Вдовствующая герцогиня замка Оргарон

Глава 9

Книга, которую я выбрала, называлась «Плодородие земли: алхимия, духи и заклинания». На развороте первой страницы красовалась детальная схема магического поля, разделенного на геометрические сектора с аккуратными подписями. Каждый участок был прорисован тончайшими линиями тушью, с мельчайшими деталями - даже травинки казались живыми под кистью иллюстратора.

Сектор огня изображался как квадрат с алой каймой. В пояснении говорилось, что здесь следует закапывать обсидиановые кристаллы, добытые на склонах вулкана Драконья Пасть. Эти черные, переливающиеся на свету камни сохраняли тепло даже в лютые морозы. Автор рекомендовал окружить этот участок грядками с розмарином, тимьяном и шалфеем - их аромат в летний зной смешивался с минеральным запахом камней, создавая целебную атмосферу.

Круг воды был выполнен синими чернилами с серебряными бликами. В центре изображался колодец с причудливыми рунами, вырезанными на дубовых плахах. В тексте подробно описывался ритуал: на рассвете, держа в руках ветку ивы, нужно трижды обойти колодец, нашептывая древние слова. К полудню небо затягивалось тучами, а к вечеру начинался мягкий, благодатный дождь.

Самый загадочный - треугольник земли - был заштрихован коричневыми тонами. Здесь изображались миниатюрные алтари из необожженной глины. Автор скрупулезно перечислял подношения: первый сноп нового урожая, липовый мед в глиняной плошке, три капли крови (обязательно из безымянного пальца). Взамен духи-кормильцы охраняли поля от кротов-оборотней, чьи норы на иллюстрации светились зловещим ядовито-зеленым свечением.

Особенно увлекательной была глава, посвященная зерновым элементалям. Маг-агроном Виллард горт Терранский с почти поэтическим вдохновением описывал этих невидимых существ: "Когда ветер колышет колосья, это не ветер - это они перешептываются". Ритуал задабривания включал оставление в последний день жатвы дубового кувшина с ячменным пивом и самой крупной тыквы с вырезанной улыбкой. На полях книги чья-то старая рука сделала пометку: "Проверено - урожай 1247 года превзошел все ожидания!"

Отдельная глава книги была посвящена алхимическим удобрениям, ее страницы украшали замысловатые схемы перегонных аппаратов и точные пропорции ингредиентов.

Зелье "Корень силы" описывалось с особой тщательностью:

• Пепел феникса (добываемый раз в семь лет из гнезд на вершинах огненных гор)
• Кора тысячелетнего дуба (только северная сторона, собранная в день зимнего солнцестояния)
• Роса с паутин лесных ткачей (собираемая в серебряный сосуд до восхода солнца)

Иллюстрация показывала, как зеленоватый дым от этого зелья, вылитого в борозды, обвивает стебли растений, заставляя их тянуться к небу.

Порошок лунной пыли изготавливался путем выпаривания воды, заряженной в хрустальных чашах под полной луной. На полях книги чья-то старая рука сделала пометку: "Проверено на каменистых склонах Хенарских холмов - всхожесть 9 из 10 семян!" Эта идея зажгла во мне искру вдохновения - я уже представляла, как разбиваю террасный сад у южной стены замка.

Но книга строго предупреждала: "Земля дает лишь тем, кто дает ей взамен". На иллюстрации рядом был изображен крестьянин, нарушивший баланс - его поле превратилось в зловонное болото, где среди тины гнили заплесневелые колосья.

Как выяснилось позже, Дирк следовал этим заповедям неукоснительно. На полях стояли гранитные стелы с высеченными рунами - каждая была аккуратно покрыта жертвенной кровью в дни равноденствий. А в углу амбара висел холщовый мешок с костями лесных стражей - их неестественно белый цвет и странная форма отпугивали грызунов лучше дюжины котов.

Я погрузилась в чтение так глубоко, что не заметила, как солнечные пятна на полу сменились лунными бликами. Простые, ясные объяснения, подробные иллюстрации и практические советы завораживали. Я могла бы провести здесь дни напролет, изучая каждую деталь этих древних знаний. Когда часы в башне пробили восемь, я лишь машинально потерла затекшую шею - обед давно прошел, а ужин... Что ужин, когда на кону столько удивительных открытий!

Внезапный скрип дубовой двери вырвал меня из мира магической агрономии. Дверь читального уголка бесшумно приоткрылась, и в проеме показалась служанка Лира - та самая, что всегда краснела, когда я на нее смотрела. Она совершила низкий поклон, и ее тонкие пальцы нервно перебирали край передника.

- Госпожа, - прошептала она, опуская глаза, - к вам прибыли ваши родители. Они ожидают в голубой гостиной.

Я вздрогнула, будто очнувшись ото сна. В голове мелькнула мысль - неделю назад мы расстались в самых лучших отношениях, и матушка клятвенно заверяла, что едет к моей старшей сестре в дальние владения. Три дня пути в одну сторону, не меньше. Что за чертовщина?

С сожалением я провела ладонью по бархатистой обложке трактата, оставляя книгу раскрытой на странице с рецептом лунного удобрения. Мягко хлопнув крышкой, я поднялась с кресла, ощущая, как затекшие ноги пронзают иголки. Солнечные лучи уже сменились вечерними сумерками, а я и не заметила, как пролетел день.

Поправив складки платья и встряхнув головой, чтобы окончательно вернуться в реальность, я направилась к выходу. Мои шаги эхом отдавались в тишине библиотеки, а за спиной оставались горы бесценных знаний, которые придется отложить до лучших времен.

Отношения Арисы с родителями напоминали хрупкое перемирие между враждующими сторонами. Леди Марта, ее мать, всегда появлялась в платьях с костяными пластинами в корсете, так туго зашнурованных, что казалось - она дышит только наполовину. Ее высокие воротники, унизанные жемчужинами размером с горошину, подпирали подбородок, придавая виду неестественную строгость. На пальцах - фамильные перстни с геральдическими символами, которые звенели при каждом движении. Веер из страусиных перьев в ее руках хлопал, как крылья пойманной птицы.