Ванда Здорная и колдовские свитки

12

При соприкосновении с точильным камнем от лунообразного лезвия летели искры. Ванда стояла в стороне, ожидая. Медведь закончил с бердышем и достал из-за пояса шкуросъемный охотничий нож. Заприметив Ванду, он поманил её рукой.
– Последний урок, Ванда. - Сказал Медведь и снял с шеи подвеску – на черном камне светилась Руна Чернобога. - Возьми. – Он надел руну Ванде.
Едва лишь руна коснулась ее груди, как по телу разлилась острая, обжигающая, кипящая лавой боль.
Ванда упала на колени, а потом стала качаться по полу, завывая и пытаясь отдереть руну от кожи, но не тут то было - руна словно сплавилась с телом, проросла в ней и оплавляла легкие, сжигала сердце, пробуждая ненависть.
– Борись! - Приказал Медведь. - Ты можешь погасить ее, Ванда!
Волна ненависти захлестнула ее и с уст сорвалась брань.
Кожа горела, тлела, воняла гарью. Боль была нестерпимой, такой нестерпимой, что пол под ногами задрожал, раскололся у ног Медведя, увлекая его в расщелину. Одной рукой Медведь схватился за край обрыва и повис.
– Борись, Ванда! -  Кричал он. – Борись!
Боль! боль стала горче пекла. Ослепительная, словно солнечный свет она жгла  глаза. Зажмурившись от очередной накатившей вспышки, Ванда упала на землю и подала Медведю руку. В тот же миг боль отступила, равно, как и видение. Не было никакой расщелины. Ванда лежала на каменном полу с вытянутой рукой. Медведь стоял рядом.
– Что это было? - Спросила Ванда, опираясь на поданную им ладонь.
– Истинная сила. - Ответил наставник, улыбаясь ей. - Любовь, смелость, самопожертвование. Если когда-нибудь ты столкнешься с болью – вспомни о ней, эта сила в тебе всегда. Я рад, что ты справилась. - Он взял ее руку и крепко сжал. - Береги себя.
– Ходят слухи, вы  покидаете Грамотницу? - Спросила она.
– Я должен вернуться к каменным волхвам, - ответил Медведь. - А теперь ступай, ты истратила много сил, тебе нужно хорошо пообедать.
Дверь скрипнула и в подземелье вошла Надия.
– Я слышала кто-то кричал… – Настоятельница задержала взгляд на руне, висевшей у Ванды на шее. – Что у вас тут происходит? – Спросила она с прищуром.
– Все впорядке, – ответил Наставник.
Надия кивнула.
– Медведь, мне нужна ваша помощь. Немедленно. Это касается защитной линии…
– Хорошо, – сказал Медведь. – Мы уже закончили. Ступай, – обратился он к Ванде.
Ванда вышла из подземелий и поднялась наверх. Проходя мимо кабинета настоятельницы, она глазам своим не поверила – дверь кабинета оказалась открытой. На мгновение замерев у приоткрытой двери Ванда, как сыщик, скользнула в кабинет.  Сейчас, пожалуй, у нее появилась редкая возможность узнать, что скрывает Надия.
В кабинете царил беспорядок. Ванда подошла к столу и выдвинула верхний ящик. Дыхание сбилось, между лопаток потекла струйка ледяного пота. Ящичек послушно выехал, словно только того и ждал. Он был совершенно пуст, если не считать небольшую продолговатую коробку для перьев. Чувствуя, что сердце вот-вот лопнет от нарастающего напряжения, Ванда открыла ее. Ни-че-го стоящего. Оторванная пуговица, катушка нитки с воткнутой иглой, сточенный карандаш, перья, несколько медных монеток…
Ванда прикрыла ящик и перевела взгляд на стол, на глаза ей попалось письмо, краешек которого торчал из под вороха бумаг.
Дрожащими пальцами Ванда вытащила письмо и кровь прилила к лицу, когда она без зазрения совести открыла конверт. На крнверте витиеватыми буквами было выведено:
"Надие. Лично в руки".
«Добрый день, Надия. Думаю, Савелий начал что-то подозревать. Скрытным стал. На днях отменил справедливый суд в угоду юной ведьме, внучке Юродивой. Писать о чем либо еще боюсь, если письмо перехватят, мне грозят неприятности. С новостями прибуду завтра. Вас прошу выдать сто монет сестрице моей Березке.
В. Д.»
Пока читала в груди разливался жар. Не ведая, что творит она кое как сунула письмо обратно и на ватных подгибающихся ногах двинулась к двери и замерла, взявшись за ручку – в коридоре, прямо таки за стенкой раздался стук каблуков, а в следующее мгновение дверь распахнулась, сбив Ванду с ног.
– Ванда? – Воскликнула настоятельница. – Что ты здесь делаешь?
Она окинула ученицу подозрительным взглядом. Обвела взглядом кабинет и вновь задержала взор синих очей на Ванде. – Да у тебя же кровь!
Ванда коснулась пальцами рассеченной брови, куда пришелся удар и тут же отдернула, морщась от боли.
– Все… все в порядке, – выдохнула Ванда, поднимаясь на ноги и лихорадочно соображая, что соврать – Я… хотела попросить вас выписать разрешение на выход в город.
Надия покачала головой.
– Нет-нет, исключено. Все бумаги я уже раздала. Но раз ты уже здесь… – Она подошла к столу и вновь перевела взгляд на ученицу, а после обшарила глазами стол, задержавшись на выглядывающем корешке письма, выдохнула, сгребла со стола документы и вручила стопку стражнице.
– Отнеси наверх, будь любезна. – Ее голос скрипел, как снег. – Усладе.
Настоятельница вымученно улыбнулась и когда Ванда, не веря собственному везению, вывалилась в коридор, захлопнула за ней дверь и провернула замок.
Услада вела занятия в башне, где рассматривали блуждающие звезды рунники и веды. Поднявшись по лестнице на самую высокую точку в Грамотнице, Ванда оказалась в большом зале с панорамными окнами. Услада стояла на возвышении, у доски, где висела карта звездного неба и тыкая указкой, рассказывала о Затмении.
– Вы, – вещала она глубоким голосом, – не должны воспринимать Затмение, как зловещее явление. Помните, что в этот день происходят важнейшие события и порою ваш выбор может влиять на жизнь человечества в течение многих лет...– Услада замолчала заметив  Ванду и махнула ученикам рукой: – Записывайте.
Ванда отдала Усладе документы, скользнула взглядом по склонившейся над берестяной грамотой Березке и поспешно покинула Башню.
Под ложечкой уже сосало от голода.
***
– И что это? - Спросила Ванда, когда за ужином в опустевшем обеденном зале Мира показала ей бумагу.
– Хотела бы я знать.
Ванда покрутила лист и так и сяк, разглядывая написанное со всех сторон. Ничего. Ни единого знакомого знака. 
– Ты пока разбирайся, – сказала Мира, – а я схожу за чаем.
Ванда кивнула, продолжая изучать лист. Какие-то точки, кружочки, пунктирные линии, стрелочки, символы.