Вагон второго класса. Том I

Глава 14

На то, чтобы навести порядок, ушло изрядно времени. Бедный коронер охрип, перекрикивая стоящий в зале гам, и чуть не сломал церемониальную колотушку.

– По-ря-док в за-ле! Всем занять свои места! Господа, сядьте по местам, иначе прикажу очистить помещение!.. Поди прочь, горбатый осел! – в сердцах сорвал он злость на клерка, который совал ему какую-то бумажку.

Горбатыми ослами местные жители называли смешных животных на южных островах. Очевидно, коронеру не первый раз за этот день хотелось переродиться в погонщика этих самых горбатых ослов где-нибудь в Серонте, вместо того, чтобы успокаивать горожан. Ослов-то хоть плеткой огреть можно.

Госпожа Скотт осмотрела Сырнокса и сказала, что он жив, но погружен в крепкий сон каким-то зельем, и кроме того, пострадал от недостатка воздуха; она распорядилась доставить его в лечебницу – разумеется под охраной, господин коронер, как же иначе.

Хватились почтальонов, которые привезли сверток к управлению; оказалось, их уже след простыл.

– Все по местам! Все по местам, или я прикажу очистить зал!.. – надрывался коронер. – Хм! Наконец-то. Госпожа Лангин, раз уж тут произошло такое… гм… произошло такое происшествие… тьфу!.. Словом, знаком ли вам этот субъект?

– Да, – выдавила из себя Айси. – Это Ричард Сырнокс. Отец моего ребенка!

И c вызовом посмотрела на пестрый цветник волнующихся дам.

После этого все пошло наперекосяк. Илона, которой и так было не по себе из-за духоты и мешанины запахов в зале – духи, пот, пыль – с трудом заставляла себя слушать допрос. Ничего особенно нового она не узнала, но коронер, кажется, был предубежден против Айси. Он подробно допрашивал Айси, где и на что она жила до приезда в Шинтон, о разорившемся отце, о знакомстве с Сырноксом и о характере их отношений. Леопольд недовольно завозился. Илона скосила глаза и удивилась его мрачному виду. Госпожа Боскет, напротив, расплылась в удовлетворенной улыбке и сияла так, будто в конце заседания ожидала получить медаль за проявленную бдительность. Илона припомнила, что госпожа Боскет упоминала подругу, чей муж служит в управлении стражи. Что ж, стоило ожидать, что Илона не единственная, кто постарался обратить на свою сторону общественность. Кумушки из Трех Сосен не могли упустить такой случай приподняться над окружающими.

– Что ж ты так стараешься… – услышала Илона за спиной знакомый голос и обернулась. Госпожа Скотт в ярости терзала сильными пальцами платок.

В самом деле, господин Доунхилл, похоже, был предубежден против Айси. Казалось, он надеется стать почетным членом Гвардии Нравственности и председательствовать на собраниях, где бурно обсуждают развратную длину панталон и допустимый цвет капора. Ядовитые вопросы, которыми коронер забрасывал Айси, будто летели в саму Илону.

“...Как скоро после знакомства с этим господином вы забыли о чести и скромности?.. Не вам решать, что касается дознания, а что не касается!... непременно пошлем запрос… ваши, кхе-кхе, предыдущие увлечения… “

Невыносимо! Невыносимо!..

Чтобы успокоиться, Илона прикрыла глаза и начала медленно считать про себя, стараясь отрешиться от происходящего. Голос коронера слился в монотонное “бу-бу-бу”, в голове зашумело…

– Госпожа Кларк! Госпожа Кларк! Что с вами?! Эй, здесь даме дурно!

Ее подхватили, вернули на скамью, похлопали по щекам. Госпожа Скотт заявила, что нюхательные соли ни к чему, и лучше всего вывести пострадавшую из здания.

– Помогите даме выйти на свежий воздух, – донесся до Илоны голос коронера. – А сейчас… Внимание! Комиссия удаляется на совещание и огласит вердикт…

И тут произошло нечто такое, что впоследствии Илона не могла объяснить. Внезапная мысль, сверкнувшая в голове, была подобна разряду молнии. Осколки воспоминаний взвились вверх, завертелись перед внутренним взором и улеглись в строгом порядке. Илона обнаружила, что стоит на ногах, вцепившись в руку госпожи Скотт для опоры.

В глаза бросилась бледная как лист бумаги Айси, и это послужило последним толчком.

– Стойте! – Илона сама удивилась, какой звонкий у нее голос. – Погодите, господин коронер! Вы не знаете всех обстоятельств дела!

С коронера было достаточно. Он покраснел, как помидор, и набрал в грудь воздуху, но Илона успела его опередить:

– У другого лица есть мотив! – и, пока к изумленному коронеру не вернулся дар речи, продолжала: – Гораздо более веский мотив, чем у Айси… у госпожи Лангин. Возможно, даже два!

В зале стояла мертвая тишина. Горожане ошалело переглядывались. Илона перевела дух. Сил кричать у нее больше не было, но ее и так слушали, затаив дыхание.

– Госпожа Лангин не знала о наследстве, зато сестре господина Диггингтона доподлинно было известно, что все его состояние, за исключением небольшой суммы, достанется ей.

– Прикажете в каждом убийстве обвинять наследников? – наконец пришел в себя коронер. – Кроме того, госпожу Лангин видела госпожа Курдякон, она только что подтвердила это!

– Госпожа Курдякон, по ее собственным словам, видела полную женщину в сером одеянии, которая прошла по дорожке к дому Диггингтонов в обычное для Айси время. Прикажете подозревать всех, у кого есть серое платье? Придется проверить половину присутствующих дам!.. – парировала Илона. – Да и дорожка, полагаю, проходит не вплотную под окнами?

– Шагов двадцать и за деревьями, – услужливо подсказала госпожа Скотт, не переставая держать Илону под локоть. – Кроме этого, зрение госпожи Курдякон с возрастом…

– Госпожа Скотт! – рявкнул коронер. – Вас только не хватало! А вы, госпожа… э-э… надеюсь, вы закончили?!

– Я только начала! – воскликнула Илона и сама испугалась своего нахальства, но госпожа Скотт ободряюще сжала ее руку. – Мне известно, что госпожа Диггингтон несколько раз ссорилась с господином Диггингтоном. Она просила у него крупную сумму, он отказал, и она пригрозила взять дело в свои руки! Я могу предположить, что ее просьба связана с… – Илона запнулась, все-таки воспитание не позволяло ей при всех прямо объявить, что у госпожи Нинель молодой любовник, – …с желанием обеспечить… э-э… одного человека. Волей случая я была свидетельницей их встречи в ресторации, где она говорила, что ей удалось раздобыть крупную сумму денег, и теперь все будет хорошо!