Вечер откровений

1.

- Эй, почему спряталась?

Голос друга мягко просочился сквозь окружающую темень. Надо сказать, что спряталась я от шумной группы отдыхающих друзей. Недавно решили поехать за город, в деревню, но я и не представляла, что устану от веселой компании, правда, чуть подвыпившей под вечер.

- Устала что-то, - проговорила я, заодно передвигаясь, чтоб освободить рядом с собой место для Орика. Друг, в свою очередь, протянул мне стакан с пивом.

- Тут удобно, - он оглянулся вокруг, - правда, опасно.

Мои глаза насмешливо сощурились, хотя отчасти Орик был прав. Перед нами простирался огромный обрыв. Я сидела с краю, свесив ноги вниз. Время от времени от случайных движений вниз скатывались мелкие камушки.

- Ну, так почему спряталась?

От насмешливого тона друга осталась одна обеспокоенность.

Я и сама не знала, что со мной происходит, почему мне одиноко в большом круге лиц. Почему хочется молчать и наблюдать за всем со стороны?

- И сама не понимаю, - вздохнула, - всего пару месяцев назад моя жизнь была совсем другой, - замолчала, закусив губу и рассматривая темную пустоту под ногами. Постоянные разъезды, съемки, различные предложения работ, новые лица – все завертелось, закружилось, не оставляя в моей тихой жизни серых пятен.

- Да я и сам поверить не могу изменениям в твоей жизни, - Орик улыбнулся, - кто б знал, что наша строгая Сабина станет фотомоделью.

Я рассмеялась над одновременно скептическим и теплым взглядом своего собеседника.

- Дело не в этом, хотя и в этом тоже, - на этот раз мы рассмеялись оба.

- Женщины… - глубокомысленно произнес друг, а я со смехом ударила ему в плечо кулаком.

- Хватит киснуть, пошли танцевать, - Орик встал, помогая и мне. Где-то там горели огни, веселый смех полупьяных друзей доносился все ближе и ближе. Посмотрела на свой нетронутый напиток и отбросила в сторону. Орик хоть и заметил, но сделал вид, будто ничего не произошло. Заставила себя улыбаться , едва нас приметили друзья.

- Ну, все, держись, - вдруг негромко произнес друг. Не успела ничего понять, как оказалась на его руках. Музыка в этот момент изменилась на более ритмичную. Орик начал кружить меня, я же чуть не завизжала от неожиданности и вцепилась в него мертвой хваткой. Цвета, звуки, эмоции – все перемешалось в одно.

Горячий шепот донес до меня:

-Ну, что, потанцуем?

От испытанных эмоций моя глухая оборона рассыпалась на части, отогревая сердце.

Дерзко вздернув бровь, произнесла:

-Еще посмотрим, кто кого!

До полуночи продолжались наши дикие танцы. Я перетанцевала со всеми друзьями, каждый раз взглядом благодаря Орика. Спасибо, что дал почувствовать себя живой.

Зашла в дом, чтобы выпить что-нибудь. Горячая кровь смешалась с алкоголем. Тепло. Очень тепло. Я жива. Почувствовала чей-то взгляд.

-Знаешь, как я испугался, когда сообщили о твоем диагнозе? Думал, что мы потеряем тебя. Ты же мне очень дорога.

Я улыбнулась, не поворачиваясь. Все-таки Орик всегда был моим хорошим другом.

- А потом, когда ты начала выздоравливать… Я очень рад, что ты смогла преодолеть все трудности, перебороть болезнь. И еще начать новую жизнь. Мы никогда не говорили об этом, но я горжусь тобой. Из самодовольной выскочки ты превратилась в человека.

Я рассмеялась уже в голос.

- Спасибо, друг, ты всегда говоришь правду.

Орик тоже улыбнулся.

- Пойдем к остальным, не то решат, что мы здесь занимаемся чем-то недостойным.

Мы рассмеялись оба. Кто бы ни говорил, что дружбы между мужчиной и женщиной нет, он ошибается. Доказано на нашей с Ориком дружбе.

Костер почти догорел, небольшие угли отдавали неярким светом и теплом. Все расселись в круг. Орик протянул мне плед. Закутавшись в теплую материю, я приняла сигарету от Наимы.

- Давайте поговорим о чем-нибудь грустном, - всегда знала, что Рена такая глупая.

- Давайте в бутылочку сыграем. На вопрос-ответ.

Ребята загалдели, отыскивая пустые бутылки из-под пива.

Первый вопрос достался Анару от Наимы.

- Самое грустное воспоминание твоего детства?

Жгучий коренастый брюнет Анар задумался, а некоторые девушки хмыкнули. Все мы знали его самым большим бабником из знакомых. Относясь к богатой семье, он никогда не имел в чем-то недостатка.

- Это слишком личное, - черты его лица исказила угрюмость.

Алена, не подававшая до этого момента голоса, произнесла:

- Так, ребята, давайте договоримся, честно отвечаем на вопросы, а все, что узнаем, не выйдет за пределы сегодняшнего вечера.

Ребята согласно зашумели.

- Когда мне было лет пять, отец ударил маму. Она принимала наркоту. Потом долго лечилась, - говоря это, Анар словно окаменел, только кулаки сжимались в бессильной ярости.

Молчание выдало наше ошеломление. Кто бы мог подумать, что его элегантная добрая и отзывчивая мать - бывшая наркоманка?