Вайп реальности

Глава 1. Последний вайп.

Я умер в третий раз за ночь — и, честно говоря, к третьему разу привыкаешь.
Не к боли. Больно не бывает, на этот счёт разработчики постарались. Просто мир схлопывается в белую точку, а потом тишина, в которой слышно только собственное дыхание в шлеме и далёкий гул капсульного кулера. Этот звук — самое реальное, что есть в игре. Всё остальное — красиво, масштабно, технологично — но этот тупой, чуть дребезжащий гул старой охлаждающей системы возвращает тебя к себе. Напоминает, что ты не герой. Ты человек в гробу из пластика, который арендует подвиги по тарифному плану.
[ВЫ ПОГИБЛИ.].
[РЕСПАВН ЧЕРЕЗ: 00:00:59.].
[Потеря прочности снаряжения: −10%. Потеря опыта: −3,1%.].
Три процента. Я потёр несуществующий нос несуществующей рукой — жест бессмысленный, но мозг требует жестов, когда злится.
— Кайр, ты опять поймал луч, — сказал рейд-лидер. Голос у него был усталый, как у учителя, который объясняет одно и то же третий урок подряд. — Сдвигайся левее. Сколько раз?
— Лаг был на заходе, — ответил я.
Ложь. Привычная, ни на что не претендующая. Лага не было — просто на долю секунды я увидел, как у нашего хила Сани обвалилась полоска жизни, и потянулся закрыть. Старая память мышц, которые помнят, кем я был два года назад. Тогда я играл саппортом, ходил в хвосте рейда, отслеживал здоровье всей группы и чувствовал себя нужным. Потом мета сменилась, саппорты стали лишними, и меня уговорили перекачаться в ДПС. Стеклянную пушку. Один неверный шаг — белый экран.
Старые инстинкты живут дольше, чем нужно.
— Последний пул, — скомандовал лид. — Потом перерыв. Кайр — маркер на танке, никакой самодеятельности. Этот босс не регенерирует, но и мы тоже.
[РЕСПАВН.].
Мир собрался из белого шума и поставил меня у входа в зал.
Арена была красивая. Даже сейчас, с третьего раза, с усталостью в костях и тройным штрафом на снаряжении — красивая. Идеальная сфера, стены из живого стекла, под ногами шестиугольники с тихим синим пульсом. В центре — «Гелиос-Нуль», рейдовый босс высшего уровня, сотканный из концентрированного света. Он напоминал ангела, которому кто-то заменил крылья реакторными стержнями. Огромный, медленный в движениях, но с механиками, которые убивали тебя раньше, чем ты успевал понять, что случилось.
Тридцать два человека в рейде. Топовая гильдия Восточного кластера. У большинства — капсулы последнего поколения, нейроинтерфейс пятого ревизиона, пинг под десятку. У меня — арендованный «Когнитрон-3» образца двадцатого года, треснутый купол, кулер с характером и адрес прописки в хрущёвке на окраине Ижевска, где батареи в феврале греют ровно настолько, чтобы не совсем замёрзнуть.
Но уровень у меня семьдесят первый. И класс редкий. Это пока ещё что-то значит.
[Класс: Инфильтратор пустоты.].
[Специализация: Поглотитель спектра.].
[Уровень: 71.].
— Три. Два. Один. Пул! — рявкнул лид.
И началось.
Музыка в «Эшелоне» менялась вместе с фазой боя — это была маленькая гениальность разработчиков, которую замечаешь только после сотни часов. Сначала фон, почти неслышимый, потом он нарастал вместе с напряжением, и в финальной фазе превращался в такой мощный, физически ощутимый гул, что зубы сжимались сами. Не от страха. От азарта. От того, что ты стоишь посреди идеального шторма и знаешь каждую его секунду наперёд — и всё равно сердце колотится.
Я шёл по ротации, как по нотам. Левый фланг, три шага от маркера. Выпад — скилл — откат — позиция. Снова. Тёмный клинок, похожий на трещину в воздухе, вспарывал световую оболочку босса и вытягивал из неё энергию, питая мои же способности. Класс Поглотителя работал по принципу «ешь что убиваешь»: чем более энергетическим был противник, тем сильнее я становился в процессе боя. Против Гелиос-Нуля это был идеальный инструмент.
Жаль, что инструмент стеклянный.
Полоска HP боссаползла вниз. Медленно, как январский рассвет, но ползла. На сорока процентах группа потеряла первого человека — кто-то из тех, кто постоянно путался с позициями. Лид скрипнул зубами в голосовом, но промолчал. На тридцати пяти потеряли второго.
На тридцати началась адская фаза.
— Все по местам. Кайр — третий луч, помнишь расстановку?
— Помню.
Мы вайпались на этой фазе весь вечер. Солнечный сброс — механика, которая требовала точного распределения трёх лучей по трём конкретным игрокам. Первый — на главном танке с щитом. Второй — на оффтанке. Третий — на мне, с активированной стойкой Поглощения. Все трое должны были стоять строго по меткам, на достаточном расстоянии друг от друга. Промажь хоть на шаг — лучи объединятся и испарят половину рейда.
Счётчик пошёл.
[Солнечный сброс через: 00:00:08.].
Маркеры вспыхнули над головами. Первый — над Громовым (танк). Второй — над Риктором (оффтанк). Третий завис надо мной — ярким оранжевым пятном, видным всей группе.
— Принимаю, — сказал я негромко. Для себя, в общем-то.
Активировал стойку. Вокруг меня развернулся тёмный купол — визуально он напоминал тень, отброшенную в никуда. Принял позицию: чуть левее маркера, как просил лид, чтобы шлейф рассеивания не задел хилов в тылу.
[Солнечный сброс через: 00:00:03.].
Хороший момент. Чистый. Всё на месте.
[00:00:02.].
Тут кто-то взвыл в голосовом:
— Лаг! Меня залагало, я не могу—.
Его маркер дёрнулся. Не плавно, как при движении, а рывком — как при сбое соединения. Оффтанк Риктор выстрелил из своей позиции в мою сторону на полтора шага. Два луча оказались в опасной близости.
Я видел это. Видел числа. Видел, что если Риктор не вернётся на место за одну секунду, лучи сольются, и тогда меня не спасёт ни стойка Поглощения, ни редкий класс, ни семьдесят один уровень опыта.
Одна секунда.
[00:00:01.].
Риктор не вернулся.
[Солнечный сброс!].
Мир вспыхнул жёлтым — не мягко, не красиво, а агрессивно, почти оскорбительно ярко. Лучи ударили одновременно. Мой купол держал, держал, держал — и не выдержал.
[ПЕРЕНАСЫЩЕНИЕ: 183%… 241%… 318%… КРИТИЧЕСКАЯ ОТМЕТКА.].
Белый экран вернулся настолько быстро, что я не успел даже мысленно выругаться. Просто — был бой. И вот — тишина.
[ВЫ ПОГИБЛИ.].
[РЕСПАВН ЧЕРЕЗ: 00:00:59.].
В голосовом чате повисла та особенная тишина, которая хуже любого мата. Пауза, в которой все всё понимают, но никто не хочет быть первым.
Потом лид выдохнул:
— Вайп. Снимаем логи, потом—.
Он не договорил.
Экран мигнул. Не привычной рябью перезагрузки — как-то иначе. Белый цвет стал желтоватым, потом лимонным, потом почти оранжевым. В правом верхнем углу интерфейса, там, где обычно висела иконка сервера, появился значок, которого я за три года в «Эшелоне» не видел ни разу.
Треугольник. Внутри него — ноль.
[СИНХРОНИЗАЦИЯ С БАЗОВОЙ РЕАЛЬНОСТЬЮ… 1%… 14%… 38%.].
— Что за — я не договорил.
Голос рейд-лидера пропал. Чат гильдии — пропал. Весь звуковой фон игры — пропал. Осталось только тихое, почти органическое гудение, похожее на то, как гудит трансформаторная будка в дождь. И строчки на экране:
[ОБНОВЛЕНИЕ ПРОТОКОЛА «ЭШЕЛОН/0».].
[СТАТУС: КРИТИЧЕСКИЙ.].
[ВНИМАНИЕ: ГРАНИЦЫ СИМУЛЯЦИИ РАСШИРЕНЫ.].
Я смотрел на это несколько секунд. Потом ещё несколько. Тело в капсуле начало подавать первые сигналы реального дискомфорта — онемевшая спина, сухость в горле, холод, ползущий от ног. Мозг пытался найти объяснение. Ивент? Плановое обновление? Но ивенты так не выглядят. Обновления так не выглядят.
[СИНХРОНИЗАЦИЯ: 79%… 91%… 100%.].
Последнее, что я почувствовал перед тем, как система бросила меня обратно в тело — это не страх и не боль. Скорее ощущение, как будто ты стоишь на краю бассейна, смотришь вниз, и кто-то сзади очень тихо говорит: прыгай.
Не приказывает. Просто говорит.
[ПЕРЕЗАПУСК.].
И где-то на границе белого экрана и реального потолка с трещиной в правом углу — граница хрустнула.