Варленд в огне

Часть первая: "Вождь". Глава 4 - На грани восстания

Светило за всеми заботами насыщенного клонилось на закат, когда явился вождь. В поселение людей Андрен въехал на коне со скрещенным мечом и топором, что лежали через седло. Разоружённые Мирась и Вирась шли на своих двоих, степенно придерживая коня под узду. Его изловил тот самый лучник, который прибыл на подмогу пешком. Не брат он землевладельцам. В заговоре не участвовал, так что прощён заочно. И как самый шустрый малый, быстро изловил коня.

Братья переглянулись. Поди поймай кого угодно, когда на голове ком грязи обсох и от каждого резкого движения готов свалиться.

Следом за группой шёл Грок размеренным шагом. Воевода, к огромному удивлению Андрена, на коне ездить не умел. И осваивать с ходу верховую езду не спешил. Зато вооружился ятаганом, признав своё право на выбор оружия не по наследию, но по духу.

– Я – не отец. И не братья. Но славой своё оружие покрою. Это моё слово. Внемлите ему! – заявил орк во всеуслышание, так же нацепив пояс с ножами через плечо.

Следом за этой «головой» на «плечах» процессии следовали семнадцать орков с топорами, мечами и молотом через плечо. Их разношёрстный отряд в полной боевой готовности разбавлял лишь Шаман на старом коне.

Единственный конь, что остался в поселении орков после того, как отправили посыльных в соседние кланы для скачки не годился, но вполне мог доставить старого орка из пункта А в пункт Б. Причём, неспешно. Всё-таки орки не очень хорошие наездники. И все, кто умел ездить из молодой поросли отбыли. А прочие умелые воины полегли в бое у Волшебного леса по лету. Новым же ещё учиться и учиться.

Замыкающим «хвостом» отряда вождя была толпа крестьян с вилами, копьями, луками. Всего с полсотни. Но с каждой новой улицей в деревне их становилось всё больше и больше. Любопытные прибывали, слухи ширились. После события на кладбище одни хотели посмотреть всё ещё на вождя, а другие уже на потенциального некроманта.

Гнева, радости, недоумения и гордости среди толпы было примерно поровну. Одни вождя ненавидели заочно за то, что кости растревожил, другие превозносили за желание уравнять всем жизни на селе хотя бы на словах. Но по сути, тем и другим было интересно лишь одно – какую цени придётся отдать?

Процессия вывела к дому вождя. Двухэтажный наследуемый дом Бобрида мало чем отличался от дома семьи Грока. Андрену на миг показалось, что просто вернулись к тому же строению. Потому что как на вид, так их возводил один и тот же строитель.

У дома с десяток мужиков с большими, круглыми щитами. Но повернуты не к процессии, а к дому. Щиты над головами навесом, а среди навесов Старейшина. Уже не кричит, но хрипит лучникам в окнах.

– Что же вы делаете, окаянные? Богов побойтесь! Вы в этой деревне с основания живёте! В своих стрелять? Да чтоб вас молния поразила, отступники!

Андрен присмотрелся к щитам. Там с два десятка стрел торчит. Но раненных или убитых вроде нет. Или оттащили, укрыли в безопасном месте.

С приближением процессии солдаты оглядывались на орков. Эти здоровяки без щитов. Сблизятся – быстро постреляют. Но люди за их спинами тоже без щитов. Высыпались в струнку за пределами полёта стрелы, наблюдают. Не так много забав на деревне. Ещё меньше – кровавых.

Андрен, не слезая с коня, поманил Старейшину. Щитовики шаг за шагом обступили от дома, всё так же выдерживая строй и шагая нога в ногу, как единый механизм. И шагали так, пока не отошли на безопасное расстояние. Лишь тогда опустили щиты, разомкнули строй.

«Таких бы в броню заковать, латными много пользы принесут», – невольно прикинул вождь, пока слушал доклад Старейшины.

Старик ничего нового не сказал. Порась внутри, захватил Девону, мать её уже не воет внутри.

– Похоже, рот ей завязали, проклятые мучители, – заключил лысый старик. – Подождём? Кто со своими воюет – богам не угоден. Авось, земля перед ними разверзнется или хворь какая поразит.

Вождь усмехнулся и отдал ему оба оружия.

– Столько времени ждать у нас нет.

– Ты что задумал? – спросил Грок.

– На переговоры пойду.

– Я с тобой!

– Это ценители старины. Нового ничего не приемлют. Старый мир подавай. Орк их сейчас только взбесит, – заметил вождь и добавил тише. – Прости, воевода, но я лучше сам.

– Обожди тогда, – прищурился напарник. – Солнце садится. Скоро коню в зад не попадут. Говорят, возмездие терпеливо.

– А я – нет! – ответила Андрен и оставив оружие и коня своему отряду, закричал. – Пора-а-ась!

У дома собралось без малого две сотни существ. И всё только прибывали новые лица.

– Это я, вождь обоих кланов – Андрен Хафл, – представился имперец. – Говорить с тобой буду. Убери лучников!

Один из трёх лучников из окна исчез. На смену ему вылезла усатая морда с куцей бородкой. Порась давно пытался опустить бороду, да всё не росла. И чего бы он не делал, положения это не меняло.

– Вождь? Сам пришёл? – удивился захватчик. – Ну ты и зелен, как я посмотрю. Да не кожей, а душой. Умом боги обделили? Сейчас стрелу грудью поймешь и нет, почитай, вождя.

«Видно ты головой ослаб, что оскорбляешь меня при народе. Тот же народ тебе потом и припомнит», – подумал Андрен, стерпел обиду и приблизился на расстояние поражения.

– Всё сказал? – был его ответ.

– Чего тебе, вождь на день? – вновь насмешливо обронил Порась. – Вот спустят стрелу, и закончится день твой.

От лучников в доме послышался смех.

Гнев поднимался изнутри от слов насмешника. Хотелось уйти и отдать приказ штурмовать дом. Тогда голову шутника на пике быстро поднимут. А лучникам по паре пальцев отрежут, если не убили никого.

«Но внутри невиновные есть, да и жизни солдат за усатого насмешника разменивать во времена, когда каждый не счету – не дело», – так мыслил уже не магик, но вождь, которому другая мера ответственности положена.