Варвара-краса и другие чудеса

Глава 3

К сожалению, очнулась я всё в той же комнате, с одной только разницей, бабуся, которая со стороны казалась маленькой, слегка сутулой деревенской бабусей, каким-то образом умудрилась затащить меня на кровать.

— Кушать надо лучше, — заявила мне бабуся, — вот и в обмороки валиться не будешь.

«Да, поесть я бы не отказалась, — подумала я, с тоской вспоминая шаурму, которую так и не успела заточить.»

— Бабушка… — начала я.

Но старушка меня перебила:

— Называй меня баба Арина.

В голову пришло:

— Арина Родионовна?

— Откель знаешь? — с подозрением покосилась на меня старушка.

А я и сама обалдела, но сохранила интригу:

— Интуиция.

Бабка на меня покосилась с подозрением. И тут в дверь постучали.

Баба Арина сразу занервничала:

— Ты это, Варя, давай ужо, сымай свои срамные штаны, и иди быстро приведи себя в порядок. Владыка ждёт.

Я решила, что раз уж я не могу пока вырваться из этого странного сумасшествия надо посмотреть, что там за Владыка такой, почему он себя моим папашкой объявил и почему это я тогда не царевна, если я его дочь.

В ванной всё было сделано по уму, но с подвывертами. Душ в виде большого рапана из которого, как из водопада бежала вода, стоило только встать прямо под него. Вода была комфортной температуры. Конечно, мне, после того, как я столько времени провела в мокрой одежде хотелось погорячее, но я не нашла регулятор, а вылезать и просить бабку помочь, не хотелось.

Были полотенца и даже сушилка. Её я обнаружила случайно. Потянувшись за полотенцем, пронесла руку мимо ещё одного рапана, а оттуда вдруг подул горячий воздух. Воздух рапан гнал не хуже дайсона, я и волосы посушила, и трусы стиранные высушила.

Была здесь и ванная, шикарная, у меня дома такого не было. Ну я, конечно, на хоромы не претендую, у нас с мамой нормальная такая малогабаритная хрущовка. Ванна там маленькая. А здесь прям почти бассейн. Жалко мне баба Арина времени совсем не дала, я только и успела, что быстро ополоснуться, ещё раз полюбоваться какими-то рыбами, проплывшими над потолком, и вышла, завернутая в полотенце.

На кровати лежала одежда.

— Это что? — спросила я, с удивлением разглядывая белую рубаху и красный сарафан с кокошником.

— Одежда, — удивленно ответила мне баба Арина.

— А нет что-нибудь более современного? — уточнила я, которая с пяти лет носила только штаны, потому что в платьях неудобно было лазать по деревьям, бегать и драться.

— Такого не носим, — гордо сказала старушка, и добавила, — надевай давай, а то Владыка наш крутенек, сейчас молодцов-утопленничков пришлёт и вытащют тебя в полотенце.

Про «утопленничков» мне сразу не понравилось, и я скрепя сердце натянула на себя рубаху, оказавшуюся мне до пят, и красный сарафан, тоже такой же длины.

Хорошо, что ещё трусы посушила под сушилкой в ванной, а то трусов этот наряд не предполагал, только панталоны. На всякий случай я их тоже надела. Какие-никакие, я а всё же штаны. На случай, если быстро бежать придётся.

Кокошник надеть у меня так и не вышло. Ну, не держался он у меня на голове. Любопытно, что завязок на нём не было, предполагалось, что ты его на голову надеваешь, и он там якобы должен держаться. Но у меня с головы он всё время падал.

Баба Арина прям расстроилась.

Мне её даже жалко стало:

— Может есть какие-то завязки? — спросила я.

— Да какие завязки, енто же вещь волшебная, она на голову сама надевается.

Но мне на голову кокошник надеваться отказался.

В общем взяла я кокошник в руку и пошла так. Бабка пока расстраивалась, не заметила, что сандалики, которые вместе с сарафаном полагались, я под кровать запихала, а натянула на ноги свои мокрые кроссовки.

— Ведите, баба Арина, к вашему Владыке, — с достоинством сказала я, вдруг ощутив себя героиней сказки. А что? Сарафан есть, кокошник тоже … почти есть, ещё бы с Владыкой разобраться.

До Владыки мы с бабкой дошли быстро, я даже ничего рассмотреть не успела, а всё потому, что его чертоги, так мне бабка сказала его дворец называется, были волшебными.

Вместо того, чтобы мне всё показать, бабка провела меня какими-то быстрыми переходами, и уже через шесть шагов мы оказались перед высокими хрустальными дверями, возле которых стояли красавцы такие, высокие, плечистые, в красных кафтанах и в лихо заломленных красных шапках. Блондины.

Я залюбовалась. А бабка ехидно так:

— Что утопленнички нравятся?

И только после этих слов я обратила внимание, что кожа у них бледная, а глаза мутные и белёсые. Стало не по себе, и я вздрогнула.

— Да не боись, — миролюбиво произнесла самая знаменитая няня, оказавшаяся вредной бабусей, — отвоевалися они, на живых девок не смотрють, всё больше на русалок заглядываются.

Двери открылись, и бабуся тычком в спину сопроводила меня в зал к Владыке.

«Вот интересно, он тут всё время сидит, — подумала я, — или иногда выходит?»

И вот вроде про себя спросила, мысленно, а в ответ кто-то очень ехидным голосом произнёс:

«Тебя-то как-то родил, как бы он это отсюда сделал?»

Я стала оборачиваться, но никого не увидела.

«Тихо ты, не жми так, сломаешь» — снова раздался внутренний голос, а я со страхом подумала, что у меня не просто сумасшествие, а в особой форме.

Внутренний голос заржал: «Попала в волшебный мир, а чудесам удивляется.»

И я обратила внимание, на кокошник и потрясла его

«Тихо ты, не тряси меня, жемчужинки слетят,» — ворчливо прозвучало у меня в голове.

— Подойди! — вдруг ворвался в мой внутренний диалог громогласный голос.

«Ой, Владыка, —испуганно произнёс кто-то у меня внутри, и шёпотом, как будто кто мог услышать то, что происходило у меня в голове, добавил, — не говори ему, что слышишь меня, и спрячь, но не потеряй, я тебе ещё пригожусь.»

Куда я могла спрятать кокошник? Но он вдруг скукожился, становясь маленьким, и я сунула его в карман, который был красиво нашит на сарафан.