Вечный голод.

Пролог.

Тишина, вот что заполняло небытие в начале. Чернота пустоты не имела ничего, что могло бы заполнить ее шумами радости, печали или боли, которые понимали нормальные существа. Это было просто мирное небытие, которое наконец было нарушено первым шумом, когда-либо заполнявшим себя, взрывом, который потряс все на части. Цвета, свет, энергия и материя хлынули из центра взрыва. Заполняя некогда пустую пустоту всем необходимым для создания жизни, но не было ничего, что могло бы сформировать ее в жизнь. Неизвестное количество времени все висело в пустоте без цели.

Затем первый пробудился от своего пустого сна, протягивая бесформенные конечности в пустоте между массами материи. Он огляделся вокруг, прежде чем пойти туда-сюда, разглядывая все объекты, которые плавали в пустоте, прежде чем он обрел мысль. Собрать часть материи вместе, чтобы создать что-то новое, иметь что-то еще, чтобы заполнить свое время, а не просто плавать вокруг, наблюдая за тем, как все вращается в пустоте.

Медленно, материя была собрана в различные формы различных размеров. Первый вскоре создал бесчисленные формы из окружающей его материи, прежде чем он начал чувствовать, что другие существа также пробуждаются. Они открывали бесформенные глаза, прежде чем смотреть на формы материи, прежде чем начать творить с собственными идеями. Другие вернулись в пустоту, чтобы продолжать спать вечно, не то, чтобы первый заботился об этом. Он начал формировать сферы с массами на нем, голубая вода покрывала его поверхность, а зеленая появлялась на массах над водой. Первый придумал имя, чтобы назвать сферы, прежде чем поселиться на «Планете», месте, где могла бы развиваться жизнь.

Вскоре он создал больше таких сфер, образовав целую систему, сосредоточенную вокруг звезды. Как только он создал свою идеальную систему, он начал идти и смотреть на другие творения. Другие создали другие собственные системы, сформированные в сферическом дизайне. Количество звезд было другим, но это было достаточно близко, чтобы это не имело значения, жизнь была помещена на эти сферы. Другие были довольны своими творениями, так как их миры начали поклоняться им как богам или богиням. Первый вернулся в свою систему и обнаружил, что в его мире были свои собственные существа силы, но они, похоже, не знали, что это было.

Это снова наполнило его чувством одиночества, пока что-то не заполнило пустоту, новая эмоция, которую чувствовали все. Это было что-то, что заставило Первого содрогнуться, не понимая эмоции вообще, пока другая не пришла с блестящей ясностью. Ужас, простой и понятный, как один из Других закричал в пустоту, когда тьма была разорвана. Что-то пыталось проникнуть в их вселенную, что-то, что они могли чувствовать, направляло все это на покрытые жизнью миры, которые они создали. Движимое чем-то, что заставило Первого вообще не чувствовать, дыра в себе, которую нельзя было заполнить никакими средствами мысли.

Вскоре видение этого можно было увидеть через связи, которыми делились все существа, все видели одно и то же изображение, как это произошло. Чернота была разорвана, становясь шире, когда сверхъестественные огни заполняли разрыв в реальности. Из разрыва выскользнула смутно очерченная форма, цвета оранжевых солнц, голова в форме инопланетянина открыла свои челюсти в безмолвном крике победы. За ней последовал еще один, затем еще один, разрыв только разрывал себя шире, когда он выдвигал две массивные конечности из разрывов. Как крылья, они расправлялись невероятно широко в пространствах между системами. Тело выскользнуло, как какой-то змеевидный демон, не торопясь в своей новой реальности.

Другие не знали, что делать с этой новой сущностью, и это дорого им обошлось. В кратчайший момент неопределенности чудовище устремилось к ближайшей системе и было поглощено бушующим адом. Пробудившийся попытался остановить его, но оно было поглощено вместе со своими творениями, не оставив ничего, кроме обожженного ощущения там, где была жизнь. Как только существо поглотило всю жизнь, оно начало светиться золотистым жутким блеском, который резал глаза Первому, поскольку оно начало увеличиваться с поглощенной материей. Другие попытались бороться с мерзостью, но были поглощены и увеличили паразитическую сущность еще больше.

Первый наконец придумал план, который обойдется Другим, но зато запечатает урода голода. Первый заставил других собрать свои силы вместе, став единым существом, способным противостоять жуткому ужасу. Первый совершил огромную ошибку, сделав это, Другие сами стали монстром. Они атаковали жуткий ужас, разорвав его на части и затолкнув обратно в созданную им прореху реальности. Затем масса силы заставила существо войти в прореху, прежде чем закрыть ее, используя собственную силу, чтобы удержать ее закрытой.

Первый мог только наблюдать, как Другие отдавали свои жизни, чтобы держать эту прореху в реальности закрытой, но как долго? Он не знал, поскольку он собирал разрушенные миры из своей ближайшей семьи, сплавляя их вместе в одну последнюю сферу. Этому объединению миров Других Первый дал имя, Земля. Земля была обещанием падшим, Первый хотел, чтобы их помнили. Сделав это, Первый затем создал существ силы, подобных себе, прежде чем он впал в глубокое, лишенное видения состояние небытия.

Эти существа власти вскоре захватили Землю, начав вечные и непреходящие войны и другие конфликты, которые будут преследовать последний дар Первого до конца времен. Боги, Богини, Титаны, Фейри, это не имело значения, поскольку это было все, что они когда-либо знали. Даже существа, называемые Великим Красным и Уроборосами, даже не знали о том, что сделали Первые и Другие, чтобы сдержать Вечный Голод, грозивший положить конец всей жизни.

Пока печать не треснула, что-то, что было слышно по всей вселенной всем. Мягкий треск, после которого печать, сдерживавшая золотой древний ужас на протяжении эонов, начала расширяться, инопланетное свечение сверкало сквозь трещины, и можно было увидеть множество красных огней. Как будто что-то снова оглядывалось во вселенную, уставившись в непрекращающемся голоде на наполненную жизнью планету, которую оно могло видеть.