахмурился, он всё-таки сумел уловить её настроение.

- Я и попрощаться с ним толком не успела, - с трудом пересиливая себя, чтобы не разрыдаться, проговорила девушка. Доктор тяжело вздохнул и, опёршись на длинную трость, медленно прошёлся из одного угла комнаты в другой. При этом он жутко хромал и походил на подпрыгивающего пингвина. Иви шмыгнула носом. На этот раз она попыталась не расхохотаться от пришедших в голову сравнений.