Варвара в морском царстве

Глава 1 Варвара

Я часто думаю об этом выражении:

«Пойти подышать воздухом»,

Оно означает, что за воздухом

Тебе придётся идти куда-то в другое место.

Что там, где ты сейчас, ты задыхаешься.

Давид Фонкинос. «Наши расставания»

Варвара Стрельцова лавировала между туристами, неспешно прогуливающихся по Невскому проспекту и понимала, что безбожно опаздывает. Когда Дашка предложила встретиться и посидеть в «Хачапури и вино», она только обрадовалась возможности сбежать из-под надзора матери, но без эксцессов, как обычно, не обошлось. Варе пришлось пообещать вернуться не позже десяти вечера, а также скинуть геолокацию, если они вдруг решат пойти в другое место.

Как же Варя ненавидела этот тотальный контроль со стороны матери, но пока она от неё зависела, деваться ей было некуда. Она бы с радостью сняла комнату или переехала в общагу, но знала, что мать не даст ей жизни и там. Хватило того, что она первое время каждый вечер приходила к ней на работу в ресторан и сидела до закрытия, чтобы потом вместе поехать домой. Коллеги, такие же молодые ребята, откровенно посмеивались, говоря, что мамочка вновь пришла проконтролировать дочурку, а Варя готова была провалиться сквозь землю от стыда, весь вечер наблюдая, как к матери подкатывают разные мужчины, желавшие познакомиться с одинокой голубоглазой красоткой. Благо спустя время Варе удалось уговорить маму не приезжать и не позорить её, взамен поклявшись по первому требованию присылать геолокацию и отвечать на звонки по видеосвязи.

Сегодня они тоже успели поругаться по этому поводу. Варя не понимала, какая муха укусила мать с утра пораньше, но она весь день была не в духе, а вечером устроила моноспектакль на тему: «Я мать и лучше знаю, как тебе жить». Варя тоже была хороша, наговорила лишнего, сказала, что, если мама не выпустит её через дверь, она вылезет в окно и плевать на одиннадцатый этаж.

— Лучше я разобьюсь и сдохну, чем ещё хотя бы минуту проведу в твоём обществе! — так она ей сказала. Даже не сказала, а крикнула, потому что спокойствия не осталось и в помине. — Твой контроль переходит все мыслимые и немыслимые границы. Ты уже с ума сходишь от своей паранойи, и меня за собой тянешь».

— Я забочусь о тебе! Потом ты скажешь мне спасибо…

— Спасибо? Спасибо? Ты серьёзно?! Да мне от твоей заботы удавиться охота, понимаешь? Ты всю жизнь контролируешь меня, будто я дитя малое, а мне двадцать два года! Я взрослая уже, могу сама принимать за себя решения. Ты в моём возрасте уже пять лет как матерью была. Пять лет, мам. Значит, тебе можно было родить в семнадцать от какого-то тюбика, а мне нельзя даже на свидание без твоего ведома сходить? Как удачно, что твой любовник из угрозыска вовремя поставляет тебе всю инфу на моих поклонников. Жаль, что после этого они пропадают из вида. Выходит, я никогда замуж не выйду и не «порадую» тебя ранней беременностью, ты всё предусмотрела. А я так мечтала пойти по твоим стопам…

Продолжение фразы заглушила звонкая пощечина. Варя дёрнулась и невидяще уставилась на мать. Та, казалось, тоже была ошеломлена своим поступком, ведь за двадцать два года она ни разу не поднимала на дочь руку. Она хотела было броситься к дочери — обнять или извиниться, но вместо этого отвернулась и глухо сказала:

— Иди, куда хочешь, но, чтобы в десять была дома. И геолокацию не забудь, иначе я тебя из-под земли достану, и мой любовник из угрозыска не понадобится. Поняла?

— Ненавижу тебя! Вот бы провалиться сквозь землю и никогда больше тебя не видеть! — Варя сорвала с шеи массивный кулон, когда-то подаренный матерью, и бросила к её ногам.

Схватив ключи и телефон, она метнулась к двери, мечтая, как можно скорее выйти наружу. Рядом с матерью Варе всегда становилось душно, хотелось сбежать и никогда больше не возвращаться. Она думала, что с возрастом мама успокоится, перестанет контролировать каждый её шаг, но стало только хуже. Естественно, с таким подходом друзей у Вари не имелось, парни обходили её стороной, одногруппники и коллеги тоже старались особенно с ней не сближаться, и Варя их отлично понимала.

С Дашкой они дружили с начальной школы, когда учительница посадила их за одну парту. После выпуска они поступили в разные универы: Варя осталась в Санкт-Петербурге, Дашка же ринулась покорять Москву, и их общение свелось к минимуму. Варя с радостью бы отправилась с подругой в столицу, но мать, как и следовало ожидать, не особо обрадовалась перспективе отпустить дочь в другой город. Переезжать же в Москву вместе с матерью, Варе тоже не улыбалось, пришлось скрепя сердце отказаться от мечты и подавать документы в местные ВУЗы. И вот Дашка приехала на каникулы, предложила встретиться, забронировала столик, как мама тут же решила испортить Варе настроение, чтобы долгожданная встреча подруг прошла под эгидой «как сепарироваться от матери, которая не даёт жизни?» Отличная тема для разговора после почти года разлуки.

Варя уже на эскалаторе поняла, что перепутала выходы и вместо нужного ей на Грибоедова, она поднимается к «Гостиному двору», от которого придётся бежать до ресторанчика, где ждёт её подруга. Варя взглянула на часы и поморщилась, понимая, что безбожно опаздывает. Дашка отписалась, что уже на месте, когда она только вошла в вагон метро. Благо от Пионерской до Невского проспекта всего десять минут, а «Хачапури и вино» практически в двух шагах от метро, она не сильно опоздает. Теперь же два шага превратились в пару кварталов, которые требовалось преодолеть как можно скорее.