Веда и потерянный артефакт

Глава 9

Храм встретил умиротворяющей тишиной. Забегала я в него несколько поспешно, стараясь не задерживаться на ступеньках и побыстрее укрыться за надежными дверями.

На улицах города мне было неспокойно, особенно когда увидела отряды стражи. Опасалась попадаться им на глаза, и приложила массу усилий, избегая встречи. Аккуратно сворачивала, стоило заприметить их появление издали. В итоге, до храма все же добралась, хоть и волновалась по дороге.

Внутри оказалось просторно и очень тихо, словно все мирские шумы и волнения города остались за стенами, надежно отсеченные. Большой зал с несколькими рядами колон и высокая статуя богини в центре.

Ее эффектно освещали солнечные лучи, падающие из небольших окон, расположенных под самым куполом. Сделанная из бледно-желтого камня, казалось, она светиться изнутри приглушенным солнечным светом, словно паря в изливающихся сверху лучах.

Высотой в пару человеческих ростов, но при этом не давила божественной мощью и авторитетом, а будто излучала участие, предлагая поделиться наболевшим. Талантливый мастер сделал богиню удивительно живой.

С ощутимым эффектом чужого присутствия, словно стоишь перед чьим-то мудрым взглядом, направленным только на тебя. Невольно заставляя чувствовать каждой клеточкой тела торжество момента, эффект непостижимой силы.

В длинном одеянии, складками ниспадающим до самого пола. Капюшон прикрывал глаза божества, оставляя видимой только нижнюю часть лица. Она в щедром жесте протягивала руку, словно предлагая помощь, и босые ступни, стоящие на возвышении, выглядывали из складок одежды.

Казалось, она смотрит на тебя, заглядывая в самую душу. Видит насквозь, вызывая невольный трепет. Внутри встрепенулся вихрь эмоций, захватив и запутав, а ведь надо сосредоточиться на главном, прося желаемое.

А статуя так и смотрела, предлагая поведать о своих бедах, пока я пыталась унять эмоции и начать свой безмолвный рассказ. Но слова не складывались, оставляя общее смятение и растерянность. Слишком сильное впечатление произвела на меня умиротворяющая атмосфера храма.

В этот ранний час посетителей кроме меня не было. Создавалась иллюзия полной пустоты и уединения. Даже служители-мужчины, одетые в длинные серые одежды наподобие римских тог, мелькали только издали, не разрушая торжество момента своим присутствием.

Иногда появлялись в поле зрения, не обращая на меня внимания и не вмешиваясь. Исчезая в переходах в скрытые служебные помещения. Ощущение полной пустоты и тишины. Только солнечный свет, божество и я, охваченная сомнениями, обидами и страхами.

И самым главным, к моему удивлению, оказался отнюдь не страх катастрофы от уничтожения бывшей Пустоши, нет!

Сначала захотелось поведать обиды на обман Макса. Что мужчина моей мечты, в которого так искренне и всерьез влюбилась, захотел использовать для получения желаемого.

Вот что осознала, стоя перед понимающим взором богини. Словно живой, благодаря таланту сделавшего ее автора. Острая обида на Макса и боль, вот, что чувствовала сейчас. И, прикрыв глаза, поведала о своих печалях, изливая в мыслях боль и тревоги.

А статуя все смотрела, протягивая руку, словно отвечая, все будет хорошо. Обещая поддержку, защиту, предлагая идти дальше, не позволяя обидам и боли сломить себя. Невольные слезы сорвались, утекая. Словно я очищалась, выплескивая боль, оказавшуюся удивительно острой.

Не отдавала себе отчет, насколько тяжело далось предательство Макса. Думала, смирилась с его поступком. Но сердце болело, не готовое справиться. Боль предательства разъедала изнутри, словно разлитая кислота, оставляя кровоточащую рану в сердце.

Наверно, безответная любовь всегда болезненна, заставляя думать, почему не ты? Почему ты не можешь составить счастье любимого? Недостойна, недостаточно хороша? В моем случае все только усугублялась предательством Макса, циничной попыткой меня использовать.

Не будь у него задания, он бы меня даже не заметил. Просто прошел мимо, не взглянув, не выделив из массы других. Как же ты сумел пробраться мне прямо в душу, Макс? Засев, словно болезненная заноза.

Прикрыв глаза, растворилась в тишине, глянув вокруг внутренним взором, отпуская силу веды. Казалось, нахожусь в своеобразном энергетическом коконе. Стены храма надежно защищали внутренне пространство, отрезая внешнее воздействие.

Отделка камнем за счет светлых цветов казалась легкой, возвышенной, сияющей. А падающие сверху лучи дополняли картину, оживляя окружение, добавляя неживому камню тепла.

И только после слез о Максе приступила к тому, для чего явилась сюда. Просить вернуть меня домой. Но если раньше намеревалась вернуться к прежней жизни, выкинув воспоминания о бывшем женихе, как пригрезившийся кошмар, то теперь не могла так поступить.

Слишком важным оказалось открытое мне знание, слишком страшным цена молчания и малодушного невмешательства. Можно просто вернуться домой и постараться сделать вид, что проблемы этого мира меня не касаются. Пусть сами разбираются со своими загадками и опасностями.

Но разве могу так поступить? Не по сердцу такое решение. А потому молилась, просила вернуть и помочь разобраться в истории с артефактом. Обещая приложить всяческие усилия, чтобы не дать уничтожить Пустошь, и снять Завесу, возвращая источники.

***

Амулет связи разрывался, отвлекая Марсиваля от очередной попытки нащупать магическим поиском местонахождение Маи. Не иначе, как дядюшка решил справиться о продвижении дела.

Но мощная сила Завесы подавляла, и амулет попросту не срабатывал, не давая принять вызов.

Пришлось отойти на приличное расстояние, пока влияние Завесы не ослабело достаточно, позволяя установить связь. Вызывал его и правда канцлер, тут он не ошибся.

- Как продвигаются поиски беглянки? – без обиняков, первым делом сказал дядя. Как всегда, собранно и по-деловому.

- В процессе, - пожав плечами, отозвался Марисваль, не спеша знакомить родственника с подробностями.