Вдоль пути коронованного.

Глава 9. Пепел и кровь.

Леонид и Константин, задыхаясь от дыма, старались координировать людей, направляя их на тушение пожара. Пламя жадно лизало крыши домов, охватывало амбары и хранилища, а пепел оседал на землю тонким слоем серого снега.
Вдруг в ночном небе появилась новая угроза – горящие шары, пущенные с катапульт. Они, словно кометы, неслись к городу, оставляя за собой огненные хвосты.
— Катапульты! — выдохнул Костя, всматриваясь в темноту за стенами.
— Всем укрыться! — рявкнул Лунный, перекрывая грохот падающих снарядов.
Один из огненных шаров рухнул на крышу кузницы, и та мгновенно вспыхнула, освещая улицу зловещим светом. Второй снаряд угодил в деревянную башню, с которой наблюдали лучники. Они бросились вниз, спасаясь от обрушения.
— Нам нужны ведра с водой! — закричала Валентина, выхватывая из колчана стрелу и поджигая её от ближайшего костра. — Мы не можем просто стоять!
Она натянула тетиву и выпустила стрелу в сторону катапульт. За ней последовали другие лучники, осыпая врагов градом огненных стрел.
— Они не дадут нам времени! — Игнат подбежал к Леониду. — Нужно отправить разведчиков, выяснить, сколько у них катапульт и можно ли их уничтожить!
Леонид кивнул. Война разгоралась. Они должны были отбить атаку, иначе город окажется в огненном кольце. Он заметил среди людей Дарью. Она металась по улице, с трудом удерживая в руках два ведра, наполненные водой. Ее лицо было в копоти, а дыхание тяжелым от напряжения. Она едва не споткнулась о брошенную доску, но, поймав равновесие, продолжила путь, стараясь как можно быстрее донести воду к охваченному пламенем дому.
— Даша! — окликнул ее Лунный, пробираясь сквозь дым и пепел.
Она резко обернулась, ее глаза были полны ужаса и решимости.
— Ваше величество! — выдохнула она. — Огонь распространяется слишком быстро! Нам не хватает воды!
Леонид подошел ближе и крепко взял ее за плечи, помогая удержать ведра.
— Мы справимся, — уверенно сказал он, хотя сам чувствовал, как тревога сжимает сердце. — Главное — не терять голову. Есть еще запасы воды у западной стены?
Дарья быстро кивнула, вытирая лоб тыльной стороной ладони.
— Да! Но людей не хватает, и огонь уже добирается до амбаров с зерном.… Если они загорятся — нам не пережить зиму!
Леонид взглянул в сторону складов. Языки пламени уже облизывали крыши, и пепел кружился в воздухе, оседая на их одежде.
— Тогда действуем быстрее, — решительно сказал он. — Ты веди людей к колодцам, пусть носят воду без остановки. Я отправлю стражу помочь вам.
Дарья сжала губы и кивнула, ее руки дрожали, но она не позволила страху взять над собой верх.
— Я сделаю все, что смогу, ваше величество!
И, развернувшись, поспешила к остальным, выкрикивая приказы. Леонид на мгновение посмотрел ей вслед, пораженный ее смелостью. Война не щадила никого, и даже те, кто не держал оружия, становились воинами в борьбе за свою родину.
Леонид, движимый внезапным порывом, шагнул ближе к Дарье и крепко обнял ее. Ее тело дрожало от усталости и напряжения, но в его объятиях она словно на мгновение обрела опору.
— Все будет хорошо, — тихо, но твердо сказал он, ощущая, как тяжело и прерывисто она дышит. — Мы справимся, Даша. Мы не дадим огню поглотить наш дом.
Она крепко сжала ткань его одежды, закрывая глаза, словно на мгновение позволяя себе поверить в эти слова. Но времени на слабость не было. Дарья глубоко вдохнула, выпрямилась и кивнула, отступая назад.
— Тогда не будем терять ни секунды, — сказала она, ее голос все еще дрожал, но в нем звучала решимость.
Лунный кивнул и развернулся к собравшимся вокруг людям.
— Берите больше ведер! — крикнул он, перекрывая гул пожара. — Носите воду, сколько сможете! Борис, отведите часть людей к складам — они в самом опасном положении!
Люди мгновенно пришли в движение. Кто-то бросился к колодцам, кто-то хватал тряпки и сбивал пламя, а воины пытались тушить огонь, даже рискуя обжечь лапы.
Дарья снова схватила ведра и побежала к ближайшему очагу пожара. Леонид, не теряя времени, схватил бочку с водой, которая стояла неподалеку, и помогал остальным выливать воду на горящие постройки. Дым жег глаза, а жар от огня был невыносимым, но никто не останавливался.
Война шла не только на поле битвы. Она была здесь, в каждом доме, в каждом ведре воды, в каждой руке, срывающейся от усталости, но продолжающей бороться. И Лунный знал — если они выстоят сегодня, то выстоят и завтра.
Игнат, стоя на обгоревшей площади, вытирал со лба копоть и пот. Пожар удалось взять под контроль, но медведи не собирались отступать. Их катапульты молчали, но это не значило, что они сдались. Он взглянул на Леонида и Константина, которые переговаривались у ворот, а затем обернулся к своим людям.
— Нам нужна разведка, — твердо сказал он, глядя на собравшихся перед ним волков. — Медведи не просто так прекратили обстрел. Они что-то замышляют.
Перед ним стояли трое — ловкие, быстрые, с чутким нюхом и острым зрением. Лучшие среди разведчиков.
— Гавриил, — Игнат кивнул высокому серому волку. — Ты пройдешь вдоль западной стороны лагеря, осмотри, не собираются ли они передислоцироваться.
— Понял, — коротко ответил Гавриил, настраивая лук за спиной.
— Елена, — Игнат повернулся к стройной волчице с пронзительно-желтыми глазами. — Ты проберешься ближе к катапультам. Может, у них появились новые орудия.
— Сделаю все, что смогу, — она кивнула и проверила кинжал на поясе.
— Илья, — Игнат посмотрел на молодого волка, которому еще не было и двадцати, но который уже не раз доказывал свою ловкость. — Твоя задача — проникнуть как можно глубже в их лагерь и выяснить, что обсуждает их вожак.
Илья напрягся, но тут же кивнул, сжав кулаки.
— Будет сделано.
Игнат подошел к ним ближе и понизил голос:
— Главное — не ввязывайтесь в бой. Узнайте все, что сможете, и возвращайтесь. Если вас заметят — уходите, не геройствуйте. Нам нужна информация, а не трупы.
— Мы знаем, — отозвалась Елена, сжав плечо Ильи, будто напоминая ему о приказе.
Игнат взглянул на них в последний раз, взвешивая риск, затем махнул лапой:
— Вперед.
Разведчики переглянулись и, не теряя времени, растворились в ночи. Игнат провел их взглядом, а затем устало выдохнул, глядя в сторону вражеского лагеря.
"Что же вы задумали, медведи?" — с тревогой подумал он, глядя на темнеющие вдалеке шатры.
Игнат, Валентина, Борис, Леонид, Константин и остальные собрались на стене замка, напряженно вглядываясь в темноту. В воздухе еще витал запах гари, а пепел оседал на холодные камни. Никто не говорил, но молчание было тяжелым, словно натянутая тетива лука перед выстрелом.
Валя перебирала пальцами перья стрел в колчане, время от времени пристально смотря вдаль.
— Долго их нет, — пробормотала она, не скрывая тревоги.
— Разведка — дело тонкое, — ответил Боря, поигрывая кинжалом в руке. — Чем дольше они там, тем больше узнают.
— Или попадаются, — мрачно вставил Костя, скрестив руки на груди.
Лунный, молча, слушал, погруженный в раздумья. Он чувствовал, как его внутреннее беспокойство нарастает с каждой минутой. Этих медведей он знал слишком хорошо. Они не были безрассудными варварами, они умели ждать, строить планы. Если они прекратили атаку, значит, готовят что-то более опасное.
— Надеюсь, они справятся, — наконец произнес Игнат, глядя на темные силуэты вражеского лагеря.
— Если что-то пойдет не так, мы должны быть готовы, — тихо сказал Леонид. — Борис, удвой охрану на воротах. Константин, проверь, хватит ли у нас воды, если снова начнутся пожары.
— Сделаю, — коротко кивнул Борис и сразу же отправился вниз.
— У нас еще запасы, но я прикажу подготовить новые бочки, — сказал Константин и поспешил следом.
Игнат провел рукой по лицу, стирая с себя усталость.
— Если они не вернутся до рассвета… — начал он, но не закончил.
— Они вернутся, — твердо сказал Лунный, глядя в ночное небо. — Должны.
И все снова замерли в ожидании, вслушиваясь в ночную тишину, вглядываясь в темноту, надеясь увидеть знакомые силуэты разведчиков, спешащих домой.
Темнота ночи расступалась перед пляшущими отблесками огня. Напряженное ожидание внезапно сменилось ужасом, когда из тени показалась фигура.
— Кто это? — резко выдохнула Валентина, вскидывая лук.
Константин напрягся, его рука уже легла на рукоять меча.
— Боги… — шепнул Игнат.
Леонид шагнул вперед, вглядываясь в тьму. И тут в неверном свете факелов они увидели ее — Елену. Ее одежда была пропитана кровью, длинные пряди волос слиплись, лицо исказила боль. Она шаталась, едва держась на ногах.
— Открыть ворота! — резко приказал Леонид.
Двое стражников тут же бросились к воротам, отодвигая тяжелые засовы. Деревянные створки со скрипом распахнулись.
Елена сделала еще несколько шагов, спотыкаясь, словно последние силы покидали ее тело.
— Елена! — закричала Валентина, рванувшись вперед.
Но прежде чем кто-то успел подхватить девушку, она рухнула на землю.
— Черт! — Игнат тут же оказался рядом, осторожно переворачивая ее на спину. — Держись!
Леонид быстро опустился на колено рядом. Он видел кровь, слишком много крови.
— Внутрь! Немедленно! — рявкнул он стражникам.
Они подхватили раненую на руки и понесли в замок.
— Где целитель?! — закричал кто-то.
Константин сжал кулаки, пытаясь совладать с гневом.
— Это медведи, — процедил он сквозь зубы. — Они что-то узнали…
Леонид поднялся, глядя в темноту за воротами, туда, где скрывался враг. В его глазах вспыхнуло холодное, яростное пламя.
— Они дорого заплатят за это.
В замковом лазарете было тихо, если не считать прерывистого дыхания Елены. Она лежала на грубой постели, ее лицо побледнело, губы дрожали. Валентина держала ее за руку, пытаясь согреть. Игнат стоял рядом, нахмурившись, а Леонид с Константином наблюдали со стороны, их взгляды мрачнели с каждой секундой.
Лена слабо приоткрыла глаза.
— Они… они нас увидели… они, напали … — ее голос был хриплым, едва слышным.
— Кто? Медведи? — наклонился к ней Игнат.
Елена слабо кивнула.
— Илья… Гавриил… Они мертвы. — Ее губы дрожали.
Валентина сжала ее ладонь крепче, но Елена слабо улыбнулась.
— Они… задержали их… чтобы я смогла сбежать…
Леонид скрипнул зубами.
— Проклятье…
Елена закашлялась, на губах выступила кровь, но она продолжала:
— Катапульты… четыре… снаряды… не только огонь, но и камни… У них… новое оружие…
Константин напрягся.
— Какое оружие?
Лена слабо замотала головой.
— Не знаю… Я… не успела…
Она попыталась вдохнуть глубже, но ее тело дернулось, а глаза расширились.
— Валя… — хрипло прошептала она, едва слышно.
Валентина наклонилась ближе, слезы уже текли по ее щекам.
— Я здесь… Я с тобой…
Елена попыталась улыбнуться, но это больше походило на слабый вздох. Ее глаза затуманились, и в следующий миг она обмякла.
— Лена? — Валентина слегка встряхнула ее. — Нет… Нет, нет…
Тишина.
— Черт… — Игнат сжал кулаки.
Валентина дрожащей рукой провела по закрытым векам подруги, ее плечи тряслись.
Лунный медленно выпрямился. В его глазах полыхала ярость.
— Они за это заплатят, — сказал он тихо, но в его голосе звучала сталь.
Костя кивнул.
— Да. И мы начнем прямо сейчас.
Леонид оглядел собравшихся рядом. Их лица были омрачены горем, но среди этого горя мерцала решимость. Валентина всё ещё стояла над бездыханным телом Елены, её глаза, полные слёз, были направлены куда-то в пустоту.
Лунный сделал глубокий вдох, пытаясь унять ярость и боль, что разрывали его изнутри. Он посмотрел на Игната, чей взгляд был холодным и твёрдым.
— Игнат, — голос Леонида звучал глухо, но уверенно. — Подготовьте людей. Её нужно похоронить с почестями.
Игнат коротко кивнул, его взгляд метнулся к Борису, который стоял у двери, и тот сразу понял поручение.
— Мы выроем могилу у старого дуба, — предложил Боря. — Там, где она любила отдыхать после тренировок.
Валентина подняла взгляд на Лунный, её глаза покраснели от слёз.
— Она заслужила это... Она была смелой... — её голос дрожал.
Леонид, молча, подошёл ближе и положил руку на плечо Валентины.
— Мы сохраним память о ней, — сказал он тихо. — И не оставим её жертву напрасной.
Константин, стоявший чуть поодаль, склонил голову. Он не был близок с Еленой, но уважал её силу и храбрость.
— Она защищала всех нас, — произнёс он негромко. — И теперь наш долг — не подвести её.
Когда тело Елены подняли, Валентина шла рядом, её взгляд был полон боли, но в то же время решимости. За ними последовали остальные — воины, стражники, жители, которые знали Лену. Молчаливое шествие направилось к дубу на окраине замка.
Борис и несколько стражников начали копать землю, каждая лопата земли падала с глухим звуком, напоминая всем о потерях, которые они понесли. Валентина, не сдерживая слёз, положила цветок на грудь Елены, её пальцы задержались на холодной ладони подруги.
— Прощай, Лена, — прошептала она. — Мы не забудем тебя.
Когда могила была засыпана, Леонид встал перед собравшимися.
— Елена погибла, защищая нас, — его голос звучал твёрдо и громко. — Она — пример чести и отваги. Мы будем помнить её и бороться до последнего. В память о ней и обо всех, кого мы потеряли.
В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь тихим шёпотом ветра в листьях дуба.
Город и замок погрузились в скорбь. По улицам неслышно было смеха детей, не раздавались привычные звуки работы кузнецов или гомон торговцев. Всё застыло в тишине, наполненной тяжестью утраты.
В замке факелы горели тускло, будто сами скорбели вместе с жителями. Воины, даже самые стойкие, стояли, молча, склонив головы. Кто-то сжимал кулаки, пытаясь скрыть горечь потери, кто-то не мог сдержать слёз.
Валентина сидела у окна в своей комнате, её взгляд был устремлён в темноту за крепостной стеной. В её памяти снова и снова всплывал голос Елены, её смех, её решимость.
— Почему так? — прошептала она в пустоту.
Леонид стоял в тронном зале, его руки были сцеплены за спиной. Он не двигался, но в глазах его горел гнев, смешанный с болью.
— Они не останутся безнаказанными, — сказал он Константину, стоявшему рядом.
Константин кивнул, но в его взгляде тоже читалась скорбь.
— Мы отомстим, — ответил он, — но сперва нужно восстановить силы. Людям нужна поддержка.
Леонид глубоко вздохнул и посмотрел в сторону двери, за которой слышались тихие шаги. Дарья вместе с другими слугами разносила тёплую еду тем, кто нуждался в поддержке. Даже те, кто обычно ел за одним столом с семьёй, теперь ели молча, их головы были опущены.
В это время Игнат стоял на стене и смотрел вдаль. Лагерь медведей всё ещё был виден, костры их горели в ночи, но теперь в их огнях Игнат видел не просто угрозу — он видел пламя мести.
— Скорбь сделает нас сильнее, — произнёс он себе под нос. — Мы не отступим.
Ночь накрыла город, но сон не пришёл к многим. В каждом сердце горела память о павших.
— Нужно забрать тела Ильи и Гавриила, — твёрдо сказал Борис, глядя прямо в глаза Леониду.
Лунный, молча, смотрел на него. Где-то в глубине души он уже сам знал это. Знал с того самого момента, как услышал рассказ умирающей Елены. Но сейчас, когда слова Бориса прозвучали вслух, эта мысль обрела вес.
— Мы не можем оставить их там, — продолжил Борис. — Это были наши люди, наши братья. Они не заслужили, чтобы их тела гнили в стане врага.
Леонид глубоко вдохнул, сжал кулаки. Его сердце сжималось от мысли, что эти двое уже не среди живых. Они сражались за город, за него. Оставить их там — значило предать их даже после смерти.
— Я знаю, — наконец произнёс он, голос его был тих, но твёрд. — Мы вернём их домой.
— Как? — спросил Игнат, стоявший рядом. В его голосе звучало сомнение. — Медведи не дадут нам просто так войти в их лагерь.
— Тогда мы должны сделать так, чтобы они не заметили, — ответил Леонид, обводя взглядом собравшихся. В его глазах вспыхнул огонь решимости.
— Вы хотите пойти ночью? — осторожно спросила Валентина.
Лунный кивнул.
— Под покровом темноты. Нам понадобится небольшая группа, самые быстрые и ловкие. Мы не вступаем в бой, не рискуем жизнями. Мы просто забираем своих и уходим.
Вокруг него стояла тишина. Воины переглядывались. Никто не говорил, но каждый понимал — это будет смертельно опасно.
— Я пойду, — твёрдо сказал Борис.
— И я, — добавил Игнат.
— Мы справимся, — уверенно сказал Леонид. — Они заслужили покой. И мы дадим его им.
Лунный стоял у бойницы, глядя в темноту, где располагался лагерь медведей. Вдалеке вспыхивали огненные шары, за которыми вскоре последовали жуткие шипящие звуки и взрывы пламени. Каждый такой удар разрывал ночную тишину, оставляя после себя горящие обломки и запах гари.
— Чёрт возьми... — тихо выругался Игнат, стоявший рядом.
Огонь полз по деревянным крышам, жадно поглощая всё на своём пути. Волки бегали с ведрами воды, сбивая пламя, но едва справлялись с его натиском.
— Они хотят выжечь нас отсюда, — произнёс Борис, нахмурившись.
— И они знают, что делают, — добавила Валентина, крепче сжимая лук в руках.
Леонид задумчиво провёл рукой по подбородку. Они не могли просто сидеть и ждать, пока город обратится в пепел. Вспомнив слова Елены, он нахмурился.
— Наши стрелы не достают до них, — сказал он. — Но если мы не можем атаковать их в лоб, значит, нужно ударить по-другому.
— Нам нужно защитить запасы еды, — вмешалась Дарья, тяжело дыша после очередного забега с ведрами воды. — Если мы потеряем амбары, даже если отстоим город, нам не выжить.
Её слова прозвучали как приговор.
— Что делать? — спросил Константин. — У нас нет катапульт, чтобы бить в ответ.
Борис сжал кулаки.
— Мы пойдём ночью. Заберём тела наших товарищей, но ещё и найдём способ уничтожить их катапульты.
— Это безумие, — прошипел советник.
— Это единственный шанс, — твёрдо ответил Игнат. — Если мы не ударим первыми, они сожгут нас заживо.
Наступила тишина. Никто не хотел произносить это вслух, но все понимали, что другого выхода нет.
Густая тьма накрыла город, словно стараясь спрятать его от горящих глаз медведей. Лишь редкие отблески тлеющих углей нарушали её мрачное спокойствие. Борис, Игнат и ещё несколько солдат, склонив головы, выскользнули за ворота, скрывшись в ночи как тени.
На стене замка замерли наблюдатели: Леонид, Константин, Валентина и лучники. Их взгляды напряжённо вглядывались в темноту, где скрылись смельчаки. Секунды тянулись мучительно долго.
— Вернутся ли они? — тихо прошептал Константин, не отрывая взгляда от горизонта.
— Должны, — ответил Леонид, но в его голосе слышалась тревога. Он крепче сжал поручень, словно пытался удержаться на грани своих страхов.
— Борис знает, что делает, — попыталась приободрить Валентина, хотя её руки дрожали. Она стояла, крепко прижимая к груди свой лук, готовая стрелять при первой угрозе.
— А если их заметят? — не удержался один из молодых лучников. — Что, если...
— Тогда мы сделаем всё, чтобы помочь им, — резко перебил Игнат, не отрывая взгляда от ночи. — Они знали, на что идут. И мы тоже.
Наступила тишина. Слышалось лишь потрескивание факелов и далёкие звуки ночных лесов. Дарья стояла рядом, сложив руки перед собой, словно молилась. Её глаза блестели от слёз, но она старалась скрыть свою тревогу.
— Я не могу просто стоять здесь, — прошептала она, голос дрогнул. — Я не вынесу, если они не вернутся.
Леонид подошёл к ней ближе, его взгляд смягчился.
— Они вернутся, — тихо сказал он. — Мы должны верить.
Но вера не могла изгнать страх. Тишина ночи становилась невыносимой, и каждый новый шорох заставлял их вздрагивать. Оставалось только ждать и надеяться, что те, кто ушёл в неизвестность, смогут вернуться целыми и невредимыми.