Ведающая. Последняя из рода Огненных Лисиц

Глава 22. Натягивает тучи грозовые

Есения довольным взглядом оглядела комнату – каждый сантиметр жилплощади буквально сиял чистотой. Все вещи лежали на местах, книги на полках вытянулись в постойке смирно и даже парочка захиревших некогда цветов выглядела вполне прилично. Такой же порядок царил во всей квартире. А это значило, что ее хозяйка пребывала в состоянии, близком к депрессии. Она просто ненавидела убираться и все, связанное с домашним бытом! С детства эти занятия вызывали у нее приступы тошноты, но в критические моменты жизни она почему-то становилась на редкость хозяйственной.

- Ох, Есенька, опять что ли парень бросил? – причитала, бывало, мать, без звонка заглянув в гости на чаек.

- С чего ты это взяла? Нормально все, - бурчала девушка.

- А чего дома чистота хирургическая? Знаю я тебя – раз вокруг чисто, значит на душе буря, - вздыхала родительница, направляясь на кухню.

Вот и сейчас квартира вполне могла соперничать по чистоте с операционной любого медицинского комплекса. Но легче от этого почему-то совсем не стало!

Девушка устроилась в удобном кресле и взяла мобильник в руки. Она никак не решалась набрать нужный номер, нервно постукивая дорогущим смартфоном по ладони. Понимание того, что жизнь свернула с привычного русла, пришло слишком поздно и теперь Есения абсолютно не понимала, как пропустила эту роковую для себя своротку с трассы.

После возвращения из того злополучного леса родные окружили ее вниманием и заботой. Впрочем, это было ожидаемо – долгая болезнь и длительная реабилитация приучили всех родственников относиться к девушке как к драгоценной вазе династии Минь. С работы она уволилась, едва оправившись после больницы, и теперь целыми днями была предоставлена сама себе. Изначально на увольнении настоял Артем, он очень беспокоился за состояние жены и был готов взять на себя все финансовые расходы с этого дня и на веки вечные, как он шутя выразился. Еся тогда с радостью приняла его предложение и покорно написала заявление на уход, утешая свою самолюбие надеждами на более высокооплачиваемую и престижную работу в будущем. Но она не случилась!

За последние полгода она не смогла найти никакой мало-мальски подходящей вакансии. Нет, Артем не попрекал ее куском хлеба. Он исправно приносил домой деньги, заботился о мальчишках и возился с ними в свободное время. Но между ними что-то неуловимо изменилось. Он начал задерживаться на работе, вечерами уже не просил от нее ужина и, кажется, совсем забыл некогда безумно раздражающую жену привычку подкрадываться из-за спины и целовать в волосы. Есению это даже радовало – она гуляла по городу, висела в соцсетях и смотрела сериалы. На выходные мальчишек забирали бабушки, нередко с ними уезжал к родителям и сам Артем. Такая свобода кружила голову и наводила на приятные воспоминания о развеселой незамужней жизни. А вместе с ними приходили мысли об Егоре. Несмотря на все произошедшее, выкинуть его из памяти никак не удавалось. Еська часто думала о том, что она вполне достойна такой же любви, какую испытывает ее бывший к Марго. Он становился героем ее ночных фантазий и дневных грез. И чем ярче были картинки в голове девушки, тем непригляднее в реальности казался муж! Близость с ним представлялась уже чем-то невыносимым. Поэтому ложась в кровать, она делала вид, что засыпает, не донеся голову до подушки. Полностью погрузившись в свой мир, она не сразу заметила, что никакой активности в ее сторону Артем и не проявляет.

Эта мысль отрезвляющим ушатом холодной воды обрушилась на Есю как-то днем. Она попыталась отмахнуться от нее, но та навязчивой мухой жужжала в голове и не давала покоя. Отразившееся на лице недовольство внезапно сменилась недоумением, за которым пришел сковывающий по рукам и ногам страх. Девушка осознала, что за последние 3 месяца разговаривала с мужем от силы пару раз и примерно столько же времени проводила с детьми. Любовь Артема всегда воспринималась ею как нечто непреложное. Она просто была и все тут. Он мог сердиться на ее выходки, ругаться и даже в особо серьезных ситуациях на денек замолкать, изо всех сил демонстрируя игнор, но не выдерживал долго – подлетал к жене, крепко обнимал и шептал ей на ушко:

- Люблю тебя, сил просто нет! Давай мириться, а?

А теперь все изменилось и это безумно пугало Еську. «Ну, ничего-ничего, - подумала она, рассматривая свое отражение в зеркале. – До вечера у меня еще масса времени. Вкусный ужин при свечах и ласка – вот и все, что нужно, чтобы растопить мужское сердце. Еще и сам прощения будет просить за невнимательность последних дней!».

К 8 вечера, когда Артем обычно приходил домой, на столе уже дымилось обожаемое им мясо по-французски, рядом стояли корейский салат и бутылка шампанского. Есения позаботилась о сервировке и нарядилась в кокетливый черный пеньюар, не оставляющий простора воображению. Для усиления эффекта она надела тончайшие чулки с кружевным поясом и забрала отросшие волосы в высокий хвост. Довольная собой, она села на стул, готовая при первых звуках вставленного в замочную скважину ключа погасить в доме свет и зажечь свечи.

Примерно через полтора часа, в течение которых она дважды грела мясо, пять раз ставила шампанское в холодильник, десять раз проверяла соцсети и пятнадцать раз безрезультатно звонила мужу, взбешенная Еся переоделась и завалилась на кровать, нервно перещелкивая каналы телевизора. Замок на входной двери повернулся в 12 часов ночи. Тихонько войдя в прихожую, чтобы никого не разбудить, Артем буквально наткнулся на стоящую в проеме комнаты жену с перекошенным от гнева лицом:

- И где это ты шлялся? – практически прошипела она.

- На работе был, - Артем без тени эмоций выдержал взгляд жены. – Иди спи.

- Я тебе ужин приготовила, ждала, все остыло уже!

- А я тебя просил? – вопрос прозвучал неожиданно холодно.

- Я хотела вдвоем побыть! Детей отправила к бабушке специально. Свечи тут ему, шампанское и все дела! – девушка не унималась. – Ты ни на один звонок не ответил! Сволочь ты! Ненавижу! Шляешься и совсем на семью забил. А я сижу тут как дура доверчивая.