Варвара-краса и другие чудеса

Глава 4

Я смотрела на вновь обретённого родителя и думала: «Нет, ну бывают люди наглые, но вот таких я ещё не встречала.»

Владыка, видимо, воодушевлённый тем, что я молчу, между тем продолжил, пафосно так:

— Так ты свой долг закроешь.

И здесь меня прорвало:

— Какой долг, мужчина, вы вообще о чём?! Я вас впервые вижу. Срочно верните меня откуда забрали.

И вдруг из-за спины на меня его блондинистые «любители русалок» налетели, и противненько так зашипели:

— Ты как с Владыкой разговариваеш-ш-шь?!

И в спину меня тычут, своими палками. В смысле копьям, ну блин, «великий и могучий русский язык». Оружием, короче.

Ну я и обиделась:

— Пошли прочь, селёдки!

И что самое интересное, они резко развернулись и пошли.

Любопытно. И я решила проверить ещё раз:

— А ну стоять!

Утопленнички остановились, как вкопанные.

А я перевела глаза на Владыку:

— Ну что, мужчина, поговорим?

Владыка смотрел удивлённо:

— Вот значит, как, силу значит мою взяла…

Но вывод снова сделал не верный:

— Силу взяла, а расплачиваться не хочешь.

— Да за что расплачиваться-то? — возмущённо спросила я этого «кредитора».

— За жизнь, — всё так же уверенный в собственной правоте произнёс этот царь морской.

— То, что вы стали моим биологическим отцом, вообще ничего не значит, — с не меньшей уверенностью произнесла я.

— А кто тебе сказал, что за твою жизнь? — усмехнулся «родитель», нехорошо усмехнулся, мне не понравилось.

Я промолчала, ожидая какой-нибудь подставы.

И дождалась.

— Цена, за которую ты мне должна – жизнь твоей матери.

Он слегка наклонил голову, отчего стал похож на большую обезьяну. Ну симпатичную, конечно.

— Не отдашь, мать больше не увидишь.

— Это как это?

— А вот так, — в тон мне ответил владыка, — мать твоя должна была утонуть, вернее так, она утонула, но я влил в неё часть своей силы, и всё это время она жива только благодаря мне.

А я начала думать, ну и как он до мамули доберётся, а этот гад, как будто мысли мои прочитал, снова «включил» водяной экран, на котором отобразилась моя мамулечка. Она шла по набережной, со своей подругой с работы, тётей Люсей.

Я усмехнулась:

— И что? Цунами-то у нас в городе не бывает.

И обратила внимание, что царь морской, как-то тоже нехорошо усмехнулся, и вдруг волны в реке стали вырастать, а мама с подругой, остановились и стали смотреть и тётя Люся, даже телефон достала, чтобы сфоткать «природное явление». И я вдруг поняла, что, если не отвечу прямо сейчас, смоет и маму, и тётю Люсю, и утопит их этот подводный ирод, по странной случайности оказавшийся моим отцом.

— Стой! — крикнула я, — я согласна!

И тут же я увидела, как волнение в речке стихло, а мама с подругой, развернулись и бурно обсуждая произошедшее, пошли дальше.

— Правильное решение, — удовлетворённо заявил мне папаша.

— Сволочь, — заявила я ему. Понятно, что от того, что я его обозвала, ничего не поменяется, но хоть душу отвела.

Вздохнула и оглядевшись, увидела у стеночки стульчики. Кивнула одному из утопленничков, так и стоявших истуканами:

— Эй ты, кучерявый, принеси стул.

И утопленник пошёл принёс мне стульчик, я присела, закинула нугу на ногу, хотя в сарафане это не сильно удобно было, и посмотрев на родителя, сказала:

— Рассказывайте, кто, что, когда и зачем?

Оказалось, что когда-то отец мой угодил в плен к Чернобогу, правителю Поганого царства. И чтобы выбраться оттуда пообещал Змею Горынычу дочь свою в жёны, когда та родится и вырастет. И забыл об этом.

А дочь его Варвара-краса выросла, и замуж собралась, и на днях свадьбу играли, а Горыныч возьми, да и явись за долгом.

Но папашка мой хитро… мудрый, он же Горынычу не какую-то конкретную дочь обещал, а просто дочь, и вот «вспомнил» обо мне, и мной решил с Горынычем рассчитаться.

Мне вот любопытно стало, эти сказочные цари все такие продуманные, или только мне повезло?

—И как я за него замуж выходить буду? — спросила я, — он же змей, а я змей боюсь.

Папашка вздохнул тяжело, но ответил, снизив голос так, что я его едва расслышала:

— Твоя задача к нему в замок отправиться, а я тебя колдовству научу, колданёшь и свободна.

«Отлично, — подумала, — из меня ещё и убийцу решили сделать.»

Но выхода пока не было, знал царственный гад, чем меня взять. Маму я ему не отдам, а то сделают из неё русалку, и будут за ней эти блондины утопленные увиваться.

Но решила, что возьму всё, что дадут, а там посмотрим, может змей не такой уж плохой, может с ним договориться можно.

И только ещё один вопрос меня сильно волновал:

— А вдруг Горыныч будет не согласен на замену?

Морской царь снова усмехнулся и сказал:

— Так тебе же лучше, значить долг мой аннулируется.

А я потёрла ручки:

— Организуем.

А папашка, видимо, заметив моё кровожадное выражение лица сразу меня расстроил:

— Ты там осторожнее, он крут на расправу, может и испепелить.

И хмыкнул:

— И, если так случится, то долг тоже аннулируется.

А я поняла, что папашке всё равно, что со мной будет, долг-то аннулируется в любом случае.

Значит, как всегда, снова сама за себя!

— И когда? — спросила я.

— Последний срок завтра утром, — сказал царь, и добавил, — приданное твоё уже готово, а записку с колдовством, тебе отдадут перед переходом.

И рукой так взмахнул, и меня вместе со стулом вынесло из зала, только двери и захлопнулись.

Я обернулась и увидела бабу Арину.