Варвара. Курьез с двойным дном

Глава 9.2

Пока Элка примеряла свой новый комплект, Варя разглядывала ее красивый золотистый загар, равномерно лёгший на все ее бесстыдное голое тело.

– Где это ты так загореть успела в начале мая? В солярий ходишь?

– Какой там, на даче картошку сажала!

– Голышом?

– Че это сразу голышом, в купальнике.

– Представляю, какой там у тебя купальник, – бросила Варя, понимая, что представлять нечего.

– Да нормальный купальник, обычный. Правда дяде Ване, соседу нашему по даче пришлось скорую потом вызывать.

– Успели? С ним все в порядке? – встревожилась сердобольная Варя.

– Да что с ним станет! – Элка только отмахнулась. – Спирта дали понюхать, так он за день в одиночку весь свой огород перекопал, ещё и нам предлагал помочь.

Варя слушала Элкины истории и смеялась, прихлебывая свой огуречный фреш. Элка, нарядившись в новое развратное белье и развлекая Варю своими бесстыдными россказнями, налегала на царскую охлаждённую, закусывая ее конфетами с ликером. И чем больше они предавались празднику, тем дурнее становилось настроение Элки.

Последний случай никак не выходил из головы. И чем больше Элка в себя заливала, тем больше претензий (под давлением выпитого) всплывало наружу. Если до этого Агния не угодила ей своим бельем, то теперь изводила одним своим существованием.

Варя немногословно поддакивала из солидарности, но при мыслях об Агнии чувствовала разве что восхищение, вспоминая ее точеную модельную внешность.

– Вот и работала бы моделью! – зверела Элка. – Зачем ей вообще учиться?!

А тебе зачем? – думала Варя.

Найди себе папика да живи обеспеченной жизнью.

Но все самые обеспеченные папики города, сплотившись еще в нулевых, застроили край города, образовав там собственный «Дворянский отшиб». И жен эти папики привозили себе исключительно из-за границы.

Рауль был наполовину русским, наполовину канадцем; дьявольский красавчик Вилон Крост – наполовину русским, наполовину англичанином; Герман Вергер – наполовину русским, наполовину немцем, сама Агния была наполовину русской, наполовину шведкой, с белоснежной кожей и волосами альбиноса.

Фарфоровая куколка. Глаза-бирюза… – думала Варя.

– Шшшшшмесь булллльдога с носорогом, – шипела Элка, все сильнее надираясь Царской.

Поравняться с плинтусом ей сейчас мешала только кровать, на которой она развалилась.

Вот тебе и титул, – думала Варя, поглядывая на эту пьянь.

Она с сочувствием смотрела на униженную подругу, изрыгающую ненависть, полную зависти. Сама Варя даже не могла завидовать Агнии, потому что была птичкой слишком маленького полета. Совсем незначительного. Если Агния была белоснежной грациозной цаплей, то она, Варя, домашней розовой канареечкой. Элка обычно была трясогузкой, но сейчас, когда кривляла рожи и брызжила слюной, больше напоминала козодоя.

– Ты похожа на козодоя! – прыснула Варя.

– Вот так? – и Элка, выпучив глаза, разинула рот. А Варя загоготала в голос и принялась лупить пятками по кровати, когда Элка набросилась на нее и начала вращать выпученными глазищами.

Нет, не на козодоя, – передумала Варя.

На богомола. На богомола-людоеда.

– Прекрати, ты страшная! – выла она от смеха, и Элка корчила еще более ужасающие гримасы.

Вот за такие моменты Варя и любила подругу. Но таких моментов становилось все меньше.

– Ай, да ну эту сучку! – бросила Элка, когда они нагоготались. – Давай, фоткай меня для рыжего!

Элка, побарахтавшись в кровати, встала на четвереньки, прогибаясь в спине и из-под коротких шортиков демонстрируя свою аппетитную загорелую прелесть.

Восстановить поверженное самолюбие Элки можно было только одним способом – заставить восхищаться ее задницей простых смертных парней.

– Как тебе ракурс? – Элка выглянула из-за своего плеча, игриво повиливая ягодицами.

– А может сразу видео запишем? – предложила Варя, отметив, что в движении эффект выходит куда убойнее.

– А давай! – Элка ещё активнее завиляла задом.

Варя, записав короткое призывное видео, открыла контакты в мессенджере.

– Ну что, Раулю отправляем? – мстительно поинтересовалась она.

– Обойдется. Пусть на свою бледную поганку любуется.

– Так кому отправляем?

– Любимке, – кокетливо отозвалась Элка.

– Лю… лю… лю… – бубнила Варя, листая контакты. – Нашла! Отправила! Ну все, мальчик, держись! – Варя безошибочно процитировала Элку и так же безошибочно промазала пальцем.

Наверное, это была месть, пришедшая из глубин подсознания. Потому что Варя сама не поняла, как такое могло произойти. Она хотела быстро удалить сообщение, но в ответ уже посыпались сердечки и слюнявые смайлики.

Лотерею выиграл какой-то Лютый.