Вечный покой Эдема

Глава 5

Пустые Земли, в пяти километрах от Четвертого Порта

Максим

Военный броневик проносится мимо, утробно гудя и заполняя воздух едким запахом сгоревшего топлива. Уже второй за сегодня, встретившийся на нашем пути. Мне кажется, что я все еще слышу где-то вдалеке стрекот автоматных очередей, прислушиваюсь, но потом понимаю, что это – всего лишь расшалившиеся нервы играют со мной.

«Все в порядке, Макс, – говорю я себе мысленно. – Эдем уже близко. На этот раз обошлось».

Горячий руль в руках, будто якорь, напоминает, что я все еще держусь за эту жизнь, а рыжая земля вокруг кажется не такой пустой и мертвой, как обычно. На краю гибели понимаешь, что жить стоит ради того, чтобы просто жить, не ища каких-то важных смыслов и уж точно не хныча о тяготах судьбы. И радуешься, что у тебя еще есть возможность хотя бы на миг увидеть солнце, небо и вдохнуть этот пыльный душный воздух.

– Когда-нибудь они заявятся в Эдем, – негромко рассуждает Дэн, сидящий рядом. – Их, конечно, всех убьют, но до Портов они успеют добраться. И думается мне, в столицах не сразу побегут нас защищать.

Я издаю невеселый смешок – понимаю, что мой соратник прав. Стервятники с каждым годом приходят из далеких Пустых Земель все ближе к Эдему. Чтобы выжить, некоторые из них объединяются в большие группы и даже целые поселения. Свирепая толпа голодных дикарей, жаждущая крови и плоти. Мы для них мало чем отличаемся от скудного разнообразия мутировавшей дичи, которая водится в пустыне. Охота на копателей идет непрестанно, и в последнее время нам слишком сильно везло. Прошлая вылазка оказалась на редкость тихой, если не считать найденной под землей девчонки. Но в этот раз все пошло хуже некуда...

Я украдкой оборачиваюсь назад. Соня, задремавшая на заднем сидении, выглядит умиротворенной, но лишь потому, что Дэн вколол ей обезболивающее с седативным эффектом. Повязка на правом плече девушки все еще сочится кровью. Редкие выбившиеся из косы пряди рыжих волос липнут к потному лицу, а губы высохли и потрескались. Для Сони это не первое ранение, но заварушка, в которой она его получила, даже меня заставляет холодеть, всплывая в памяти.

Мы решили вернуться в Пустые Земли на следующее утро после того, как увезли Елену к Аггай. Никто, включая меня, ехать не хотел. Усталость после каждой экспедиции сохраняется долго, поэтому копатели редко выезжают за пределы Солнечного Эдема чаще двух раз в месяц. И мы, рискнувшие жизнями, уйдя за флажковую границу – ту, которая с годами на электронных картах все сильнее отдаляется от Эдема, разумеется, валились с ног. Но каждый из нас прекрасно понимал, что найденные сокровища остались там – на цокольном этаже древнего здания, а может быть, и в ангарах, которые мы не успели проверить. С повторным визитом туда следовало поторопиться. А еще было необходимо как можно скорее выяснить хоть что-то о происхождении странной девчонки, пока ее амнезия и болтовня на чужом языке не создала проблем. Спускаться под землю, в место, где мы ее нашли, я больше не собирался. От одних воспоминаний о нем ползли мурашки по коже. Но всю территорию объекта обыскать мы могли. Иногда в древних руинах можно найти останки бумажных документов. Кто знает, вероятно, что-то, способное пролить свет на биографию нашей белокурой находки, осталось там – в обшарпанных останках кабинетов.

Но мы не доехали даже до бесконечно длинного ущелья. К концу первых суток пути градом стрел и зловещих кровожадных воплей на нас обрушилась засада стервятников.

Дикари были из тех, что еще сохранили способность к совместной организованной жизни, похожей на человеческую. У них имелось не только примитивное оружие, но и ездовые животные – достаточно быстрые, чтобы преследовать нас больше часа. Медленный грузовик, которым управлял Дэн, и который мы взяли, чтобы вывезти как можно больше добычи, пришлось бросить. Соня получила стрелу в плечо как раз, когда я остановился подобрать друга, выпрыгнувшего на ходу из высокой кабины, облепленной стервятниками. В сложившейся ситуации оставалось лишь повернуть назад.

На обратном пути мы обнаружили копателей, которым повезло меньше. Четверо мужчин лежали на земле у перевернутой машины, истыканные стрелами и зверски растерзанные. Еще через несколько минут мы встретили первый броневик с солдатами Варруса. Тогда все стало ясно. Стервятники вышли на охоту большой оравой, что прежде уже случалось, и комендатура отправила в пустыню отряды зачистки. Похоже, среди дикарей снова появились лидеры, способные объединять их и вести за собой. В период одного из прошлых подобных нашествий погиб мой отец, и сегодня мне чудом удалось не повторить его участь.

– Какие планы теперь? – спрашивает Дэн, задумчиво уставившись на приближающиеся силуэты портовских зданий.

Я отвлекаюсь от мыслей и пожимаю плечами:

– Отсидимся. Подождем, пока вояки не перестреляют стервятников. Затем вернемся.

Молчание повисает на целую минуту. Мой друг, едва не угодивший в лапы кровожадных убийц, внутренне опустошен, как и все мы. Его привычное озорство сегодня тяжело ранено и отлеживается, терзаемое свежими пропитанными страхом воспоминаниями. Когда переживаешь подобное, сил нет даже разговаривать, но молчать еще хуже. Сознание начинает снова и снова прокручивать жуткие события, поэтому в конце концов Дэн говорит:

– Как думаешь, девчонка жива? Аггай, конечно, хороший врач, но все же…

– Скоро узнаем, – отвечаю я после недолгой паузы.