Валерьянка. Успокою и упокою

8

Кто знает, что такое утро после "вчерашнего" - тот поймет, что я чувствовала проснувшись.

Тело ломило, каждая клеточка буквально разрывалась от боли.

События ночи помнились смутно. Местами мелькали яркие вспышки в голове, местами — полный провал.

Зато отчетливо запомнился ректор, что с какой-то незнакомкой светловолосой долго разговаривал, затем крепко обнял и попрощался. Очередная его любовь? Нет, не думаю. Скорее знакомая. Или может подруга...

Опять сама себе все придумала... Да этот любвеобильный гад тут просто звезда. Расточает улыбки налево-направо, и все падают к его ногам.

Когда я открыла глаза, то на тумбе в небольшом горшочке стояла лонория. Крупные грозди цветков украшали крепкий стебель. А белоснежные лепестки были щедро, словно взбрызнуты кровью, усыпаны кляксами. Интересно, кто проник в мою комнату пока я мирно спала в своей кроватке? Опять-таки из минусов одиночного проживания.

Наскоро позавтракав кашей с молоком и яблоком, я побежала покорять профессора Лафф своим докладом о лонориях. Сил было потрачено много на его написание, и я надеялась, что они окупятся.

— О, — протянула Лафф, увидев меня в обнимку с "цвяточком".

— Доброе утро, — поздоровалась я и села за свое место. Это была первая парта возле преподавателя. Место любимчиков в моей земной школе.

Планомерно шел расспрос всех, кроме моей скромной персоны. Не понимаю почему, но я была спокойна. Возможно, просто вызовут последней.

Прозвенел звонок, а я так и осталась со своим ожиданием и горшком в обнимку.

— Профессор...

— Зайди ко мне после занятий, а пока оставь свой доклад, я ознакомлюсь.

— Спасибо.

Что за странности? Ну да ладно.

Следующие занятия пролетели незаметно, а я торопилась к профессору.

Следующие занятия пролетели незаметно, а я торопилась к профессору.

По пути в коридоре, словно из ниоткуда возник ректор.

— Куда торопимся?

— Отстаивать честь и достоинство сообщения по травологии.

— Занятно, я с тобой тогда.

— Сомневаюсь, что мне нужна Ваша помощь. Это стандартная процедура. Думаю...

— Профессор Лафф просила зайти и меня. Что ты тау учудила, что меня вызывают?

Что происходит?

— Ничего особенного, подготовила доклад по лонориям. Они похожи на наши земные орхидеи и прекрасны. У вас тут что-то типа ритуального цветочка. Делов то.

Он резко затормозил, и я по инерции стукнулась об его спину, не успев вовремя остановиться, отставая на шаг позади него. Впечатывание произошло неожиданно, но приятно. Мне вообще нравилось его касаться. Чертовщина какая-то, не хватало мне еще форменного бабника полюбить.

— Что ты сделала? - он в свете лучей солнца, пронизывающих витражные, коридорные окна почти сиял. В волосах играли золотинки, а глаза как-то по-особенному сверкали.

— Да доклад я сделала, доклад!

— Пошли, — скомандовал мужчина и схватив меня за руку буквально потащил в аудиторию.

Его рука хоть и дарила тепло, но вносила сумятицу в голову Я сделала что-то не так, а что именно не имела никакого понятия.

Лафф встретила нас с тревожной улыбкой на губах. Ее взгляд метнулся на руку ректора, сжимающую мою ладонь. Но она сделала вид, что в этом нет ничего "такого". А в этом реально не было ничего прям уж "такого". Хотя кого я обманываю, меня за руку вели к директору в последний раз еще в начальной школе за разбитое стекло футбольным мячом.

Растение мирно стояло там, где я его и оставила.

— Вот, — указала женщина, — Вот оно.

Свэл подошёл поближе, но не решался коснуться. Тут уже не выдержала я и стремительно подойдя забрала прямо у них из-под носа свой горшок.

— Что не так? - мой взгляд метал молнии, по крайней мере я в этом была уверена.

— Началось? — спросила Лафф.

Ректор и профессор сделали шаг назад, а мой мир опять пошатнулся, как ночью. Люди стали для меня неясными пятнами. Виски запульсировали и я автоматически потянулась их потереть, выронив при этом растение из рук. Мощные волны подхватили его и поставили обратно на стол, пока я приходила в себя.

— Что это? — скорее раздался стон со стороны, чем мой. Но это была я.

— Это обращение, — заметил ректор и откуда-то в его руке появилось зеркало. Наконец-то!

Как долго я его ждала. Все эти несколько дней я расчесывалась руками и умывалась наугад. Так и не зная поменялся ли мой облик. Мое ли тело. Я видела только то, что черные крашеные волосы были мои, а тут...

Из зеркала на меня смотрела идеальная брюнетка. Это была я, но новая Улучшенная. Идеально ровная кожа, припухлые полные губы (откуда?) Верхняя губа всегда была тонковатой, а тут чудо произошло. Смущали только дырки в щеках. Сквозные.

— Что за черт?!

— Это термочувствительный датчик. Так хищные рептилии, в том числе и наги прощупывают местность на опасности...

— И добычу? — я вспомнила ночной пир какой-то мышью (фу!)

— И ее тоже, — согласно кивнул ректор.

Я продолжила изучение себя. Глаза, словно два изумруда светились и играли на солнце. Вертикальные зрачки пугали до чертиков. Терпеть не могу всех этих ядовитых гадов... теперь я сама такая.

— Мне нужно сесть, кажется, — прошептала я, не выпуская себя из поля зрения зеркала.

Нужно проверить, что там с языком. Высунув язык и присмотревшись, у меня отлегло от сердца. Ну хоть не раздвоенный.

— Скорее всего триггером послужила встреча с теми двумя... — вспомнила я Каро и второго, не помню, как его там. Фигель, кажется.

— Нет, это он, — Свэл ткнул в цветок, — Ими занимаются только священнослужители наги. У них иммунитет, как и у императорской семьи. Остальных Кровавая лонория сводит с ума своим ароматом, если нет ее глушилок. Хорошо, что здесь везде в аудитории есть растения, в большинстве своем собранные и подавляющие ее, но я и сейчас хочу обратиться. Она отравляет разум и пьянит. Словно просит применить силу. Убить или... ранить.