Варьете "Золотая лилия". Последний шанс для тихони

Глава 6

Потянулись дни, полные тоскливой надежды. Я прислушивалась к каждому шороху за окном, не едет ли машина. Голоса за дверью заставляли меня трепетать. Вдруг за мной? Я уверяла себя, что прошло ещё недостаточно времени, что медсестра могла схитрить и отправить письмо обычной почтой вместо световой, но чёрная тоска потихоньку гасила и так слабый огонёк надежды. Пока от неё не остались только угли.

Всё времяпрепровождение свелось к тому, что я лежала и смотрела в потолок, иногда в окно издали. Оказалось, если переложить подушку и лечь на самый край, то можно было увидеть кусок лазурного неба, а ночью — тусклую звезду.

В один самый обычный день дверь неожиданно отворилась, нас — почему-то не по графику — повели на прогулку.

— Эту убрать! — кивнула старшая медсестра Старла на Клару, которая почти всё время сидела в углу и плакала. — Нечего ей перед проверяющим выть. Ещё скажут, не справляемся.

Проверка! Вдруг это мой шанс? Лишь бы заговорить с проверяющими, попросить разобраться.

— Этой седативного вкатить! — Старла показала на Мартину. Потом вытянула руку с хлыстом, поочерёдно направила на каждую из нас: — Всем вести себя тихо и прилично, неумойки бесовские! Чтоб от вас ни писка, ни взгляда лишнего.

Свист рассёк воздух: Старла стеганула хлыстом по полу, намекая на то, что будет с ослушавшейся. Я отвернулась. Мне было стыдно, мне было ужасно стыдно, но я боялась хлыста, я видела, какие раны он оставляет. Однако свой шанс, возможно, последний, потерять не могла.

Нас выпустили во двор, на этот убогий клочок земли. Медсёстры натянули любезные улыбки, принялись водить туда-сюда старуху Типпи, уговаривая погулять, чего они никогда не делали. Видимо, лежащее кульком тело — не лучший вид для глаз проверяющих.

Все привычно разбрелись. Келлин, как всегда, уставилась в стену ограды. Другие срывали траву, ощипывали листья с деревьев, если могли дотянуться. Я же во все глаза смотрела на выход из клиники, безуспешно пытаясь уговорить себя не волноваться. Одновременно придумывала, как привлечь внимание и дать знать, что не безумна. Сказать «я не больна, я здесь по ошибке»? Так тут половина это утверждает, кто ещё может. Придумать я ничего не успела. В двери, ведущей во двор, показался доктор Фолькен, показывающий кому-то дорогу. Сердце заходило ходуном. За доктором шёл высокий представительный мужчина, одетый во всё чёрное. Сразу бросилась в глаза его улыбка, обаятельная, но такая неуместная в этой тоске. Мужчина словно пришёл из другого радостного мира, в который мне путь заказан.

— Здравствуйте! — Проверяющий обвёл всех весёлым взглядом.

Я сделала пару шажков, чтобы подобраться поближе.

Фолькен взял проверяющего за локоть, показал на старуху, разглядывающую землю.

— Это Хортенс, давно у нас. Безнадёжный случай. Боремся как можем, но улучшений нет. Попала сюда после того, как напала на соседку. Видите ли, ей показалось, что соседка подговаривает червей сделать подкоп в её дом. Типичный бред. До сих пор мерещатся черви.

— Так подарите ей курицу, — хохотнул проверяющий. — И проблема червей решена.

Между мной и проверяющим стоял Фолькен, и я старалась едва дышать, лишь бы не привлечь внимания доктора.

— А это Мартина. Порой неуправляема. Агрессивна.

— Агрессивна, говорите. Дайте ей подушки. Все, что найдёте. Пусть колотит! У неё сил не останется на агрессию, а у вас и пациенток будут чудесные взбитые подушки.

— Угу, — нахмурился доктор Фолькен. — Так из какой вы больницы, говорите?

Проверяющий неопределённо мотнул головой, тёмные густые кудри растрепались, и он провёл рукой, поправляя их.

— Святой подковы святого коня святого Франца двадцать пятого.

— Хм, никогда не слышал о такой.

— Переименовали. Недавно. Прекрасный образчик храма науки человеческих душ и тел! А вы где учились, уважаемый доктор? — Проверяющий чуть склонился к Фолькену и улыбнулся.

— Я выпускник королевской медицинской академии. — Фолькен выпрямился, покачался с носка на пятку и так задрал нос, что, казалось, ещё немного, и он завалится на спину.

— О! И что же забыли здесь, в провинциальной клинике?

Я знаю ответ: тут проще брать взятки. Но доктор, конечно, сказал совсем иное.

— Интересные случаи встречаются. Я человек увлечённый, всецело поглощён делом. Даже в отдыхе себе отказываю. Кто, если не я, в этих краях позаботится о несчастных, лишённых разума?

Я сделала малюсенький шаг к говорящим, но Старла схватила меня за запястье, глазами показала, чтоб я вернулась на место. Пришлось подчиниться. Я взглянула в лицо проверяющему. Пожалуйста, посмотрите на меня! Прошу, мне так нужна помощь! Поговорите со мной, сами убедитесь, что я не безумная.

Проверяющий повернул голову, пробежался взглядом по зданию позади, ограде, больным женщинам. Посмотрел и на меня. Совершенно равнодушно.

— Что же, всё ясно, коллега. Думаю, проверять больше нечего. У вас царит порядок и покой!

Доктор расплылся в улыбке. Проверяющий развернулся, бодро зашагал к выходу. Я чуть не взвыла. Мне захотелось закричать, забиться в истерике, кинуться следом за проверяющим. Я невольно качнулась вперёд, за ним, но медсестра больно дёрнула меня за плечо и зашипела: