Вечность придумали осенью

13. С чем покончено, к тому не возвращайся

Как-то раз нам с Сашей было грустно, и мы решили наведаться в кинотеатр. Саша так и сказала:

— Как-то грустно, пошли в кино.

Сейчас я понимаю, что мне-то как раз грустно не было. Я бы с удовольствием остался дома — с Сашей или даже один. Даже лучше, если один. Я мог бы, например, включить телевизор или радио и, не обращая внимания ни на первое, ни на второе, погрузиться в собирание модели японского авианосца «Синано». Или, на худой конец, попробовать признать, что моя нынешняя занятость не приносит мне счастья и разобраться уже, как правильно пишется заявление об уходе. 

Ничего из этого в тот вечер не случилось, зато в поисках радости мы с Сашей подошли ко входу в кинотеатр «Гараж». Судя по наплыву людей с глазами, в которых читалось знание того, что им нужно — кино в тот вечер показывали смешное и высокобюджетное. Впрочем, как и в любой другой.

Внезапно, проигнорировав радушно открывшиеся перед нами двери, Саша остановилась. По инерции я сделал ещё пару шагов и оказался в аккурат между разъехавшимися прозрачными половинками целого.

— Что случилось?

Она нахмурилась.

— Знаешь, я больше не хочу в кино.

— Да? — усмехнулся я. — Тебе уже не грустно?

— Очень даже грустно. Но в кино мне может стать хуже.

— Может, — согласился я, бросив взгляд на сегодняшнюю афишу. — Какие у нас варианты? 

Я продолжал стоять в проёме между автоматическими дверьми, которые всё настойчивее пытались закрыться.

— Я не против куда-нибудь поехать, — сказала Саша.

— Окей, — сказал я. — Давай подумаем.

Меня всё время обходили люди, у которых планы на вечер ещё не успели претерпеть таких кардинальных изменений. Некоторые задевали меня и недовольно извинялись.

— Не нужно, — сказала она. — Давай просто куда-нибудь поедем. 

Саша нетерпеливо оглянулась по сторонам. 

— Вот и машина есть. 

У тротуара стояла чересчур новая «Тойота», с заднего сиденья которой неспешно вываливался толстый человек в костюме. Вывалившись, он добродушно замахал рукой куда-то в недра автомобиля, словно отказываясь от приглашения залезть обратно.

Больше не взглянув на меня, Саша решительно направилась к автомобилю и открыла переднюю дверь ровно в тот момент, когда толстый мужчина закрыл заднюю. У них это вышло так складно, что можно было заподозрить предварительную репетицию. Наполовину спрятавшись в «Тойоте», Саша стала о чём-то общаться с водителем. Толстый господин оправил пиджак и задумчиво уставился на ту часть Саши, что осталась за границами авто. Мой ракурс был таким же, как у него, и я ощутил укол необоснованной ревности, разбавленной иррациональным чувством гордости. Покинув, наконец, зону действия дверных фотоэлементов, я двинулся к машине, намереваясь поделиться с толстяком некоторыми соображениями, но он неожиданно перевёл взгляд на меня, пробормотал «извините» и растерянно ретировался. Вся сцена вызвала во мне ощущение, будто я что-то забыл. Инстинктивно я хлопнул ладонью по левому карману. 

— Чёрт!

Саша как раз закончила своё общение и высунулась из машины.

— Артур нас отвезёт, — не обращая внимания на мой возглас, сказала она.

Пытаясь понять, зачем Артуру было ей представляться, я на всякий случай потрогал и правый карман. 

— Надеюсь, деньги ему не нужны. 

Сашин взгляд подсветился разочарованием.

— А подождать Артур сможет? — перефразировал я.

Она несколько секунд смотрела мне в глаза, потом улыбнулась. Тогда я подумал, что мне.

— Давай быстрее, — сказала она.

До моей квартиры и забытого в ней бумажника было подать рукой. Я жил на третьем этаже. На втором тем же самым занималась дама слишком почтенного возраста с совершенно безмолвной собачкой. А на первом этаже собственно и располагалась обитель популярной кино-культуры, возле которой меня обещали ждать Саша с Артуром.

Я дошёл быстрым шагом до парадного, находящегося с внутренней стороны здания, вбежал на свой этаж, захватил бумажник, предусмотрительно, чтобы не забыть, положенный на тумбочку у входной двери, и проделал обратный путь. На всё вместе я затратил около четырёх с половиной минут. Саша стояла там же — в метре от мигавшего аварийными сигналами авто. Когда я вышел из-за угла кинотеатра, она нетерпеливо посмотрела на часы, а потом вдруг села в машину. На переднее сиденье. Я собирался было подумать о том, что она меня заметила и теперь даёт распоряжения Артуру готовиться к скорому старту. Но мысль не успела даже оформиться — вздрогнув, «Тойота» как ни в чём не бывало отъехала от тротуара и, неприлично ускоряясь, помчалась в сторону разнообразной ночной жизни города.   

Я зачем-то дошёл до места, где только что меня ждала моя девушка, и остановился. 

— История о том, как Саше было грустно, и она куда-нибудь поехала, — подвёл я итог.

— А куда не знаешь?

Даша стояла рядом со мной и, сочувственно улыбаясь, крутила в руках зубочистку. 

— В бар? — предположил я.

— Ну, вообще-то в «Гараже» есть свой бар, вполне приличный. Так что могла никуда не ехать. Слушай, — она с любопытством всмотрелась в мои глаза, так что я невольно смутился, — тебя так наказали за рассеянность? Но это жестоко!

Я покачал головой.

— Она не наказывала. Саша так не умеет. Она меня даже не видела. Просто тогда ей показалось это правильным — уехать. Не раз замечал — она старается поступать правильно.

Я сидел за барной стойкой и допивал третий *****, купажированный виски самого нижнего ценового диапазона, обладающий, тем не менее, приятным мягким вкусом, не типичным для дешёвых сортов. 

Даше сидеть было нельзя, она работала.

— А я думаю, у тебя проблемы из-за того, что ей самой невдомёк, чего она хочет. 

— Да нет же, Даша, — я поставил стильный олд-фешенд  на прямоугольник салфетки.— Уверен, она хочет, чтобы было правильно. Наверное, это моя проблема, раз я так и не узнал, что это «правильно» для неё означает.