Вам письмо!

Часть четвёртая

      Владимир открыл глаза от звука оповещения о сообщении, пришедшем на телефон. Ох ты ж блин, почти десять! И чего сразу не поехал домой, когда сотрудники разошлись. Ну да, памятуя о почти бессонной ночке и несостоявшемся свидании с тополем на обочине, он решил прикорнуть на диване прямо в кабинете на полчасика, а в результате продрых все два с половиной! И где, интересно, сейчас Аня? Ну ты дебил, Корф, дома твоя Аня, естественно! Не будут же им лекции до десяти вечера читать. Наверное, на диване с книжкой или у телевизора. А может, спать ложится… Интересно, нашла в сумочке его письмо или нет? Кстати, оповещение на телефоне о новом смс или письме на личный ящик? Спросонья не разобрал, какой сигнал сыграл. Дотянулся до своего аппарата. Новое письмо в ящике. Открыл почту. Ну вот, Корф, шах тебе и мат. Захотелось завыть, вцепиться себе в шевелюру, кататься по полу, рыча и захлёбываясь непереносимой болью и бедой. «Отправитель: [email protected]» Вот и всё. Заявление об уходе пришло. Осталось позвонить завтра с утра Катьке Нарышкиной и сделать вредной сокурснице поистине царский подарок, отдав самого ценного во всей компании сотрудника. Вместе с куском кровоточащего сердца. Куском? Со всем сердцем целиком. Потому что зачем ему оно теперь? Ибо оно умерло. Только что. Анна не приняла его. Ни его самого, ни его умершее десять секунд назад сердце, которое по непонятной причине продолжает биться. Странно. Как может биться мёртвое сердце? Он должен заледенеть, остыть. Ведь его кровь теперь неподвижно останется стоять в жилах, не подгоняемая остановившимся сгустком из мышц, сосудов и чего-то там ещё. Он помнил из школы про какой-то пучок Гиса. Или это не к сердцу относится? Вот этот пучок, наверное, ещё и дёргается в груди, поддерживая иллюзию сердцебиения. Ладно, надо вызвать такси, доехать до своего брошенного джипа. В ответ на заявку безжизненный электронный голос-робот сообщил:

      – Назначенный на ваш вызов автомобиль прибудет по указанному адресу через… семь… минут.

      Чем занять себя семь минут? Распечатать Анино заявление, положить Лизе на стол, пусть первым делом в понедельник унесёт в кадры. Открыл её письмо и тупо уставился на коротенькую строчку. Двенадцать букв, три цифры, запятая и тире. Адрес. Адрес… Она дала адрес. Сама. Прислала. Свой. Адрес. Любимая моя девочка, счастье моё, жизнь моя! Он будто бы заново почувствовал, как это – жить. Ощущать, как воздух заполняет лёгкие, сердце, живое сердце отсчитывает ударами секунды. Он сорвался вниз, в холл, не вспоминая, закрыл ли свой кабинет и приёмную. Как здорово, что сейчас придёт такси! Анечка, счастье моё, радость моя, боль моя и нежность! Едва отъехали от офиса, неугомонный пассажир, при посадке сменивший заказанный маршрут поездки, велел затормозить у круглосуточного торгового центра.

      – Я быстро! – крикнул почти на бегу и исчез в стеклянных раздвижных дверях.

      Не прошло и пяти минут, странный клиент вернулся. С пустыми руками. Его покупка уместилась в кармане пиджака.

      – На Спортивную. Пожалуйста, скорее!

      – Да тут ехать-то, – хмыкнул водитель. – Без пробок за десять минут управимся.

      Спустя двенадцать минут Владимир стоял перед неприметной дверью на первом этаже старой хрущёвки. Так, спокойно! Что же сердце так колотится о рёбра, так и выпрыгнуть недолго. Вдох-выдох. Всё, собрался, нажал на звонок. Да ты что, подросток пубертатный, что ли? Возьми себя в руки, тряпка! Руки дрожат, как у алкаша последнего, хорош Казанова! Всё! Вдох-выдох! Звонок. Тишина за дверью. Только стук собственного пульса в висках нарушает тишину подъезда. Никого? Ещё раз нажав на кнопку звонка, Корф приложил ухо к замочной скважине. Тихо. После третьего звонка в душу заполз тихий, липкий страх. Почти паника. Передумала… Неужели она передумала?! Использовав последний шанс, вытащил непослушными пальцами телефон, нашёл номер Анны. Из-за двери послышалась еле слышная мелодия её звонка. Дома! Она дома! Возьмёт трубку или нет? Владимир, затаив дыхание, слушал длинные гудки в своём смартфоне. Пять… Шесть… Семь… Восемь…

      – Д… д… да?

      – Анечка, ты дома?

      – Д-д-дома, Владимир Ив…

      – А почему не открываешь? Ты… передумала?

      – Э-э-э…то вы… ты… зво… нишь? В дверь? – Анна, наконец, определилась с обращением к нему.

      – Я.

      – Ой, я… а я в ванной. Я… я думала… Я сейчас, я…

      – Может быть, мне подождать на улице? – где-то в области желудка стало холодно. – Или в другой раз приехать?

      – Нет, нет! Не надо на улице! Там над дверью есть ключ, за деревяшкой, сверху.

      Корф быстро пробежал пальцами по верхней планке дверной коробки, нащупал холодную металлическую головку.

      – Нашёл.

      – Входи, пожалуйста. Я через пару минут выйду, ладно?

      – Ладно, – покорно кивнул Владимир телефону, нажал на отбой и открыл дверь в тёмную квартиру.

      Единственная полоска света пробивалась из-за двери, расположенной в шаге от входа. «Неоспоримое преимущество хрущёвок – всё рядом» – с улыбкой подумал Корф, сбросил обувь и решительно дёрнул ручку на себя. Сидящая в ошмётках осевшей пены Анна вскрикнула от неожиданности, уставившись на него испуганными глазищами.