Вечный покой Эдема

Глава 6

Солнечный Эдем, Криетрон

Кейра

– Ты что-нибудь об этом знал? – Кейра раздраженно бросает дневник на стол перед Первым Министром и вонзается в него требовательным взглядом. Она по-прежнему растеряна и все еще чувствует предательскую дрожь в теле, но паника уже отступила, сменившись безрассудной решительностью. Когда слишком многое оказывается на кону, и прятаться бесполезно, лучше бить первой.

Всевлад сначала кажется возмущенным. Еще бы! Дочь прервала его обед в компании любимого патефона, безмятежно играющего мелодии старого мира. Но затем, увидев всю степень мрачности на ее лице, он озадаченно крякает в кулак и спрашивает:

– Что это?

– Дневник Димитра Зардиша. – Девушка упирает руки в бока. Ей с трудом удается сдерживать бушующий внутри ураган, который она не напустила на отца сразу лишь потому, что не уверена в своих обвинениях.

Мог ли на самом деле он бросить ее в этот кровавый котел, зная, что война идет в буквальном смысле, и умирают в ней по-настоящему?

Министр хмурится, поправляет галстук. Он еще не успел переодеться после похорон и в привычно уютном интерьере кабинета выглядит неуместно мрачным.

– Ты ведь знаешь, что работа Поверенных секретна, и обсуждать ее со мной нельзя. – Он говорит мягко, но с предупреждающими интонациями.

– Я не собираюсь раскрывать тайны Неприкосновенных. Их там нет, папа. Зато есть кое-что другое. Ты знал, что Димитра убили?

Брови Всевлада удивленно поднимаются вверх. Он бросает взгляд на дневник и некоторое время колеблется. Блеск в его глазах выдает желание открыть таинственные страницы и лично прочесть обо всем, что творилось за границами конфиденциальной жизни Зардиша. Но благоразумие отца, как всегда, берет верх над его любопытством.

– О чем ты говоришь? – Он отстраняется от стола и скрещивает руки на груди.

Кейра фыркает недоверчиво.

– Что, ты правда не знал? О том, что под твоим носом служащий Криетрона занимается шпионажем в Варрусе? Папа, ты держишь меня за дуру? – Ее ноздри гневно раздуваются, а к лицу приливает жар. – Еще вчера я занималась обыкновенной политической болтовней! Заключала сделки с чиновниками, где самое страшное, что может произойти – это высокие тарифы на поставки и, как следствие, рост налогов! А теперь ты засунул меня разгребать дела, в которых требуется опыт силовика! Я не справлюсь с этим!

Кейра никогда не считала себя трусихой. И лица, которых в политических кругах лицемерно называют партнерами, тоже не считали ее таковой. Она смело вступала в дискуссии, стояла на своем, манипулировала оппонентами, рисковала, как ей казалось, всем. Но она никогда не ставила под угрозу собственную жизнь и не думала, что когда-то придется. В героическом кино девушка, подобная ей, возможно, сцепила бы зубы и самоотверженно заявила, что ради своей столицы готова принять все грозные вызовы судьбы. Но Кейра не в кино. Тарн – дочь Первого Министра, выросшая в достатке и комфорте, ни разу в жизни не порезавшаяся о кухонный нож, потому что никогда не готовила себе самостоятельно. И она не собирается разделять участь Зардиша, какие бы высокие моральные принципы не оправдывали его смерть.

– Присядь, – примирительно говорит отец и кивает на пустое кресло. Лишь дождавшись, когда девушка выполнит его просьбу, он продолжает: – Я правда мало что знаю о работе Димитра. Поверенным в Турнире Хранителей даны особые полномочия и почти безграничная самостоятельность. Что касается шпионажа, наши информаторы всегда работали в Варрусе. Уверен, их агенты в Криетроне тоже присутствуют. Как и агенты других столиц. Поэтому у нас так много засекреченных архивов, доступ к которым имеют лишь люди, опытные в политических делах и доказавшие свою верность. Если Димитр вел собственную агентурную работу, значит, у него были на то причины. Но с чего ты взяла, что его убили?

Кейра некоторое время всматривается в доброе лицо отца, пытаясь понять, насколько он откровенен с ней. Затем все еще сердито отвечает:

– Он написал в дневнике, что это может случиться. Последняя запись. Сделана неделю назад. Открой.

Всевлад снова опускает глаза к потрепанной книжке и закусывает губу. Весь их разговор находится на грани дозволенного, которую очень легко перейти, и Первому Министру это хорошо известно. Не то, чтобы он когда-то был суеверным, однако скепсис дочери в полной мере не разделяет. Ведь, если подумать, действительно никто не знает, какие у Неприкосновенных возможности. Могут ли они как-то получать сведения о происходящем в кабинетах высших должностных лиц? Древние технологии Великого Оазиса слишком недосягаемы, чтобы оценивать их потенциал. Тем не менее, все в Солнечном Эдеме осведомлены об огромной боевой мощи, которая спит за неприступными стенами, но в любой момент может проснуться, если столицы перестанут соблюдать правила. Каждая важная политическая фигура, даже опьяненный властью и вседозволенностью Владыка Эвилис Кальдерон, помнит, что перечить Неприкосновенным нельзя.

– Ты должна забрать это, – строго говорит Всевлад и решительно отодвигает от себя дневник. – Пусть ты еще не успела подписать обязательство о неразглашении, но вся информация о работе Димитра была секретной, и ты не имеешь права ее раскрывать. Даже мне.

Он пристально смотрит на Кейру, она замечает в его взгляде тревогу. Отец растерян и не знает, что делать. Похоже, он не врет и сам только что осознал, какую участь уготовил собственной дочери.