Вдыхая жизнь

Пролог

Томрис. Конец апреля.

Был уже первый час ночи. На стоянке в одинокой машине сидел мужик лет пятидесяти. Мужчина едва не пролил на себя горячий кофе, когда в окно постучали.

Томрис стукнул ещё раз, и когда окно приспустилось, а мужчина закончил ругаться себе под нос, он самым простодушным и жалостливым тоном произнёс:

— Работаете? Мне бы до дому добраться. Телефон сел.

— Ну так иди, — буркнул мужик.

Не то чтобы он сомневался в своих силах, но нарваться на отморозка ему не хотелось, а парень, возникший из ниоткуда, не вызвал доверия.

— Да мне далеко. Я у однокурсника засиделся. У меня деньги есть, — Томрис достал из кармана сложенные купюры. — Вот. Говорю же, телефон сел. Думал, сэкономлю, пешком дойду, да куда там, — грустно махнул в конце.

Мужчина ещё раз взглянул на парня. Умоляющие глаза и подмёрзшие нос с ушами сделали своё дело.

— Ладно, садись, — решился он, убирая бутерброды с кофе.

— О, спасибо, спасибо, — затараторил Томрис.

Он дёрнул ручку двери сзади, сразу за водителем.

— Э, нет. Спереди садись, — указал водитель.

Парня это напрягло. Томрис обошёл машину, натягивая на ходу перчатки, и сел в салон. Пока таксист протирал руки и усаживался удобнее, он не стал медлить и быстрым движением достал нож из кармана. Как Томрис и ожидал, все его движения были стеснены и неудобны. Вместо привычного одного верного движения со спины по горлу, парень нанёс неглубокий порез на шее, также задев и ухо. Не ожидавший нападения мужчина, несмотря на раны, всё же быстро собрался и выбил нож из рук Томриса. Он смачно выругался и хотел было навалиться всем телом на парня и хорошенько надавать ему, но ремень безопасности и руль не дали этого сделать. Демидов старался зажать голову мужчины в удушающий захват, в то время как тот хаотично бил по его рукам, пытаясь освободиться. Парень изрядно испачкался кровью, но продолжал удерживать жертву, ища нож глазами. Оружие торчало ручкой вверх между водительским сиденьем и ручником. Томрис соображал, сможет ли он быстро отпустить руки, схватить нож и разом перерезать-таки горло или воткнуть в глаз, пока освобождённый мужик не нанесёт ему серьёзных ударов. Размышление заняло доли секунд. Прервал его мысли свет фар, который осветил угол здания, а это значило, что ещё пару секунд, и кто-то заедет на парковку с одной-единственной машиной, в которой и находится Томрис. В тот же момент он отпустил шею, схватил нож и нанёс удар в глаз. Мужчина перестал размахивать руками, и Томрис перерезал ему шею. Для надёжности ещё несколько раз полоснул лезвием и вывалился из машины. В последний раз, взглянув на тело, убедился, что водитель мёртв, захлопнул локтем дверь и убежал через кусты прочь.

«Вот блин! Гадство!»

Нож привычным быстрым движением заправил в голенище ботинка. Стараясь оставаться вдали от света фонарей, Томрис на ходу снял тонкую ветровку, что удобно надевалась поверх другой, осмотрел себя — всё чисто, кроме перчаток. Демидов быстро снял их и, свернув с ветровкой, запихнул в рукав чистой куртки на себе. Дойдя до нужного двора, он отстегнул свой велосипед, ещё раз внимательно осмотрел себя, стряхнул грязь с низа штанин и направился в сторону дома. Всю дорогу он думал об убитом таксисте. А ведь если он, мужик, позволил ему сесть на заднее сиденье, то Томрис аккуратно перерезал ему горло, забрал все деньги, вернул бы к жизни и ушёл, пока тот не очнулся. Он в итоге остался бы жив, хоть и без наличных.

Ему в голову приходили мысли, что он убил человека, но беспокойство о том, что будут искать убийцу, увлекали Томриса сильнее. Ему везло, помимо того, что он успел подготовиться к контрольной в школе, убийцу так и не нашли.