Вчера на Андреевском

Вчера на Андреевском

Вчера на Андреевском

Вечер. Андреевский сверкал и кружился словно новогодняя гирлянда. Фонарные столбы сияли бледно-розовым светом отчего брусчатка, деревья, сугробы, стены домов, да и вся улица казалась сказочной и нереальной. Луна, большая и яркая, спряталась за единственным над всем городом облачком. Осторожно выглядывая, она следила за домом под номером 13.

Скользя и ругаясь, Ваня брел вниз по улице. Он замерз и хотел добраться до метро, чтобы, не думая ни о чем, посидеть спокойно несколько минут на платформе. Обычно в это время Ваня уже был дома и допивал кофе с молоком. Сегодня же ему пришлось задержаться на работе до позднего вечера и чем поздней становился вечер, тем мрачнее становился Ваня.

- Здрасьте…, - сказал Ваня, оказавшись перед памятником Булгакову.

На голове писателя красовалась красная шапка с оленями и огромным балабоном, шея была закутана в синий шарф со снежинками, а на правую ногу кто-то натянул дырявый валенок.

Ваня пожал плечами и собирался продолжить путь, как снизу, прямо за углом послышалась возня и пьяный голос:

- Миша! Открывай!

Ваня насторожился, он отошел чуточку назад и перешел на другую сторону спуска.

У дома Булгакова, шатаясь и опираясь руками о двери стоял закутанный в тулуп человек. Меховая шапка валялась рядом в сугробе.

- Миша! Мерзавец, открывай!

Ваня осмотрел улицу: никого, только фонари горят. Он подумал, не вызвать ли полицейских, но минуту спустя понял, что это того не стоит. Если приедет патруль, его затянувшийся вечер затянется еще больше. К тому же, в музее есть сигнализация и если что, она сработает и отпугнет гостя.

Человек плавно заскользил и упал, не переставая при этом барабанить кулаком в дверь.

В комнате на втором этаже зажегся свет, дверь открылась и на балкон вышел человек в халате, тапочках и трубкой в зубах. Он перегнулся через перила и посмотрел вниз:

- Кирюша! Ты? Ай-яй-яй, простудишься же!

Человек в халате посмотрел по сторонам и указал рукой на Ваню:

- Вы! Молодой человек! Будьте добры, подсобите! Один я его не подниму. Я сейчас спущусь!

Договорив фразу он вернулся в комнату и закрыл дверь на балкон.

- Миша! Ты мерзавец! – Кирюша перевернулся на спину и тяжело задышал.

Дверь скрипнула открылась и Ваня, спустившийся к тому времени немного ниже, застыл на месте.

Человек в халате вышел и сказал:

- Вы его берите за левую руку, а я за правую и в квартирку его поднимем.

- Миша, - лежащий поднял голову и нахмурился, - я ничего не понимаю.

- Это ничего, - сказал Михаил.

Они подняли человека в тулупе и прислонили его к двери, тот попытался поправить шапку, пошарив по волосам, он понял, что шапки на голове нет.

- Шапку увели, - вздохнул Кирилл и развел руками, - это ж надо так.

- Ничего-ничего, Кирюша, завтра тебе новую дадим.

Ваня поднял шапку из сугроба, отряхнул от снега и передал ее хозяину.

- Маленькая моя, - тот обнял шапку и стал ее поглаживать, как собачонку, - больше не убегай, пожалуйста.

- Вот и хорошо, - сказал человек в халате, - давайте поднимем его в комнату и спать положим. А то я ж его знаю, он через пять минут уже крепко спать будет, что не добудишься, при чем уложиться прямо тут, в сугробе.

- А может вызвать кого и домой его отправить, а то как-то нехорошо, - Ваня глянул на музей Булгакова.

- Я бы и вызвал, да вот где живет Кирюша не знаю, - Михаил поправил халат, - а мне он адрес свой и не говорит.

Преодолев половину ступенек они остановились, чтобы отдышаться:

- Везение, что вы рядом-то оказались просто невероятное. Я же сам ни за что бы не дотащил, а помощи-то ждать не откуда, а знаете, что самое интересное?

- Что? – спросил Ваня.

- Он худой, что щепка, это все его одежка, придает и статности и весу.

- А вы тут работаете?

Они подняли Кирилла и кряхтя продолжили путь.

- И работаю, и живу.

- Не знал, что здесь так можно, - удивился Ваня. – Музей же.

- Да какой там музей, так, квартирка.

Человек в халате толкнул ногой дверь, кое-как протиснувшись через дверной проем они оказались в коридоре.

- Будьте добры, дверь закройте, а то тепло выходит.

Кирилл уронил шапку, Ваня нагнулся, чтобы подобрать ее.

- Оставьте, я потом подберу.

От ноши они избавились в небольшой комнате. Уложив пьяного на кровать, человек в халате снял с него сапоги и укрыл покрывалом.

- Чаю хотите? – спросил он.

- Мне бы домой.

- Нельзя вам сейчас уходить, вы же взмокли пока тащили, выйдете на улицу, замерзнете и все. Это я вам, как врач говорю.

Ваня задумался, он только неделю, как отошел от гриппа.

- Пойдемте, я вас чаем угощу с пряниками, - человек в халате вышел из комнаты.

- Ну, ладно.

- Что ж это я не представился… меня зовут Михаил, - он протянул руку.

- Ваня.

- Ну вот и хорошо, - Михаил улыбнулся и остановился у двухстворчатой двери. – А ну постойте.

Он приложил ухо к двери:

- Слышите?

- Что? – Ваня насторожился.

- А вы послушайте, - Михаил отошел в сторонку, - слышите?

Ваня встал у двери и прислушался:

- Напевает кто-то.

- Хорошо, а я-то испугался и уже подумал, что мне почудилось.

Он открыл дверь, в комнате у стола копошился человек и напевал веселую песенку.

- Вот вы где! – он повернулся к ним. – Чего так долго? Чай уже остыть успел, пришлось заново воду греть.

- Лев! – Михаил подошел к нему и упер руки в боки. – А ты как сюда?

- Да как всегда, - тот пожал плечами.

- Понятно тогда, - Михаил взял Ваня за рукав и ввел в комнату. – Мог бы и помочь, мы знаешь, как умаялись, пока Кирюшу тащили.

- Ты мне совесть не марай, - Лев расставил на столе чашки и стал готовить чай, - сам знаешь, он в меня не верит. Чего мне тогда ему помогать?