Вампиры, поверье и прочие пути к смерти

Глава 23. Радостные новости

Поздняя осень принесла в Энаффу холодные ветры и хмурое дождливое небо. До праздника Великой богини оставалась всего одна неделя, и подготовка во дворце шла полным ходом. В столицу съехались представители вампирских семей со всего королевства. А из Альвареса приехали повозки со свиньями, кровь которых подадут в чане в день торжества. Праздника с нетерпением ждали не только во дворце, но и во всём королевстве.

Амина смирилась с запретами королевы и с последовавшим за ними одиночеством. Для приличия она продолжала писать письма родителям, вышивать и читать книги из библиотеки, которые приносила Дия. Служанка рассказывала о подготовке к празднику, о приезде гостей и прочих сплетнях во дворце. Но Амина чувствовала, что Дия не договаривает. Гнев королевы был понятен, как и нежелание Одамиана перечить ей лишний раз. Но непринуждённость в общении и бесконечные шутки выдавали Дию, так как подобные манеры ей не свойственны. Было заметно, как она старается избегать разговоров о королевской семье.

Не только второй миссис Гордерес приходилось тяжело. Велора также чувствовала себя одиноко и никак не могла добиться внимания принца. Увидеть его удавалось лишь на совместных обедах и ужинах. Всё остальное время в её распоряжении был болтливый Велирий, который всюду следовал по пятам и представлял её придворным. Вампиры, видя поддержку королевы, поздравляли новую избранницу Одамиана, но дамы пока не принимали её в своё общество. Так или иначе Велоре не приходилось скучать, Делия-Девина настойчиво привлекала будущую невестку к организационным обязанностям королевы.

Велора считала, что загадка в безразличии Одамиана будет решена, если она познакомится с его смертной женой. Но как бы она ни уговаривала Велирия, он отказывался устроить встречу. Даже королева, несмотря на свою благосклонность, игнорировала просьбу, призывая уделить внимание более важным делам.

Что в этой смертной такого, чего нет у неё? Этот вопрос не давал самолюбию Велоры покоя. Единственным источником информации оставались сплетни, которых у придворных фрейлин было предостаточно. Но все встречи, которые устраивала королева, содержали исключительно светскую беседу или же разговоры о семье и достоинствах самой Велоры. Она понимала, что эти слова далеко не искренние, а настоящая беседа ведётся за спиной в свободной обстановке. Поэтому девушка обратилась к принцессе Ерсель, которая имеет большее доверие у фрейлин.

Принцесса не могла отказать будущей жене её брата, но общество первой невесты ей было не в радость, как и остальным дамам. Поэтому Велора чувствовала себя не в своей тарелке, пока девушки обсуждали бесполезные для неё сплетни. Ерсель, в свою очередь, корила себя за собственную беспричинную неприязнь. Она повторяла себе, что не стоит так злиться на девушку, ведь правила придуманы давно и первая жена появилась бы рано или поздно. Но по сравнению с Аминой, новая избранница казалась высокомерной и расчётливой. Поддержка королевы давала ей негласную неприкосновенность и власть. И всё чаще это проявлялось в поведении с прислугой. Порой слугам приходилось выслушивать резкие замечания без повода, если Одамиан снова отвергал Велору.

Так же, как и невестам, Ерсель не удавалось поговорить с братом и узнать, что же произошло во время поездки. Она не верила ни в желание принца выполнить свой долг, ни в то, что он просто так сдался матушкиным нотациям.

Одамиан, чтобы отвлечься от всех проблем, погрузился в накопившиеся государственные дела. Вместе с отцом он первую половину ночи отдавал на приём приезжих гостей, а другую половину разбирался с вопросами Кебриона. Иногда он посылал сообщение Дие, чтобы узнать, как себя чувствует Амина. Рисковать передачей записок было бы глупо. Единственный, с кем он мог поговорить, кроме Дии, — это Велирий. Принца устраивало, что именно он приставлен к первой невесте, и совершенно не устраивало, что она интересуется Аминой.

Когда до праздника Великой богини оставалась одна ночь, Амина перебирала свои записи о вампирах. Времени думать, писать и читать у неё было предостаточно. Чтобы как-то отвлечь себя от обиды на его высочество, она перечитывала книгу, которую принесла Дия. Перевернув страницу, она вдруг задумалась…

– Дия, – Амина позвала служанку, которая складывала чистое бельё в спальне, – что делают вампиры, если девушка не забеременела после брачной ночи?

К счастью, у Амины было несколько ночей, проведённых с его высочеством, но что, если она не сможет забеременеть по каким-либо причинам. Дия вышла из спальни к госпоже:

– Предрасположенность к бесплодию вампиры выявляют ещё перед выбором, – как всегда догадалась о сомнениях Амины служанка. – При этом многие девушки не с первого раза могли зачать ребёнка.

– И каждый раз муж ждёт, когда она забеременеет?

– Нет. – Дия присела на подоконник, складывая на коленях наволочку. – Через несколько недель или через месяц вампиры приглашают хранителя рода, который проверяет кровь второй жены.

Амина посчитала, сколько прошло времени, и помрачнела ещё больше, хоть она и не думала так расстраиваться. Служанка попыталась успокоить её:

– Возможно, этот вопрос отложили на время после праздника. Совпало слишком много торжеств и…

– Но не это ли было бы самым главным событием, да ещё и в день Аэтеры? – Амина с вызовом посмотрела на Дию, но в голове она спорила только с королевой.

– Вы прекрасно понимаете, госпожа, что королева на данный момент решила сделать так.

– Или всё-таки есть другой повод?

Все эти долгие ночи Амину не покидало чувство, что от неё скрывают что-то страшное, что может разбить ей сердце.

– Пока вы не в положении, – встав с подоконника, произнесла Дия прежним холодным тоном, – вам лучше не идти наперекор её величеству. У вас ещё будет время поговорить с Одамианом.

Служанка ушла в спальню. Перекладывая чистые вещи, она думала о том, что не стоит ей привязываться так же, как Одамиан к смертной девушке. Пережить ещё одну смерть близкого человека будет невыносимо. И тем не менее она помнила, как когда-то давно уже пробовала кровь беременной второй жены короля Описа, матери Ерсель. Что, если она сможет без хранителя рода почувствовать, что в Амине есть вторая жизнь? Но как она докажет это, не предъявляя своей крови?