Вася Красина и Замочная скважина

Эпилог

Часть первая

Я изучала досье новой клиентки, которая буквально вчера подписала с нами контракт. Женщина сорока пяти лет. Давно разведена. Хочет выйти замуж, но не может найти того самого.

При разговоре с ней мне стало ясно, что она пытается сбежать от одиночества. Ей так страшно одной, что ее стремление найти хоть кого-то превращается в постоянные поиски и, конечно, провалы. Жизнь как на качелях, много эмоций. В основном — негативных. Все как и всегда. Сколько людей на Земле с одинаковой причиной проблем? Неумение себя выбирать и любить приносит много страданий.

Передо мной возникла задача показать ей подводные камни, найти для нее ту соломинку, чтобы несчастная женщина смогла за нее зацепиться и поменять свою жизнь. И сделать при этом все так, будто она сама пришла к выводам и выбралась из точек боли.

Прогнозы были хорошими. Их подтвердила Алена, когда ознакомилась с делом.

— Вася! Вася! Сюда иди! — Крики Глеба отвлекли меня от работы.

Что-то там произошло. Я выскочила из кабинета и наткнулась на Репнина. Он улыбался во все тридцать два зуба и слегка пританцовывал. Рыжие вихры топорщились в разные стороны, ведь Глеб любил их ерошить, а веснушки стали краснее от крови, прилившей к лицу.

— Все, Василиса! Танцуй! — возбужденно кричал он. — Катастрофы не будет!

— Почему?

— А я знаю? Что-то произошло. Неучтенный фактор, который все поменял. Проценты резко снизились. А я еще думал, как отыграется расстановка планет в транзитной карте события. Сыграет в минус или повезет. А вот теперь я понял! — затараторил Глеб. — Все нормально. Была, конечно, опасность, но Меркурий прошел мимо Урана, лишь слегка затронув орбиту. Соединения не случилось. Тогда не стал тебя обнадеживать, а зря. А зря!

Я ничего не понимала, кроме, пожалуй, главной детали. Расчеты Репнина — как темный лес, набор слов, что-то да значащих. Если по порядку, то информация была закрыта до последнего, но в астрологических картах было указание на шанс, о котором мне только что стало известно.

— Глеб, остановись! Погоди! Ты только что сказал, что катастрофы не будет?

— Ну да. Все. Рисков нет. Самолет долетит.

— Ой как хорошо! — Вот тут я все поняла и радостно посмотрела на Бурова, который вышел из своего кабинета.

Начальство тоже услышало крики и, конечно, услышало новости. Еще из кабинета Глеба вышла Ирина Мелких с пустой чашкой и блюдцем. Шум привлек и ее. Как и Петровиченко Алену. Всех в офисе Глеб взбудоражил. Но почему бы и нет? Новость-то замечательная!

— Некоторые вещи нужно уметь отпускать, предоставляя все воле случая, — произнес Михаил и неожиданно обратился к бухгалтеру: — О! Ирина! Вот ты мне скажи, как дела в личной жизни? Ты уже развелась?

— Развелась?! Я? Зачем?! — недоуменно спросила Ирина. — Мы нормально же с мужем живем. Любовь у нас, медовый месяц.

— Это просто отлично! — Буров ответил ей и подмигнул, а затем обратился ко мне: — Вот что, Василиса. Скоро обед. Может, составишь компанию? Я тебя приглашаю. Только за ключами схожу. На машине поедем. Знаю небольшой ресторан. Там уютно.

После этих слов Михаил ушел в кабинет, оставив меня перед открытым ящиком Пандоры. Именно так я и представила будущую картину событий, глядя на Иру Мелких. Вот это провокация! Буров всегда дергал за ниточки каждого, как только предоставлялась возможность. Пригласил меня с целью проверить, придумаю ли себе его чувства или сумею сдержаться. Проверить на ревность Ирину после таких заявлений. Михаил знал, что делал, и преследовал какие-то свои цели, о которых нам не докладывал.

— Пообедать с Васькой собрался. Скажите, пожалуйста! — с усмешкой бросила Ирина, обращаясь к Елизавете Андреевне, но затем повернулась ко мне: — Может, и замуж так выскочишь?

Мелких одарила меня полным пренебрежения взглядом. Быстро сбежала на кухню, не дожидаясь ответа, грозно гремела там чашкой, стучала по стенкам ложкой, размешивая сахар или просто гоняя в чашке кипяток. А я вдруг поняла: это зависть. Бесполезное, мучительное чувство, с которым сталкивался любой человек.

Пока я не поняла, что зависть появляется из желания с кем-то соперничать, не смогла с ней разобраться. В редких случаях зависть полезна, она может показывать нам, куда еще можно стремиться, показывает ориентир. Но это только в том случае, если уверен в себе и способен управлять этим чувством. Гораздо чаще зависть отравляет и мешает счастливо жить. Как только человек начинает соревноваться с кем-либо и сравнивать себя с этим кем-то, начинается ад.

Лучше соревноваться с собой. Вчера была такой, сегодня стала лучшей версией себя, научилась чему-то. Завтра буду умнее, опытнее, интереснее, чем сегодня. Появятся достижения, каких нет сегодня. А сегодня достижения такие, каких не было вчера. Важно видеть хорошее даже в куске дерьма — это ведь удобрение, из которого вырастет позже цветок или трава. Главное — не отчаиваться, а просто двигаться дальше и не мучить себя понапрасну. Мой путь — только мой. Он такой, какой есть, зависит от меня, и это здорово.

Так вот Ирина решила, что я успешнее, чем она в вопросах охмурения шефа. Ведь о нашем недавнем разговоре с Буровым о влюбленности она ничего не знает, а значит, придумала себе то, чего нет. Так и выходит, что завидовать нечему, но Мелких уже испытывает пренеприятные чувства. Эмоции ради качелей, кормит ими аяты.