Ведимира. История одной веды.

Глава 8.

Тихий вечер, что мы провели втроём я, бабушка и Сокол, был для нас очень важен, с учётом последних событий, мы понимали, что наша спокойная жизнь начнётся не скоро. Не хотелось думать о том, что это за символы у нас появились, как теперь залечивать раны, что оставили на нас пожиратели страха, всё это отходило на второй план, по крайней мере сегодня. Нет, раны мы конечно обработали, но что – то внутри всё же волновало и горело, словно выжигало, Сокол предположил, что это моя сила борется с отравой, и я надеялась, что так оно и есть, но как же я ошиблась, да и подсказать было некому.

Мы проговорили достаточно долго, бабушка качала головой, ахала и охала, когда мы рассказывали о том, с чем нам пришлось столкнуться. День прошёл в сложных раздумьях, а именно в том, что мы пытались понять, как мне себя раскрыть, как выпустить всю силу, что бежала по венам и знали точно, что мне в этот день просто повезло, и я прекрасно осознавала, что если бы не Сокол, то я бы никогда не справилась сама.

- Веда, я думаю, что ты очень сильная, ты смогла не просто создать меня из самой чистой энергии, но я даже могу быть человеком, и то, что я ем, сплю, дышу, и вообще способен поддерживать себя даже на половину, говорит о многом, а значит ты бы справилась, даже если бы меня не было - Сокол, как и всегда успокаивал меня и превозносил.

- Я не знаю, что будет со мной, если тебя не будет рядом - одна мысль о том, что Сокол исчезнет, бросала меня в ужас.

- Я всегда буду рядом, пока ты меня сама не развоплотишь – он тепло улыбнулся мне.

Он успел стать мне другом, и я уже не могла даже представить, что его не будет. Казалось, что всё плохое может подождать, мы укладывались спать в хорошем расположении духа, но ночь принесла мне новый кошмар, и заставила бороться с ним в одиночестве.

Тьма – опасна, это я поняла очень скоро, а мой первый опыт с такой сущностью всё же имел серьёзные последствия, которые мы были не в силах предугадать, так как не хватало знаний и понимания с чем именно столкнулись. Стоило звёздам занять своё положение над городом, я почувствовала усталость, мой разум поглотила тьма. Крикнуть, позвать на помощь, я не успела, всё произошло слишком быстро, тело оцепенело, глаза стали закрываться, а в месте укуса я чувствовала сильную боль, как прощальный ядовитый подарок растекается по моему телу я прочувствовала, но это было только начало, мне пришлось ощутить каждый свой страх, что был внутри. Образы резко и быстро менялись, но всегда приходил он, тот от кого я хотела спастись больше всего на свете. Он проникал в мой разум, заставлял бояться и дрожать, только не мог сделать большего, не мог коснуться, его постоянно прогонял пёс, здоровый чёрный пёс, его почему – то я не боялась, я знала, что он не враг мне, а его глаза были такими знакомыми, что – то родное, слишком родное. Чем отчётливее я всматривалась в глаза, тем сильнее чувствовала связь с этим животным, даже было немного не по себе, мне стало казаться, что это мой дед, какая-то надежда всегда жила во мне, что мы встретимся однажды, но то, что я увидела – поразило, к такому нельзя быть готовым никогда, а принять ещё сложнее.

В голове мелькали картины, неясные и размазанные, чёрная дорога, сильный ветер, это же тот самый лес, машина, кулон, мой кулон на женщине, кажется её звали Лиза, и за ней пришла смерть, жестокая и страшная. Её тело поражала чёрная кровь, лицо искажалось от ужаса, но она словно знала, что так и будет. Видение резко обрывается, и я слышу сильный вой, он наполнен болью, но новое видение настигает меня очень быстро. Бег, я чувствовала страх и опасность, а мужчина прижимал к груди ребёнка, и постоянно шептал:

- Я спасу тебя сынок, спасу - и бежал, без сил, без чувств, боялся не успеть, до рассвета было слишком далеко, его руки обжигал кулон, он оставлял на нём страшные ожоги, но он этого не замечал.

Внутри меня пришло осмысление того, что мужчина – это тьма, или же чернота, он, он чудовище, он тоже зло, что спасает своего ребёнка. Он бежит со своим сыном на руках, но что-то показалось мне странным, я чувствовала, что там не мальчик, там девочка, а вот мужчина не знал. Заросшая тропинка, огромные и чёрные сгустки, фиолетовое свечение и такая страшная луна, её края затягиваются красным, потом показались ворота, те, за которыми я провела свои восемнадцать лет, на столбах ярко светились руны, и я глазами ребёнка смотрю на мужчину. Он любит меня, его сердце ожило только благодаря ей, той женщине и меня он тоже любит. Мне тепло, спокойно, я сама того не понимая питаюсь его энергией, и он слабеет, а он был силен, очень селен, кто же он? Я чувствую его боль, он отрывает меня от своей груди, кто – то холодный, с тяжёлым сердцем и такой же болью берёт меня на руки. Я не боюсь, я чувствую его, в нём есть то, что было и во мне самой. Я слышу лишь обрывки фраз:

- Лиза хотела назвать его Ведимиром - и голос его стихает.

- Я исполню, а если это дочь? – спросил тот, кто взял меня на руки.

- Там сын, она ждала сына - ответил мужчина и больше я не чувствовала его.

Тишина, такая спокойная, но что-то не так, вокруг всё смешивается в одно целое, мягкое тепло касается кожи, а потом внутри обрывается связь, мне больно, но сил нет, я хочу спать, меня утягивает в мир грёз, а надо мной появляется силуэт, он касается меня, а на руке появляется триглав. Всё менялось, но так быстро, одно за одним, я не могла понять или поверить в то, что именно вижу, но я знала, что вижу это в его глазах, он показывает мне, это важно, я знаю, что это важно. Но всё каждый раз обрывалось и на мгновение я возвращалась в реальность к испуганным и уставшим родным, к бабушке и Соколу, а потом вновь падала в воспоминания, они были не только моими, но и этого странного пса. События разрывали моё сердце, но одновременно успокаивали, я не понимала отчего именно так, а потом увидела то, что оставили мне родители. Красивая паутина, в которой было три цвета, чёрный, тёмно – зелёный, словно изумруд, и красный. Паутина тянулась ко мне, звала, и я не чувствовала опасности, мне хотелось слиться с ней, я сделала шаг, второй, провела пальцами по тонким ниточкам, пальцы на моих руках стали пульсировать, а потом я увидела искры. Вдох – выдох, я шагнула в паутину и позволила ей окутать меня полностью, в голове был чей – то крик, в груди разрастался пожар, перед глазами всё плыло, мерзкий липкий холод и шипение были слишком близко ко мне.