Вечность, согретая рассветом

Начало и конец

Эвелин шагала по коридору с выражением решимости на лице. Она только что вернулась после того самого "отпуска", который Габриэль организовал для неё. Это был не просто отдых. Это было время, когда она смогла хоть немного очиститься от своего внутреннего хаоса, пережитого в последнее время. Время, когда её разум мог немного успокоиться. Однако всё, что она обрела в этом отпуске, это угроза, что она не могла избежать — всё, что было связано с Габриэлем, теперь неотделимо от её судьбы. Она не могла больше уйти. Как бы она этого ни хотела.

Габриэль и Анариэль — двое людей, которые держат её сердце, но также и делают её слабой. И теперь, когда она вернулась, пришло время делать выбор. Но она не была готова. Никак не могла готова к тому, что предстояло.

Когда Эвелин зашла в дом, её взгляд упал на пустую комнату Габриэля. Он был там. Она это знала. Но где он был сейчас? Его присутствие не исчезло, но исчезли ответы. Эвелин замерла на пороге, ощущая, как на неё накатывает какое-то ощущение предвестия — что-то большее, чем просто тревога.

Внезапно дверь скрипнула. Эвелин обернулась, её глаза встретились с Габриэлем, который стоял в дверях, как тень, едва различимая в сумерках. Он был всё тот же, но в его глазах была тень сомнения. Или страха.

— Ты вернулась, — сказал он, его голос был тихим, почти безэмоциональным.

Эвелин молча кивнула.

— Я… я думала, что ты решишь всё сам, — призналась она, чувствуя, как слова тяжело выходят из её уст. — Я не знала, как помочь. Всё, что я делала, лишь усложняло. Я…

Габриэль подошёл к ней, но в его движениях была некоторая задержка, как будто он сомневался, стоит ли продолжать.

— Ты не должна нести эту тяжесть, Эвелин, — сказал он, опуская взгляд. — Мы все в этом виноваты.

Он замолчал, оборачиваясь к пустой комнате, будто мысли искали ответы среди теней, что танцевали на стенах.

Эвелин взглянула на его лицо и поняла, что он не просто устал. Он был сломлен. Но ещё было не всё потеряно. Хотя тьма, что тянулась за ними обоими, была всё глубже, он всё ещё был готов бороться. Это стало её решением — помочь ему. Вся эта борьба, их испытания, всё привело её к одному решению.

— Мы вместе, Габриэль, — сказала она, беря его за руку. — Как бы не было тяжело, ты не один. Я здесь.

Габриэль посмотрел на неё, его взгляд, наконец, стал ясным, но в нём была грусть. Он был благодарен за её поддержку, но ощущал, как мир рушится вокруг них. Что бы они ни делали, он не мог больше скрывать правду, которая лежала у него в груди, как тупая боль.

— Микарис… — начал он, и его голос стал холодным, как ночной ветер. — Он никогда не уйдёт. И если мы не сделаем выбор сейчас, он заберёт всех нас.

Эвелин почувствовала, как её сердце сжалось. Все эти разговоры о спасении и жертвах — они стали реальными. И вот он, тот момент, когда ей нужно было принять решение. Но не о себе. А о тех, кого она любила.

— Мы уничтожим его, — ответила она, смотря прямо в его глаза.

Габриэль кивнул, его выражение было решительным, но в его глазах всё ещё скрывалась боль. Он повернулся и шагнул к окну, глядя на город, который был поглощён тенью Микариса.

— Мы должны действовать прямо сейчас, — сказал он, и в его голосе прозвучала отчаянная решимость. — В противном случае мы все окажемся в его ловушке.

Внезапно раздался звук, как если бы что-то огромное переместилось в пустоте. Это было нечто большее, чем просто мрак — это была энергия самого Микариса. Он был здесь.

Внезапно тьма заполнила весь дом, и их окружили теневые существа, созданные демоном. Микарис пришёл.

Габриэль и Эвелин сдержали дыхание. В этот момент всё, что они могли сделать — это бороться, но они были уверены в одном: если они не уничтожат Микариса сейчас, всё будет потеряно.

— Ты думал, что сможешь скрыться от меня? — раздался насмешливый голос, и перед ними возникла фигура, тёмная и зловещая.

Микарис стоял в их зале, улыбаясь, как демон, который уже победил. Его глаза сверкали красным огнём, и его тень поглощала всё вокруг.

— Всё, что было, закончится здесь, — прошептал он.

Габриэль стиснул зубы и, не колеблясь, бросился вперёд. Эвелин последовала за ним, но Микарис поднял руку, и их силы оттолкнулись, как если бы они столкнулись с непроницаемой стеной. Сомнения исчезли — он больше не мог позволить себе колебаться.

Эвелин подняла руку и закрыла глаза. Когда она открыла их, перед ней стоял Габриэль, а Микарис исчез, растворяясь в мрак. Он не был побеждён. Но их борьба только начиналась.

Мир был снова на грани разрушения, но в глазах Габриэля была искра надежды. Потому что она стояла рядом. Потому что она была готова бороться с ним. В этот раз, возможно, они смогут победить.

И в ту же секунду Габриэль понял одно: как бы всё не закончилось, в его жизни была одна истина, которая не зависела от этого мира.

— Мы переживём это, — прошептал он.

Кровавое небо нависло над трещиной между мирами. Габриэль стоял на краю портала, за спиной — Александра Авеир, над ними — развевающиеся чёрные перья её крыльев.

— Он ждёт нас, — сказала она. — И у него нет сомнений.

— А у нас есть? — Габриэль посмотрел на неё, глаза багровели.

— Нет, — ответила Александра. — Мы пришли за ней. И мы не уйдём, пока не заберём Анариэль.

Они шагнули в разлом.

Первый удар пришёл сразу. Из тьмы вырвались порождения Микариса — обугленные твари с лицами тех, кого Габриэль убивал. Он узнал каждого. Узнал — и всё равно шёл вперёд.

— Это мои грехи, — прошипел он, разрывая одну из теней. — Но теперь — они мои щиты.

Александра развернулась. С неба полетели копья света. Демоны кричали, испаряясь в искрах. Эвелин заклинанием превратила землю в пепельное пламя. Их окружали со всех сторон, но трое стояли не как союзники — как стихийная ярость.

— Он насылает на нас саму память, — выдохнула Александра. — Он копается в нашей вине.

— Это ничего, — Габриэль вытер кровь с губ. — Это не остановит меня.