Вампир Славик хочет стать драконом

Глава 4

План – отличный. План – превосходный. Надёжный настолько, что можно и зуб, и глаз, и нос за него отдать. Лучший план – никакого плана. Естественно, помочь пробраться в запретную секцию библиотеки должен счастливый случай, который непременно произойдёт – в этом уже Славик не сомневался. Емеля был воплощением самой фортуны в своём фэнтези мире. Да и случай с наказанием показал, что придумывать стратегию с таким взбалмошным главным героем – плохая затея.

Сама «зона отчуждения» находилась не в библиотеке. Такой парадокс – запретная секция располагалась в другом крыле от читального зала. И туда (конечно) вход был строго на строго запрещён, однако (безусловно) никакой охраны не стояло: ни в коридоре, ни у самих дверей. Трое учеников вполне себе свободно дошли до запретной секции. Емеля бодро приоткрыл двери, но внезапно в ужасе закрыл.

– Попадо-о-о-о-с, – протянул белобрысый. – Там сидит Ульянов.

– Ой...к… – от страха Бруся икнула.

– Это очень строгий учитель, – пояснил Емеля, увидев растерянность на лице Славика. – Нужно придумать, как нам пройти мимо него.

– А у тебя нет какого-нибудь волшебного предмета? Вроде плаща-невидимки? Что-то такое должно быть, – спокойно сказал вампир, потому что не может у главного героя не быть особенной волшебной штуковины. Даже у Славика в мире были всякие зеркала-правды, усыпляющие мелодии и летающие кристаллы. Последние ничего не делали, а служили для красоты и эффектного появления.

– Нет у меня ничего такого.

– Поищи давай. Тебе должно повезти, – Славик взял Емелю за плечи и раскрутил так, что белый дракон запутался в ногах и чуть не упал. – Давай, следуй инстинктам.

Белобрысый пригрозил кулаком Славику, хотел даже ему врезать, но комната кружилась, поэтому он попал не в парня, а в стену. И прямо на голову избранному упал светильник. Пришлось постараться, чтобы он не разбился о котелок Емели. Дракона не жалко, но лампа-то явно волшебная: из ниоткуда обычные вещи не падают. Вампир повертел в руках предмет, пока избранный пытался прийти в себя.

– Как он работает? Я не пойму, – Славик протянул светильник Брусе. Честно говоря, все эти древние приспособления были для него в новинку. Он ведь привык к электричеству.

– Простая лампа, – пожала плечами девушка.

Бруся забрала у Славика светильник, открыла стеклянную дверцу, дунула на стоявшую внутри свечу и пропала: не свеча, а сама Бруся. Она словно на месте провалилась. Послышался лишь её тихий голос:

– Почему ты на меня так смотришь?

– Ты тут? – Славик растерянно огляделся по сторонам.

– Но ты смотрел прямо на меня…

Внезапно Емеля, который, оказывается, всё ещё шатался поблизости и приходил в себя после удара, споткнулся о воздух и упал.

– Да что это такое! – он пригрозил кулаком пустоте.

– Бруся, задуй свечу, – приказал Славик.

Девушка вновь появилась на том же месте, откуда и исчезла. Она непонимающе глядела то на Емелю, то на Славика.

– Вот и решение, – улыбнулся вампир. – Кажется, наш Емеля наткнулся на ценную вещь. Не представляю, как она здесь оказалась. Но я думаю, что если мы втроем возьмёмся за ручку и зажжём свечу, то станем невидимыми.

Чтобы подтвердить свою теорию, Славик коснулся лежащей на фонаре руки Бруси и попросил вновь зажечь свечу. Мир остался тем же, но по растерянному лицу Емели стало ясно, что ребята исчезли. Славик убрал руку, и глаза белобрысого остановились на попаданце.

– Значит, ты меня теперь видишь?

– Дру-у-у-г, ты маг? – удивился Емеля.

– Нет, я только учусь. Давай, соберись и пошли уже.

Избранный подчинился, хотя по лицу было видно, с каким трудом это даётся. Славик подумал, что ему пора поумерить свой пыл и дать руководить Емеле, иначе многовековой фэнтези мир сломается из-за Узва (УЖАСНО ЗЛОГО ВАМПИРА).

Бруся одной рукой открыла дверь настолько, чтобы троица спокойно могла войти. Учитель Ульянов даже не обернулся. У Бруси был талант касательно всего бесшумного. Она плыла в пространстве, становилась частью воздуха.

Они медленно шли по коридору, ступая с пятки на носок. Это больше из-за нервов, чем из-за надобности. Сложно было поверить в свою невидимость, особенно Славику. Проблема была даже не в том, что вампир видел чётко, без искажения мира. Проблема – сидевший за столом Ульянов. Славик внимательно смотрел на учителя, и было ощущение, что тот всё видит.

Зрелый мужчина уткнулся в книгу, застряв на одной и той же странице. Его тёмные волосы были завязаны в небрежный хвост не для красоты, а, скорее, для удобства. Худое запястье подпирало благородный подбородок. Ульянов не был похож на рядового учителя, который нужен лишь для массовки в фэнтези мире. Он выглядел, как некто, с кем сам Славик с удовольствием посидел бы в своей вампирской гостиной, обсуждая бренность бытия. Словом, было в Ульянове и Славике что-то схожее. И вампир почувствовал это.

Учитель лениво бросил взгляд в то место, где в данную секунду находились ребята и тяжело вздохнул. По телу Славика пробежала дрожь. Ему-то казалось: он давно забыл, что это такое. Вампиры не особо чувствительны к страху. Но Ульянов, который просто не мог их видеть, вызывал у Славика странные чувства, заставляющие холодное мёртвое тело волноваться. Они прошли мимо, но вампир ещё чувствовал взгляд на затылке. Воображение? Не иначе. Наверное, не иначе.

Это уже была запретная секция, но героям необходима очень-очень запретная секция (ну а как же). Она находилась за двумя решётками. Благо, что пугающий учитель остался в основном зале, и ему не было видно, что происходит. Все трое поставили лампу на пол и задумчиво уставились на прутья.

– Может, ты обладаешь сверхъестественной силой? – в надежде спросил Славик, но Емеля покачал головой. Это было печально. Ведь вампир ею как раз обладал. Вот только применить не мог, потому что иначе он бы забрал все лавры себе, а он сегодня уже и так много «светился». Келандрос точно не похвалит его, если Славик сломает многовековой фэнтези мир. А эльф ужасно вредный. Он может и отказаться читать заклинание, а тогда все труды будут напрасны.