Вася из Алупки против Запада

Вася из Алупки и тайны Брюссельского Двора

Мозгами Вася не обладал. Звёзд на небе не хватал точно. По той хотя бы причине, что считал их светильниками, прикреплёнными к куполу плоской земли. Но тупым Вася не был совершенно. Эту нишу давно застолбил за собой Запад. И Вася об этом знал.

Запад вообще занимал в жизни Васи место особое. Его нужно было ненавидеть. А ненависть - штука выматывающая. Мало того, что отнимала львиную долю времени, так еще и энергии требовала сколько. Приходилось всё это восполнять. Можно было, конечно, заправляться сникерсами всякими. Реклама ж не зря так часто призывает "не тормозить". Вот только Васю этими штучками не провести было. Что ж он, не понимал что ли? Все эти сникерсы тоже с Запада пришли. Стало быть и их ненавидеть надобно было. Вот и приходилось силы восполнять продуктом вполне "нашинским" - еще так удобно на каждом углу разливаемом.

Хотя, по правде-то говоря, Вася не всегда ненавидел Запад. Путь этот был не сиюминутным. Как и все, Вася поначалу Запад уважал. Как партнёра. Немного завидовал. Там же и машины, там же и дороги, супермаркеты там все эти. Девки, в конце-то концов, там куда краше местной фауны будут. Только вслух о последнем Вася предусмотрительно не говорил. Может у них там на Западе девки и краше, зато рука тяжелее точно у наших будет.

Потом Васю Запад расстраивать начал. Поломался он - Запад. В чём конкретно - сказать было сложно. Вот только Вася абсолютно был уверен, что Запад его расстраивает. Даже немного... огорчает.

А потом всё стало понятно. Запад прогнил. Да так основательно, что Вася уже держать в себе эмоции не мог. Где ж это видано?! Что именно надо было где-то видеть, Вася тоже не знал. Но ему так сильно всё понятно стало, что Вася научился креститься при виде церквей, безбожно путая католические, православные, мечети и синагоги. А также плеваться при виде радуги.

- Ты видал? - Вася хлопнул Романыча по спине так, что тот невольно выплюнул кардиостимулятор, - Ты видал чего эти, а?

Романыч не понимающе уставился на собеседника своего, всем видом своим показывая, что он ни хренашеньки не понимает, однако, возмущение разделяет целиком и полностью.

- А я сразу знал! - решил все карты на стол выложить Вася, - Да! Да-да-да! Мне было сразу всё понятно. Я ж не дурак.

Романыч тут же закивал головой, авторитетно подтверждая, что Вася мог быть кем угодно, но точно не дураком.

- Я вот чего решил, Романыч, - тон Васи стал на несколько децибел тише, и стекла в гараже дребезжать практически перестали, - Поеду я в эту Францию. Ага. А чего? Прямиком в Брюссель. Они чего там думают себе? Что им так всё с рук сойдёт? Жалеем мы их. А зря, Романыч. Говорю тебе - зря. Я жалеть не стану. Они меня... Вот!

И Вася продемонстрировал Романычу свой увесистый кулак с вытатуированными на костяшках буквами "В","А","С","Я".

Вообще, Васе было немногим за тридцать. Мама им гордилась. Папа с ним пить не брезговал. В фонтан Вася сигал первым. Как правильно в хату входить знал. Потому-то Васю и удивило до крайности, что его - такого-то молодца - к Главному не пустили. Обидно было немного. Не без этого. Столько лететь из алупки в Москву, чтобы тебя мордой да о Красную Площадь. Одно радовало - он не первым мордой вниз упал. Трое молоденьких успели отхватить васькиного кулака, прежде чем его числом взяли.

- А я даже горжусь, - он ткнул локтем какого-то задохлика в камере, куда его определили, - Что смогли скрутить. Молодцы. Не зря свой хлеб кушают. А то так, знаешь, кого попало пропустить можно. А оно нам зачем? Чтобы кто куда попало шастал. Это еще надо понять кто именно? Но самое-то главное - куда? Молодцы. Точно молодцы.

Вася смачно сплюнул немного еще кровавую слюну. Отчего задохлик слегка поморщился и даже отодвинулся от Васи.

- Не боись, - правильно расценил реакцию соседа Вася, - Солдат ребёнка не обидит. Тебя за что? Хотя, не отвечай. За дело, ясное дело. Другой раз башкой думать будешь.

Вася собирался уже разродиться самой умной и поучительной из всех своих речей, как ему помешали. Впрочем, так происходило всякий раз, стоило Васе собраться произнести что-то умное.

- Который из вас в Кремль ломился? - неприлично ухоженный мужчина в вероятно невероятно дорогом костюме оглядел Васю и его сокамерника и верно остановил взгляд на Васе, - Как зовут?

- Вася, - вполне конкретно ответил он на вопрос.

- Чего "Вася"? - не унимался мужчина.

- Вася из Алупки, - как-то стушевался Вася, но тут же подтянулся, - Из Алупки я.

- Да я вижу, - хмыкнул этот неприлично ухоженный и обратился куда-то за пределы видимости глаз Васи, - Этого отпустить. И ко мне. Все вещи вернуть.

До кабинета этого мужчины Васю провожали почетным караулом. Они про себя его называли конвоем, но Вася-то прекрасно знал истину. У самих дверей караул нерешительно постучал, решительно дёрнул за ручку, Васю толкнул внутрь и убежал. И тут Вася понял, что этот неприлично ухоженный мужчина занимает неприлично высокий пост.

- Ну проходи, Вася из Алупки, - Важный Господин, как окрестил его про себя Вася, жестом указал на стул, - Садись.

- А я постою, - решительно заявил Вася, - Сесть всегда успею.

- В этом можешь даже не сомневаться. Впрочем, если тебе так удобно, стой. Я не имею ничего против.

Важный Господин некоторое время еще листал какую-то папку перед собой, периодически прицокивая и покачивая головой. Порой и вовсе бросал взгляды полные удивления. И бросал их ни куда не попадя, а прямиком в Васю. Отчего Васе становилось несколько неловко.

- Занятно, - подытожил Важный Господин, - Чего же ты хотел в Кремле?

- Так это, - во рту у Васи пересохло, но он быстро взял себя в руки и губы смочил языком, - К Главному хотел.

- Да что ты? И по какой такой причине?

- Так это... Чтоб скандала не получилось.

Важный Господин отчего-то усмехнулся и даже крякнул в кулак.

- Какого, прости, скандала?

- Международного, - Вася стал серьёзнее некуда, - Я сначала сам хотел. Что б не тревожить, значит. Но Романыч правильно молчал. Надо Главного предупредить. Чтоб самодеятельности какой не получилось. Он же сам из этих...