"Вечер в Венеции"

33

33

Оксана была вполне довольна, что Марк не стал с ними спорить и почти спокойно ушел. Ей казалось, что он теперь больше не должен вернуться к Инне. Ведь зачем ему лишние проблемы с ней, когда можно жить одному и распоряжаться своей жизнью, будучи ответственным только за себя, а не за любимую девушку. Тем более, как ей казалось, он очень любвеобилен, и, вряд ли, когда-то выберет для себя одну-единственную. Оксане было невдомек, что Марк не любит Алису.
И она считала, что Инна постепенно начнет остывать к Марку из-за стольких обид, и жизнь снова войдет в прежнее русло. Причем, подруге было сложно представить кого-то рядом с Инной. Она с давних пор высказывала резкие комментарии по поводу каждого парня, с которым Инна когда-либо встречалась. То один был некрасив, то другой не столь умен…
Марк сел в машину, и медленно поехал в сторону студии звукозаписи, понимая, что пора возвращаться к рабочим делам. До презентации альбома оставалось уже немного времени. Он понял, что Инна так и будет продолжать слушать мнение своей подруги, и не захочет возвращаться к нему. Ведь Оксана считает его ужасным типом, и внушает все это Инне. Да и любимая почему-то даже не остановила этот поток острых выражений о нем сегодня, а спокойно позволила Оксане продолжать. Марк решил, что какое-то время нужно снова пожить в одиночестве, чтобы утихла эта боль, и он немного пришел в себя после стольких событий.
Он, конечно же, винил себя за вечер в Питере, но понимал, что эта проблема была бы решаема, не будь в их жизни Оксаны. Марк мог бы поговорить с Инной, да и она прекрасно чувствует - кого именно он любит всем сердцем. А он попросту объяснил бы ей, что у него бывает дружеское или рабочее общение с разными девушками, которое не имеет отношение к его сильным чувствам. Но все эти планы рухнули, утонули в ядовитых словах Оксаны.
Вечером подруги снова вернулись в дом Оксаны. Инна по-прежнему не могла и не хотела есть. Пока Оксана готовила ужин, Инна вернулась в гостевую и легла. Она, как никогда, чувствовала опустошение. Внутри не было ничего, кроме огромной, щемящей боли, которая разрасталась все больше.
-Ин… - позвала подруга. Но Инна не отзывалась. Она не знала, задремала ли она, или эта пелена слез снова окутала ей глаза.
Оксана заглянула в комнату. –Ты теперь с голоду умрешь из-за него?
У Инны уже не было сил отвечать ей, и она даже не повернулась в ее сторону. Оксана поняла, что бесполезно сейчас ее тревожить и упрашивать. Инна пролежала в одиночестве до глубокой ночи, больше не вставая, и потом кое-как смогла ненадолго заснуть.
Утром Оксана разбудила ее, чтобы собраться на работу. Инна ощущала как все ее тело будто налилось свинцом, ей больше не хотелось даже подняться с постели. Оксана кое-как помогла ей собраться. Но и на работе Инна вела себя по – прежнему, – допускала ошибки, не слышала задания начальства.
Вечером Инна взмолилась. –Оксан, отпусти меня домой…
Оксана строго взглянула на нее. –Хорошо. Но я поеду с тобой, чтобы он не посмел снова мучить тебя.
Инна кивнула. –Не бойся, больше «не посмеет». Он даже и не звонит больше…
-То-то же… - деловито произнесла Оксана.
Через полчаса Инна вернулась в свою квартиру и прошла в спальню. Оксана виновато посмотрела на захлопнувшуюся дверь и прошла в гостиную.
Картины и пустые холсты Инны оставались нетронутыми. Оксана заметила, что «Вечер в Венеции», был закончен, и ждал обрамления, будучи аккуратно и бережно завернут в целлофан. Оксана ядовито усмехнулась изображению Марка на картине и отвернулась, посмотрев в другую сторону.
Инна до утра не выходила из своей спальни. Ранним утром Оксана обеспокоенно прошла к ней.
-Ты уже не спишь? Пора на работу… - отодвинула она штору, и комната залилась лучами ноябрьского солнца. Инна поморщилась.
-Оксан… Вызови мне врача, пожалуйста… - тихо попросила Инна.
-Что? Довел? Сердце ноет? – уточняла подруга.
-Оксан, мне, действительно, нехорошо. И я не знаю что со мной…
Оксана немного смягчилась и вышла за телефоном. В скором времени к Инне приехал врач. Осмотрев ее, записав данные о давлении и сердечным ритме, он объяснил, что у Инны нет серьезной болезни и страшных симптомов. Оксана выпытывала, что с ней может быть. Врач заверил, что это всего лишь упадок сил и выписал ей больничный на три дня.
Инна по-прежнему лежала на своей кровати, никуда не выходя. Оксана уже насильно пыталась ее покормить, но это было безуспешно.
-Так нельзя жить, Ин...- сочувственно цокнула языком Оксана. - Если так будет продолжаться - ты себя в гроб загонишь раньше срока.
-Ну и пусть. Хоть на том свете не будет так больно...- бесцветным голосом произнесла Инна.
-Я тебе врежу сейчас за такие слова! - рассердилась подруга.
-Оксан...Мне очень стыдно, что ты так со мной возишься. Иди на работу.
-Я не могу тебя оставить одну в таком состоянии. - искала отговорки Оксана.
-Не бойся. Иди...
-Ин...Ин, ты точно справишься сама? - волновалась подруга.
-Ага. Иди, со мной ничего не случится.
Оксана поддалась на уговоры и отправилась на работу.
Инна ещё какое-то время лежала без движения. Затем потянулась рукой к прикроватной тумбочке. Нашарив на ней блокнот и карандаши, Инна, не вставая с постели, принялась рисовать.
Она нарисовала непонятное существо средних размеров, не похожее ни на одно из известных науке животных, насекомых и птиц. Туловище существа было кляксообразным. На месте головы размещался огромный мыльный пузырь. Из головы-пузыря торчали длинные уши, очень похожие на заячьи. Она раскрасила существо зелёным карандашом, пририсовала ему огромные тёмные глаза. Над головой существа красовалась подпись, видимо, являющаяся его именем: «Тоска Зелёная»...