Ванда Здорная и колдовские свитки

9

Наступили Святки.

Девки готовились гадать. Одна только Мира оставалась равнодушной к праздничным увеселеньям - возвращалась она заполночь, обессилевшая от тяжёлой работы у госпожи Гонтии, и сразу валилась спать. Усталость была ей к добру ибо к пятому дню сечня злыдни, до того дня тихие, рассвирепели. Они шмыгали по комнатам, воровали, прятали, ломали вещи и всячески вредили. Выливали чернила на свитки с домашними заданиями, путали девкам волосы и рвали платья.

Ванда не спала - кровать казалась чересчур жесткой, а постель пахла сыростью сильнее обычного. Мира еще не вернулась. Она готовила зелье с полыни, чтобы напоить им испорченный скот.

Над головой скреблись злыдни. Травница щедро сыпала чертополохом по всем ящикам и за печью, но это не помогало. В углу раздался противный скрежет зубов, потом шуршание и звон разбитого стекла.

- Ах ты, гаденыш! - Громко сказала Ванда, обращаясь к невидимому существу. - Ну подожди, я щедро накормлю чертополохом всю твою семейку!

В ответ ей прозвучал насмешливый хохот.

- Доберись. Доберись. - Послышалось с углов.

Бросаться чертополохом в пустоту Ванда отнюдь не собиралась, не зря ведь окончила Школу Таинств. Порывшись в ящике стола, она достала три ивовых прутика и помахала ими перед собой, начертив в воздухе магический символ Солард, произнесла:

- Помоги, луна матушка, видеть незримое, моему оку недоступное.

В тот же миг заклятие подействовало и Ванда увидела злобное существо, застывшее на подоконнике. Оно было крохотным, по высоте не больше пальца, кожа отливала синевой, острые кошачьи зубы торчали из-под задернутой верхней губы. Существо было лысым, со скользкой, как у змеи кожей, в одежде из мешковины. Злыдень застыл, словно не мог поверить, что Ванда в самом деле может его видеть, но потом, очнувшись, замотал головой запрыгал, зарычал. Ванда проследила направление его взгляда. Просто над ее кроватью висело громадное, грязно-серое, похожее на осиное, гнездо злыдней.

Злыдни злились, скалились, но уже ничего не могли поделать, Ванда видела их и козни на нее не действовали.

– Не надо, не надо! - Пищали они елейным голоском, когда Ванда, выловив всех до последнего, закрыла их в деревянном сундуке и опечатала сундук руной, чтобы не смогли выбраться.

– Что ты делаешь?

Она вздрогнула. На пороге стояла Мира, уставшая и перепачканная. Ванде вдруг стало смешно, она представила как выглядела со стороны, когда прыгала по комнате, хватала нечто невидимое и бросала  в сундук.

– Злыдни, – пояснила Ванда. – Нужно закопать сундук под тополем, иначе они вернуться и будут мстить. – Есть где-то по близости тополь?

– У княжеской усыпальницы. - Сказала Мира. - Я пойду с тобой.

Ночью ученикам запрещалось покидать стены Грамотницы, но девушки отлично знали, что сегодня дежурил Искрен, а значит он опять укрылся со Счастой в тесной каморке под лестницей и, если быть осторожными, можно прошмыгнуть мимо, а потом так же незаметно возвратиться в Грамотницу.

***

Цвынтарь встретил незваных гостей неприветливо, жалобно заскрипел под ногами снег, заголосила неведомая птица, один единственный тополь зашумел недовольно ветвями.

- Не серчайте, - сказала Ванда, ступая на кладбищенскую землю. У ворот она оставила подношение духам Нави - мякиш хлеба со щепоткой соли. Мира последовала ее примеру.

Тополь приутих, успокоенный, и Ванда вонзила заступ в мерзлую землю. По очереди они вырыли яму. Сундук в руках Миры затрясся так, что она едва его не выронила. Аккуратно опустив сундук в яму, девушки закидали его землей. До их ушей донесся отчаянный нечеловеческий вопль, ночное небо озарилось снопом красных искр и ржавые отсветы упали на присыпанные снегом домовины, словно кровавые капли.

Мира вздрогнула, по спине побежал холодок.

- Пойдем отсюда. - поспешно Сказала она.

- Постой, .  – шепнула Ванда. Ведомая  пробудившимся инстинктом охотницы, она осторожно скользнула за угол, Мира следом и обе они застыли, укрывшись за густо  поросшими кустарниками - их взглядам открылась жуткая картина. В кругу огня стоял человек в черном балахоне. Голову его покрывал капюшон. Он глядел на луну и выкрикивал странные заклинания, а вокруг, вторя его словам, подвывая ритуальную песню, плясала нагая и простоволосая старуха в уродливой маске-черепе. Ванду замутило. Мира вцепилась в подругу и стражница услышала стук ее зубов.

Ванда смотрела и леденела от ужаса - она узнала колдуна в балахоне не только по необычному для их края одеянию. Что-то опасное было в его движениях, и страх, сковывавший ее в лазарете, вновь возвратился, приумножившись. Сердце провалилась в желудок , издав тихий булькающий звук. Ах, если бы они могли зайти со стороны леса, тогда полная луна наверняка бы раскрыла тайну незнакомца, озарив поднятое к небу лицо бледным светом.

Тем временем старуха упала перед ним на колени и забормотала на неизвестном наречии. Незнакомец взвыл, руки его вытянулись, ноги как-то странно подкосились и балахон словно сросся с кожей, а через секунду колдун обратился в здоровенного волка.

- Тссс... - Приложила палец к губам Ванда и потянула Миру за рукав. Замирая сердцем, они отступали, осторожно, стараясь не дышать и, оказавшись за оградою кладбища, со всех ног бросились прочь.

До утра девушки не сомкнули глаз - все прислушивались не бродит ли под окнами волколак. А утром Ванда первая завела разговор.

– Однажды я уже видела этого колдуна, – сказала она. – Он наслал морок и убил Бровчиху. Савелий назначил награду за поимку.

– Я читала в сводке «Колокола» о убийстве гмурки, – Мира захватила щипцами для завивки длинную прядь. – И о том, как ты развеяла морок. Зачем ему понадобилось убивать карлицу?

– Она разгадала гмурские тайнописи. – Снизила голос Ванда. – Колдун ищет украденные свитки, сокрытые на дне реки, он хочет   разбудить какой-то талисман...

– Талисман? – Воскликнула Мира. – О Свароже! Ванда, ты словно вчера на свет родилась. Он не просто колдун, он волколак. Я не раз готовила снадобья для обращенных и точно знаю – простые оборотни не владеют магией, Ванда. Знаешь, что это значит? Он двоедушник! - Она не дала ответить,  положила щипцы на полку, сгребла подушки и, подложив под спину, села и заговорила приглушенным голосом. - Каждая травница мечтает найти сказочную одолень-траву. О ее свойствах слагают много легенд, но есть одна, которую считают наиболее правдивой. – Она слезла с постели и достала с ящика стола берестяную книгу.