Вечерние тени

Часть 2. В паутине лжи. Глава 1(14) Когда приходится быть спокойнее

Глава1 (14). Когда приходится быть спокойнее

Альбин взирал на Мартина как на чудо. Знатные господа, конечно, посещали, порою, Лигу, но делали это ночами, не смея являться открыто, либо, что бывало куда чаще, просили о встрече в уединённых местах. Этот же просил о встрече через Летарда, пришёл днём и в сопровождении всего-то двух слуг, которым велел оставаться у Пристанища, отказав им в возможности подняться с ним.

Вообще, Летард не горел желанием сводить Мартина и Альбина, но сладкое имя Селесты, обязательство и внутреннее чувство ответственности за то, что Мартин преподносил как службу городу, и потом – Летард не умел пользоваться тайнами и стеречь их, так что сказал честно и про Мартина, и про его желание выйти на Главу Лиги…

Ну хорошо, почти честно. Всё-таки до конца Летард не был откровенен и правду о Селесте оставил себе. Её образ никто не смел трогать и не должен был – это было только его светлое пятно.

Здесь надо сказать, что Мартин просил встречи с Альбином при других обстоятельствах, когда городу нужно было некоторое…волнение. А теперь волнение шло само – наследник трона скончался, необходимость творить бесчинства на улицах пропала, и следовало обратить силу Лиги на наведение порядка. Герцог Болмон, узнав о том, что Мартина ждут у Альбина, взволновался всерьёз – по его замыслу теперь следовало уничтожить всех тех, кто готов был к мятежу и заступничеству за принца крови. Но тот оставался единственным наследником, и, благо, не успел себя замарать. А ведь среди мятежников были и лигианцы…

Болмон быстро сработал тогда, когда набирал людей. Никто не думал, что наследник трона умрёт так скоро – нет, он был болен, но то, что Господь так скоро прекратит его мучения? Воистину, этого никто не ждал.

И ныне обстоятельства были другими. Требовалось навести порядок, показать принца скорбящим защитником города, а для этого нужно было обратиться к Лиге, но уже с другим предложением, которое, впрочем, должно было подойти Альбину.

– По крайней мере, отпадает необходимость его убирать, – герцог Болмон старался во всём найти плюсы. Ему нравилось то, что Альбин уже хорошо сработался с городом и знает о нём всё, вдобавок, идёт на диалог и всегда готов прийти на помощь, если речь касается действительно города. Что было бы с новым человеком? Кто знает! Так что, всё должно было сложиться неплохо. Главное, наладить личную связь.

– Я удивлён, – признался Альбин, глядя на юношу. – Ваш отец никогда не появлялся у нас напрямую.

– Времена меняются, господин. У нас одна беда. У принца крови есть враги, и они могут вызвать смуту в городе…

Мартин замолчал, видимо, ожидая реакции Альбина, но тот молчал и ждал продолжения – не в его правилах было делать выводы до конца фразы.

– Вы, верно, слышали, что говорят о нём в городе? – спросил Мартин, заходя с другой стороны.

– Говорят разное, – уклонился Альбин, – я не знаю о чём именно идёт речь.

– Говорят, что он причастен к гибели наследника трона! Это наглая ложь! – неизвестно, думал ли сам Мартин, что это ложь, или, как и его отец, сомневался в непричастности принца Энрике к столь удачной гибели наследника, но говорить он должен был только то, что требовалось. А требовалось отрицать причастность принца Энрике и бороться со слухами. Это было единственным решением.

– Мы не гонимся за слухами, – спокойно ответил Альбин, – политика нас не интересует.

Он лгал и в то же время был почти честен. Лига, в которой он был главным уже не один десяток лет, в его представлении, в его мечтах была совершенно лишена политической воли и жила порядком. Но реальность была иной. Реальность расходилась с той заманчивой мечтой. Но признаваться в том, что слухи такого рода проникли и в Пристанище было невозможно.

– И никогда не интересовала, верно, Летард? – закончил Альбин. Что-то в глазах Мартина, в его взгляде, промелькнувшее и тут же исчезнувшее, ему не понравилось.

Летард, который даже дышать старался тише, опасаясь, что речь зайдёт про него и всплывёт что-то вроде переговоров, когда ему предлагалась Селеста, или когда речь шла о Гуго – дела не столь давно минувших дней, вздрогнул. Да, Мартин заверил его, что теперь нет нужды в той договорённости, которую они создали, и нет, всё будет по-прежнему и никто не требует от Летарда ничего клятвопреступного, но всё равно Летард сомневался, что Альбин оценил бы подобные переговоры за своей спиной по достоинству.

– Да, господин, не интересовала, – подтвердил Летард, стараясь держаться спокойно.

– Ну вот, видишь! – усмехнулся Альбин, – слухи и болтовня – это всё удел тех, у кого слишком много свободного времени.

– Я просто прошу от лица герцога Болмона навести порядок и пресечь на вашем уровне власти слухи такого рода, – Мартин не смутился. Он оставался собран и спокоен, кажется, ситуация не была им понята до конца или он плохо знал Альбина.

– Мы и без того поддерживаем порядок на улицах, – напомнил Альбин, – или по мнению герцога мы делаем это недостаточно хорошо? Так пусть он не стесняется и смело выставит нам свои претензии. Мы их рассмотрим.

– У него нет претензий, – отозвался Мартин, – мы лишь хотим полагаться на Лигу.

– Полностью положиться можно лишь на Господа.

– Обедню мы тоже заказали, – Мартин не остался в долгу.