Вечный покой Эдема

Глава 16

Солнечный Эдем, нейтральные территории

Максим

Как приятен и безмятежен путь домой…

Ночь в пустыне всегда холодная и настолько темная, что если вытянуть руку, не увидишь собственных пальцев. Желтый свет фар и электронный навигационный модуль – это все, что не дает нам потеряться в непроглядном мраке – тихом и таинственном, будто упавшая на Землю ткань космоса, забывшая звезды где-то там, далеко-далеко вверху. В кабине вездехода царит молчание. Соня и Кира спят на заднем сидении, сложив друг на друга рыжеволосые головы. Мы с Дэном просто смотрим на постоянно одинаковый по размеру участок земли, выхватываемый впереди огнями дальнего света. Сегодня каждый из нас получил большую сумму кредитных единиц, но радоваться просто не осталось сил. Завтра мы точно отметим эту удачную сделку, и даже я собираюсь нализаться до потери сознания, но сегодня все хотят лишь выспаться и позволить нервам успокоиться. Отгружать товар в логове бандитов нам было не впервой. Однако такие мероприятия всегда вызывают гораздо больше изматывающего напряжения, нежели предвкушения денег. Потому что иногда копателей просто пускают в расход. По разным причинам. А сегодня, ко всему прочему, на мне висит дополнительная ответственность в виде Киры. Девчонки, которая еще даже жизни настоящей не нюхала. Которая не ставила подпись в бланке Гильдии и не соглашалась на переполненную рисками жизнь копателя, в отличие от ее импульсивной сестры. И родители которой обязательно повесят меня за яйца, если с ней что-то случится.

– Планировать новую вылазку будем? – нарушает тишину Дэн, томно потягиваясь на сидении. – Надо бы уже вернуться на тот объект. Все хорошо обыскать, да вывезти побольше добра, пока за нас это не сделал кто-то другой. – Парень зевает, смачно причмокивает, затем самодовольно ухмыляется: – Хочу стать богачом, пока молодой. Куплю дом в Варрусе и буду кутить каждый день. С кучей красоток. А то ваши рожи надоели уже, песка мне в задницу…

Мы смеемся. Негромко, чтобы не разбудить девчонок. А потом я задумываюсь. Шутки шутками, но вопрос моего друга требует ответа серьезного.

Разговор о необходимости вернуться за оставшимися сокровищами туда, где была найдена Елена, еще не заводился с тех пор, как мы едва не погибли в Пустых Землях. Но я знал, что кто-то рано или поздно его заведет. Может быть, даже я сам. Ведь каждый раз, убеждая себя в том, что заработанных денег хватит надолго и нет никакой нужды рисковать головой лишний раз, я начинаю тосковать по ней. По мертвой пустыне, которая манит меня свободой и приключениями (хоть, я и редко себе в этом признаюсь). Да, будь она неладна! Мы, копатели, все говорим, что работаем за кредитные единицы, но на самом деле просто не можем не принимать этот наркотик приправленного адреналином поиска.

– Поедем туда через два дня, – решаюсь я, в этот раз не пытаясь искать аргументы, чтобы отложить разговор на потом. – А завтра с тебя вечеринка. Где-нибудь в пустыне, желательно.

– Хм… – звучит довольный смешок. – Это я могу. А как насчет девочек? В этот раз ты в деле?

Я ухмыляюсь без особого веселья. Под словом «девочки» Дэн обычно подразумевает нескромных и весьма доступных девиц из Портов и с окраин Варруса, которых при наличии алкоголя, тупой клубной музыки и мало-мальски развитого обаяния не составляет труда затащить на заднее сидение вездехода. Мой приятель балагур по жизни и никогда не теряет к этому интерес. А я из тех замороченных идиотов, которые во всем ищут что-то серьезное.

Моя мать умерла от инфекции, когда мне было пять лет, и сейчас я с трудом вспоминаю ее лицо. Но помню, какой сильной была их с отцом любовь, как они смотрели друг на друга, постоянно держались за руки, смеялись… Когда мамы не стало, отец перестал смеяться. Точнее, его добрая улыбка превратилась в угрюмый оскал, а сердце с годами все больше черствело. Он зациклился на работе, на дальних, крайне рискованных походах, будто специально приглашал смерть прийти за ним. Это принесло ему славу, но не счастье. И я иногда задумываюсь о том, почему, находясь в плену детских воспоминаний, в глубине души я надеюсь встретить свою настоящую любовь, но до сих пор остаюсь один. Наверное, мне просто страшно кого-то любить. В этом сраном мире слишком велики шансы разделить участь моего отца. Или оставить ту, которую любишь, с этой участью, ведь в нашей профессии смерть – совсем не редкое явление.

– Посмотрим, – уклончиво отвечаю я. – Если что, тебе больше достанется.

– Макс, ты бы позволял себе расслабляться почаще. – Теперь Дэн говорит серьезно. – Наша молодость не вечна. Да и кто знает, сколько пустыня нас будет щадить.

– А ты не думал найти себе кого-нибудь? – спрашиваю совершенно неожиданно для самого себя.

– О чем ты? – хмурится мой соратник.

– Ну, там… Отношения завести. Может быть, семью в будущем…

Дэн вздыхает, смотрит задумчиво в темноту. Потом отвечает:

– Думал много раз.

– И что надумал?

– Что не тем я в жизни выбрал заниматься, чтобы строить долгосрочные планы.

Он смеется. И хотя ни мне, ни ему не понятно, чего тут смешного, смех моего друга, как всегда, настолько заразительный, что я тоже начинаю хихикать.

Именно в этот момент что-то с оглушительным грохотом бьет в заднюю часть вездехода, и, дернувшись, он начинает стремительно терять скорость.