Вечерняя звезда

Глава 5

«Хам!» – Заметив, как правитель Балдрик зло сощурился, Карина вжала голову в плечи, как назло в этой же самой голове заиграла песня про «даже если вам немного за...»

«Только тут аж целый царь, – промелькнула следом еще одна шальная мысль. – Ну всё...»

– Ты сейчас серьезно об этом думаешь? – приподнял бровь Балдрик.

«А ты пробовал от навязчивой песни избавиться? ...Да он бы подошел, да я бы… тьфу!»

– В твоем разуме мелькают очень странные образы, – покачал головой Балдрик.

– Жизнь – вообще странная штука, – проворчала Карина.

«Ну вот теперь точно всё… писец».

– Какой еще пушистый зверь, причем он тут? – аж кашлянул Балдрик.

«При неправильном мозговом переводе. – Карина молча развела руками. Голова еще немного плыла, мысли несколько путались, а сердце колотилось как сумасшедшее. – Ох, будешь ты уже своими этими вампирскими непотребствами заниматься? Пока я еще больше не состарилась. Это ж невозможно. Или не надо. Ведь реально отравишься. Карина, останови ты уже свои мысли, пока хуже не стало!»

Балдрик вновь покачал головой и снова оценивающе осмотрел ее.

– Замри, – чуть грубо приказал он, а Карина зажмурилась.

Она слышала, как Балдрик приблизился, как провел рукой по щеке, шее, чуть лизнул за ухом. Но страх так сковывал, что от омерзения она могла лишь прикусить губу. А затем — слабость, обрушивающаяся на голову, удушающая еще хуже местных благовоний.

– Ты только пила воду, и всё. Зря, – казалось, его голос липкими щупальцами проникал в сознание, – глупая девочка, так долго ты не сможешь, ты вредишь себе и вредишь мне, а я ненавижу, когда что-то вредит мне.

Собрав остатки силы воли, Карина посмотрела на Балдрика – красивое по сути лицо казалось устрашающе отталкивающим.

– Ужасный организм, – процедил он, отходя к стоявшему у окна столу, будто сделанному из хрусталя. – Как так вышло?

Карина же буквально сползла по стене, не в силах удержаться на ногах. Сквозь пелену она видела, как правитель делает какие-то пасы над столом.

– Словно что-то вмешалось в мою магию, – цедил Балдрик, разговаривая не столько с ней, сколько с самим собой. Он коснулся стола. – Стража.

В эту же минуту в комнате появилась фигура двоих стражей.

– Заберите ее, – приказал Балдрик. – И я сам спущусь к своим девам, – величественно добавил он.

Стражи осторожно подхватили Карину под руки, при этом стараясь не слишком тесно касаться, и в следующую секунду, все уже были в привычном зале. Карину опустили на ближайшую кушетку, а Балдрик с гордым, но хмурым видом начал шествовать меж встрепенувшихся наложниц, пристально рассматривая каждую из них. Последнее Карина видела, уже почти теряя сознание, удерживая себя на краю.

– Пойдем со мной, – долетел до нее голос Балдрика.

Последнее, что смогла увидеть девушка, как правитель исчезает из комнаты с одной из наложниц. И тяжелая темнота заволокла все вокруг.

***

Когда Карина проснулась, как всегда светило солнце.

«Это начинает раздражать. И звезд на небе не хватает», – отстранено подумалось ей. Голова немного гудела и подплывала, а все тело налилось такой тяжестью, будто вчера она пробежала приличный кросс.

«Хотя никогда толком не бегала».

– Отвратительно, – плюхнувшаяся рядом Сенди расселась, широко раздвинув ноги и опираясь руками на них. – Этот Балдрик — какой-то ненормальный. Я хотела очаровать его, а он…

«Хотя бы сейчас Сенди больше похожа на себя».

– Кстати, та девица, которую он увел после тебя, не вернулась. Видать, больше нас с тобой понравилась.

Тут Сенди резки залпом осушила стакан воды, ее плечи опустились, а запал во взгляде чуть потух.

– А может, так даже и лучше, – хмыкнула она и, покачиваясь, побрела куда-то в сторону.

Смотреть куда и зачем, желания не было. Карина перевернулась с бока на спину и безучастно уставилась в потолок — как оказалось, расписанный всякими цветами, но все — хоть и разных форм, вида, размеров — но неизменно зеленые. Веки вновь потяжелели.

«Не вернулась… – забились отголоском в сознании слова Сенди. – И если я так реагирую после одного раза, да и то явно Балдрик немного «отпил», то что же будет потом? Как переносят те, кто здесь давно? Восстанавливаются от местной еды? Но зачем ему новые наложницы?»

Последний вопрос показался наиболее страшным. А следующее осознание накатило ледяной волной.

«Я тоже не вернусь. Не выберусь отсюда. Он просто «выпьет» меня, а потом, что потом?»

Карина поднялась так резко, что перед глазами заплясали белые мушки, а кислорода словно резко стало в разы меньше. Не обращая внимания, покачиваясь, она выбежала из зала, чуть не упала на лестнице и силой втащила себя в сад.

«Родители. Друзья».

Перед глазами уже все стало белым полотном. Опустилась на траву, прислоняясь к ближайшему дереву, склоняя голову.

«Прости, Ириш, кажется, мы не поедем на отдых вместе».

…

«Опять вырубило. Хорошо хоть в теньке. Это, пожалуй, единственное хорошее».

Кто-то опустился рядом. Подняв взгляд, Карина увидела стража, и хоть низ и верх лица как всегда закрывала повязка, сероватая кожа проглядывала, а уж светлые глаза и вовсе были единственным, что отчетливо видно. Он поднес указательный палец к тому месту где, должен быть рот — давая знак молчать. И как только Карина понимающе кивнула, достал с пояса флягу и протянул ей. Нахмурился от того, что девушка не приняла ее, и протянул более настойчиво.

«И вот что там? Но вроде в прошлый раз нормально все было».

Она неуверенно, но взяла флягу. Страж жестом показал, что нужно попить.

«И не поймешь — можно у него спросить, разговаривать или как? Вот что до этого он имел в виду: не ори, не кипишуй, или вообще молчи. Но в прошлый же раз я к нему обращалась... А в горле совсем пересохло».

Она робко сделала глоток: вода мягко прошлась по горлу, освежая и взбодряя. Хотелось пить и пить, но Карина вернула флягу. Приподняла палец, чтобы страж сразу не ушел, затем указала на себя, открыла рот, беззвучно говоря: «Я», затем показала на стража. И так же беззвучно попыталась сказать: «Говорить с тобой».