Вдовствующая герцогиня замка Оргарон

Глава 5

- Добрый день, ваше сиятельство, - почтительно поклонился Арнольд, переступив порог гостиной. Его сапоги из мягкой кожи почти не шумели по дубовому паркету. - Служанка сообщила, что вы меня вызывали?

Я жестом указала на кресло напротив:

- Добрый день, нисс Арнольд. Проходите, присаживайтесь. Мне требуется ваша консультация.

Законник опустился в кресло с изяществом, которого не ожидаешь от человека его возраста. Я заметила, как его длинные пальцы с аккуратными ногтями поправили манжеты белоснежной рубашки перед тем, как он поднял на меня внимательный взгляд серых глаз.

- Мне нужен полный свод законов, защищающих права вдовы, - сказала я, стараясь сохранить ровный тон. - Все статьи, указы и даже отдельные распоряжения императоров, которые могут защитить мои вдовьи права.

С этими словами я протянула Арнольду злополучный свиток с императорской печатью. Он принял его с той почтительной осторожностью, с какой священник берет священные реликвии.

Его глаза быстро пробежали по строчкам, брови слегка сдвинулись, образовав между ними вертикальную морщинку. Через мгновение он поднял взгляд и произнес размеренно:

- Я понял ситуацию, ваше сиятельство. Прямо сейчас могу констатировать, что его величество действует в рамках своих полномочий. Вы принадлежите к высшей аристократии, к одной из самых влиятельных и богатых фамилий империи. Следовательно, вопрос престолонаследия имеет государственное значение. Однако, - он сделал едва заметную паузу, - у вас есть определенное время на подготовку. Все юридические нюансы я изложу завтра утром, после тщательного изучения соответствующих разделов имперского кодекса.

Внутри у меня все сжалось. Значит, мне предстоит этот цирк - выходить замуж снова и снова, пока не выполню свою "государственную обязанность"? Прекрасная перспектива!

Но вслух я ничего не сказала, лишь кивнула, сжав губы в тонкую линию. Арнольд, уловив мое настроение, слегка склонил голову - этот жест всегда предварял его осторожные возражения. Но на этот раз он лишь поднялся, аккуратно сложил письмо и вышел, оставив за собой легкий шлейф запаха пергамента и чернил.

Я осталась одна в просторной гостиной, где даже шелест дождя за окнами казался приглушенным. Роскошная мебель, дорогие гобелены, серебряные подсвечники - все это вдруг обрело какую-то зыбкую, ненастоящую сущность. Будто я сидела не в своем доме, а в искусно сделанной декорации.

Я сжала кулаки до боли, чувствуя, как заостренные ногти впиваются в нежную кожу ладоней. Не то чтобы я была категорически против самого института брака. Но... Всю свою земную жизнь я мечтала о браке по любви - о том волшебном моменте, когда двое, искренне любя друг друга, решают связать свои судьбы. Я представляла себе свадьбу на Земле: воздушное белое платье, дрожащие руки с букетом, теплый взгляд любимого человека. Браки по расчету, по принуждению - все это вызывало у меня отторжение. А теперь мне предстояло не просто выбрать жениха из возможного списка, но и родить от него наследника.

Никаких генетических анализов, никаких тестов на совместимость – просто: "Должен быть наследник". Точка.

- Чтоб вас всех, - прошептала я, устало проводя ладонями по лицу, оставляя на коже следы от слез, которых я даже не заметила. - С вашими дурацкими средневековыми порядками. Весь этот патриархальный ад...

Поднявшись с кресла, я подошла к высокому арочному окну, прижав горячий лоб к прохладному стеклу. В саду буйствовали розы - алые, как капли крови, белоснежные, как свадебное платье, и солнечно-желтые. Их терпкий аромат проникал сквозь щели старых рам, смешиваясь с медовым запахом горящих восковых свечей. Ветер играл с резными кленовыми листьями, будто перешептывался с ними на тайном языке. А я стояла, ощущая, как жесткие косточки корсета впиваются в ребра, а в ушах звенит от гнетущей тишины.

Где-то за окном залилась трелью птица - веселая, насмешливая. Даже природа здесь, кажется, была против меня. Или просто равнодушна к человеческим страданиям.

Внезапный стук в дверь вырвал меня из мрачных раздумий.

- Кто там? - резко спросила я, не скрывая раздражения в голосе.

Дверь бесшумно открылась, и на пороге появилась запыхавшаяся служанка. Ее рыжие кудри, выбившиеся из-под белоснежного чепца, образовали огненный ореол вокруг веснушчатого лица. Грудь быстро вздымалась, а в зеленых глазах читалось необычное возбуждение.

- Ваше сиятельство, к вам прибыли гости, - с почтительным поклоном доложила она, слегка запнувшись.

Видеть гостей в моем нынешнем состоянии было последним, чего мне хотелось. Но долг превыше личных переживаний. Я едва заметно кивнула:

- Сейчас спущусь.

Служанка склонилась еще ниже и поспешно ретировалась. Я еще несколько мгновений оставалась у окна, наблюдая, как ветер кружит опавшие лепестки роз по садовым дорожкам, затем глубоко вздохнула и направилась к выходу. Нужно было собраться, отвлечься от тягостных мыслей. Без юридической консультации Арнольда я все равно не могла принять решение. О предстоящем замужестве я подумаю завтра. А сегодня - только обязанности герцогини, только холодная вежливость и безупречные манеры.

В этом краю существовала давняя традиция, уходящая корнями в крестьянские обычаи - соседи победнее регулярно навещали более состоятельных землевладельцев. Это был не просто обычай, а целый социальный ритуал, отточенный поколениями. Богатые демонстрировали щедрость, бедные - почтение, и все вместе поддерживали видимость соседской гармонии. Как герцогиня, я была обязана соблюдать эти неписаные правила, хотя моей земной натуре они претили.

Сегодня моими незваными гостями оказалось многочисленное семейство барона Дартоса горт Хенайского. Десять человек ввалились в парадную залу, словно цыганский табор - шумные, пестрые, пахнущие дешевым парфюмом и конской сбруей.