Вампир В Розыске

Глава 2

Клетка и Разумная Надежда

В мрачном подземелье чадили факелы, в тусклом свете которых корчили рожи зловещие тени. А за решётками камер прятались настоящие монстры. Демоны, оборотни, редко люди. Но в одном из узилищ тёмного подвала сидело необычное чудовище даже для этого мира.

Лохматое — пыльные, чёрные волосы сальными сосульками висели ниже лопаток, закрывая лицо монстра, лишь в глубине гриве временами вспыхивал алый отблеск. Сильное — сутулая, широкоплечая фигура бугрилась гипертрофированными мышцами. Хищное — из горла пленника звучал низкий, хриплый рык, а когти на пятипалых конечностях чернели природными десятисантиметовыми клинками. И бледнокожее — белая до прозрачности кожа выглядывала редкими веснушками из-за слоя пыли и грязи на теле зверя.

— Хорош, — оглядывал пленника хозяйским взглядом элегантный, стройный аристократ. Белоснежно-белая рубашка под тёмно красным камзолом. Жабо, вычурные штаны, туфли и трость. — Раб, напомни кого мы уже скормили нашей собачке? — Обратился он к человеку, что стоял за его левым плечом.

— Эм... Импа первым скормили, значится, Ваша Темнейшество. Вы ещё изволили смеяться, «вдруг Дар обычный появится». После мажонка из людей. Значится, тут вы уже ругались, что только с этой твари расходы, а не талант магический. Эм... дальше... люди простые. Но это уже без счёта. Вы, Ваше Темнейшество, даже изволили сомневаться, что с монстры толк будет. Зато потом эльф хорошо пошёл, постройнел утроба ненасытная. А с неделю назад, демона простого приказали ему подать, значится. Сидит, нонче, на этой... диете, ха-ха, — закончил, гулко хохотнув, доклад бородатый, пузатый, с проплешинами на голове человек.

Взгляд чёрных глаз аристократа, направленный на позволившего себе лишнего слугу, словно заалел кровью и похолодел. Дождавшись ужаса в глазах раба, он повернулся к камере с чудовищем.

— Хм... рацион из демона вульгарис оказался результативным. Смотри, раб, мышечная масса выросла втрое, когти превратились в настоящие кинжалы, — в голосе хозяина сквозило удовольствие.

— Эм... Ваше Темнейшество, опасная зверюга, — осторожно согласился бородач. — Она, того, не выскочит? — Поинтересовался он с явной опаской.

— Не выскочит, решётки посеребренны, а это пусть и сумасшедший, но вампир, — снизошёл аристократ до объяснений, подойдя на пару шагов ближе к серебру.

Пощекотать нервы или показать рабу, что ничего не боится? Ведь сам аристократ, судя по всем признакам, тоже был из породы кровососов. Чёрные волосы словно вороново крыло, бледная кожа, ярко красные губы и глаза, что сродни тёмной бездне.

— Смотри, раб, как ты там говорил, зверюга и есть. Несмотря на то, что это существо относится к высшему племени Носферату, уже в который раз бездумно бросается на решётку, что причиняет ему дикую боль. Но ярость и отсутствие разума заставляют его стремиться добраться до такой близкой добычи, что в очередной раз доказывает нам полное отсутствие разума у данного экземпляра, — с любопытством исследователя рассматривал вампир, беснующеего монстра.

Тот словно доказывая слова пленителя, всё бросался и бросался на серебро, что жгло его тело, будто огнём. Взвыв в очередной раз от обжигающей боли, чудовище забился в углу, издавая недовольное рычание.

— А это поведение доказывает, что зачатки разума у этого экземпляра присутствуют, что позволяет нам сделать вывод о возможности дрессировки этой зверушки, — довольно констатировал аристократ.

Монстр зарычал громче.

— Смотри, раб, — обратил внимание на поведения пленника вампир. — Вероятно, он способен понимать речь, что открывает мне большие перспективы. Не просто собачка с командами «фас» и «фу», а нечто сложнее. Ретрограды, «каннибалы должны быть уничтожены». Ха, я ещё увижу рожу дель Корсо! Не будь я графом Эрвардом дель Красси.

— Почему каннибалы должны быть уничтожены? — Робко подал голос раб.

Носферату окинул его презрительным взглядом, но видно хорошее настроение требовалось с кем-то разделить, пусть даже с пищей.

— Все вампиры, что пожирают себе подобных обязательно сходят с ума или погибают. Предваряя твои глупые вопросы, отвечу. Это происходит, потому что мы с кровью поглощаем часть души и личности пищи. Носферату не имеют душу, что выводит нас из пищевой цепочки, а являясь высшим хищником, наша личность яростно сопротивляется охотнику, уничтожая в смерти разум самого каннибала. Кстати, поэтому мы предпочитаем юных и невинных дев — слабенькая воля, наивный дух и эстетическое наслаждение, наконец. Что-то ещё?

Уловив лёгкое недовольство господина, бородач замотал головой в отрицании, но его рука против воли указала на пленника.

— Это был последний вопрос, — лязгнул сталью голос хозяина. — Как я уже тебе говорил, кретину, в данном экземпляре нет ничего уникального. Всех выживших каннибалов уничтожали, дабы не создавать прецедентов, но думаю просто никто не догадался извлечь из них пользу, кроме меня. Я же наблюдаю существо, обладающее сутью вампира, но способного поглощать персонажей несъедобных для обычного Носферату, одновременно усиливая себя. Что снова ведёт нас к перспективе обретения подобного умения, но уже для себя. Всё?

Борода усиленно закивал, а кровосос смотрел на него оценивающе. Не слишком ли он расслабился? Не выдал ли лишнюю информацию? Затем отвернулся, решив убить слугу. Нет болтуна, не надо думать о проблемах, связанных с длинным языком раба.

— Хорошо, приступим к дрессировке. Открывай, — голос вампира был равнодушен.

Слуга затрясся всем телом, и еле передвигая ногами, поплёлся к решётке. Монстр сжался в пружину. Лязг запора совпал с прыжком пленника. Пузатый слуга покатился по полу, вопя от боли и прижимая к себе располосованную руку, по которой чудище успел ударить, выпрыгивая из дверцы. Сам же агрессор беспомощно повис в воздухе, связанный почти в кокон струями чёрного дыма тянущимися из руки Носферату.

— Быстр, — удовлетворённо произнёс вампир и с любопытством учёного разглядывал подопытную крысу. — Но недостаточно, — добавил он с сожалением. — И строптив. Придётся наказать.