Варвара. Ведьма для ворона

Глава 2

Глава 2

Варвара

В то утро Варя решила заготовить смородиновый и малиновый лист для отваров. Она взяла небольшое лукошко и вышла во двор.

С задней стороны и по бокам дома ведьмы стоял сплошной деревянный забор. Со стороны улицы и входа — невысокий плетень из лозы, высотой по грудь, и небольшая калиточка в нём. Смородиновые кусты росли у плетня слева от калитки, а малиновые — справа.

Девица тщательно осматривала листья малины и выбирала для напитка самые упругие, целые, без изъянов. Изредка по улице проходили односельчане, и, видя мелькающую в кустах Варвару, здоровались.

Закончив с малиновыми листьями, Варя пошла к смородиновым кустам, что были значительно ниже малины. Она бросила взгляд на улицу и увидела, что у её калитки стоят два незнакомца не самой приятной наружности. Нет, внешне с ними всё было в порядке — не страшные и одеты прилично, но вот гримасы на лицах заставляли думать о том, что с такими лучше дел не иметь.

Один — черноволосый, крупный, грузный, но не высокий; черты лица тоже крупные: мясистый нос, глаза чёрные, маленькие, оценивающе глядят из-под кустистых бровей, толстые губы растянуты в ехидной усмешке. Второй, видать, чуть моложе, был на голову выше приятеля и худой, не закабанел ещё. Волосы у него были русые, глаза — ни карие, ни зелёные — грязные какие-то. Ими он ощупал фигурку молодой ведьмы сверху донизу так, что девице захотелось сходить в баньку и помыться. Видать, увиденным мужик остался доволен, потому как, облизнув тонкие губы, неприятно улыбнулся.

Внешне разные, мужики имели что-то неуловимо схожее между собой — взгляд, прищур, поворот головы. Родственники, может?

А ещё Варя почувствовала в них ведьмаков, не обладающих большой силой.

Здоровый, открывая калитку и заходя без спросу на двор, пренебрежительно спросил:

— Ты, что ли, ведьма Варвара? — Обернулся к приятелю и бросил: — Мелковата, не думаешь? Зелёная совсем.

Второй, продолжая скользить взглядом по шее и вороту рубахи девицы, ответил:

— А по мне — так в самый раз! Как раз по моему вкусу!

Он весело заржал, довольный своей шуткой.

Здоровый поморщился:

— Ты всё об одном, курощуп! Каждая вторая по твоему вкусу. Сделаем дело — тогда и натешишься вволю.

Варвара потеряла дар речи. К такому обращению она не привыкла. В их селении и во всей округе её уважали — помогала многим. А эти наглецы говорили о ней так, будто её тут не было. И оглядывали, словно девку непотребную.

— Ну чего вылупилась? Язык отсох? Ты Варвара? — спросил толстый.

— От счастья онемела, дурочка, что к ней такие уважаемые люди пришли, — хохотнул щуплый.

Варя от ступора отошла, прищурилась и наконец ответила:

— Я людей тут не вижу. Вижу двух колдунишек лободырных*, уважаемых лишь собственными свиньями.

Толстый побагровел так, что ведьма подумала: он сейчас лопнет и навозом своим забрызгает всё вокруг. Тощий же лупал глазками и хватал ртом воздух.

— Ты рот свой прикрой, девка! — первым заговорил черноволосый. — Не знаешь, с кем разговариваешь!

— А мне и знать не надо! Вас тут не ждал никто! Пришли незваные, разрешения не спросив, на двор запёрлись. Мамка вас не учила, что к людям уважительно обращаться нужно? Вон пошли отсюда!

— Сопля ещё, старшим выговаривать! Уважение ещё заслужить надо, — смерил её презрительным взглядом худой.

Варвара собралась ответить, что это они к ней пришли. И ничего она у них заслуживать не собирается. Только здоровый не дал ей рта раскрыть.

— Некогда нам тут с тобой препираться. Извиняй, если не расшаркавшись зашли. А надо нам от тебя вот что. Знаем мы, что ты души видеть можешь и призывать их, если они ещё в Яви болтаются. Что в Навь ходить можешь — знаем. Нужная нам душа как раз там. Сделаешь ритуал и одного из нас в Навь проведёшь, да душу нужную отыщешь. А там уж мы с ним потолкуем — и обратно.

Варвара вся заледенела. Откуда знают они, что она души неприкаянные видеть может? Об этом её даре только бабушка знала. И появился он у неё не с рождения. Бабушка говорила — никому о нём не сказывать. Опасный дар этот, тёмный. Многим хочется выведать тайны мёртвых. А что с человеком умерло и в Навь ушло — то там и должно оставаться. Нечего мир живых будоражить.

То, что требовали от неё эти двое, вообще смертельно. Провалиться хоть вдвоём хоть всемером в Навь можно, а вот вернуться сможет только один. Лишь Кощей может в Навь ходить с компанией и возвращать всех обратно. На то он и повелитель мёртвых.

Что-то подсказывало Варе, что эти колдунишки не думают там оставаться. Она им только как проводник нужна. Ведьмакам не важно, если она из Нави выбраться не сумеет. Откуда у слабых колдунов такие знания?

Страха своего Варя не собиралась показывать.

— Вы всерьёз думаете, что я одного из вас в Навь проведу? Думаете, это как прогулка по полюшку? Ни у одной ведьмы сил не хватит вытянуть оттуда себя и попутчика. Кто-то там навсегда останется.

— Ты же самая сильная! — с издёвкой в голосе сказал тощий. — Вылезешь как-нибудь!

— Не собираюсь даже! Я уже всё сказала. Вон пошли с моего двора!

— Да что ты о себе думаешь?! — рявкнул толстый и шагнул к ведьме с явным намерением схватить её. — Будешь делать, что велено! А иначе...

Договорить он не успел — Варя разозлилась. Она вскинула руки, калиточка распахнулась, и непрошеных гостей вымело со двора. Покатились они кубарем с воплями "мамочки". Варваре стало смешно от того, как перекосились их рожи. Вся спесь слетела, когда двое приземлились на задницы в сточной канаве.

Видя, что ведьмаки ничем, кроме брани, ответить ей не собираются, молодая ведьма решила попроказничать. Она опять взмахнула руками — и деревянные вёдра, стоявшие неподалёку от смородины, полетели в дурные головы колдунишек. Вслед за вёдрами полетели мелкие камушки и глухо забарабанили по дереву и жестяным ободам.

Колдуны подхватились, спотыкаясь и падая, полезли из канавы на дорогу, стараясь снять вёдра с головы. Те сниматься не желали и напрочь закрывали дорогу бегущим. Летящие камни не давали остановиться.