Ведьма без лицензии

Глава 19

—  Что? —  теряется она.

Я указываю на брошенные в углу котлы.

—  Неужели дороже? —  ценника, увы, нет.

Девушка смущённо пожимает плечами:

—  Синьорина, это брак.

Брак ещё не приговор. Я категорически против экономии на качестве, но брак браку рознь:

—  Они дырявые? —  внешних дефектов я не вижу.

—  Нет, синьорина, что вы. Строго говоря, это не совсем брак… У этих котлов многослойная кристаллическая структура.

У-у-у… Я сразу всё поняла, конечно. Я надеялась, что многозначительным молчанием смогу скрыть свою некомпетентность, увы, придётся спросить прямо:

—  И в чём проблема?

—  Как же…, —  девушка теряется, но быстро берёт себя в руки. — Синьорина, многослойная структура “запоминает” первое приготовленное зелье, впитывает остатки магии, и очистить котёл становится невозможно. Многослойную структуру высоко оценили целители. Ещё лет десять назад целители сертифицировали каждое зелье, но сейчас, если использован многослойный котёл, выдаётся годовой сертификат.

Про важность очищения котла от магии в “Имени ведьмы” упоминалось. Чистка —  ещё одна статья расхода.

—  Идеальное повторение? —  уточняю я.

—  Да, но выбрав многослойный котёл, вы станете ведьмой одного зелья, синьорниа.

—  Сколько стоит?

—  Синьорина…, —  наверное, она решила, что я тоже запишу “одноразовые” котлы в мусор, —  Сейчас эти котлы ждут списания.

У меня сто восемьдесят галиот с мелочью.

—  Весь брак, —  их там больше десяти, —  заберу за сотню. Больше не дам, но ещё двадцать я готова потратить на стик.

—  За сто?! —  от возмущения она повышает голос. Я ожидала от неё большей сдержанности, и от того мне кажется, что она визжит.

—  Но вы сами упомянули списание, —  хмыкаю я. —  На помойке не платят.

—  Ожидайте, синьорина. Я должна посоветоваться.

—  Разумеется.

Я провожу пальцем по своим котлам. В том, что они мои, я не сомневаюсь. Я понимаю, что хочу забрать их неприлично дёшево. Я бы предложила больше, но сегодня мои возможности ограничены. Я барабаню ногтями по горлышку верхнего котелка, прислушиваюсь к мелодичному отзвуку.

Девушка возвращается минут через пятнадцать:

—  Синьорина, сто двадцать за котлы и стик слишком мало. Владелец салона готов пойти вам навстречу. Сто пятьдесят.

И у меня останется тридцать с хвостиком. Какой кошмар…

—  Согласна. Однако доставку салон возьмёт на себя, —  иначе придётся пешим челноком заделаться и на своих двоих метаться от салона до флигеля, перетаскивая по два-три котелка. Я уже оценила, какие они тяжёлые. И расстояние представляю. Учитывая, как стремительно опустошается кошелёк, про извозчиков лучше не думать. Так что, если есть шанс, пусть привезут.

—  Синьорина, доставка входит в стоимость.

Девушка достаёт с нижней полки серое покрывало, накидывает на мои котелки и стряхивает с рукава пару прилипших ворсинок. Можно расслабиться —  покупка спрятана от взглядов конкурентов, не убежит у меня из-под носа. Но чем раньше котелки будут у меня, тем лучше.

Мы договариваемся на завтрашнее утро и возвращаемся в главный зал.

Девушка приглашает меня к стойке, и ещё пять минут уходит на оформление бумаг. Наконец я расплачиваюсь, забираю квитанцию и покидаю салон. На улице заметно похолодало, ветер сгоняет на запад тучи, и солнце давно скрылось за сплошной пеленой. Ночью снова прольётся дождь.

Я оглядываюсь в поисках свободной коляски —  пешком до Круга я доберусь затемно, что никуда не годится —  и одновременно вглядываюсь в лица, подспудно ожидая, что меня караулит Ларс.

Ощущение чужого взгляда в затылок треплет нервы. Я оборачиваюсь и с минуту всматриваюсь в зашторенные синими портьерами окна салона, но никого не замечаю, да и чужой взгляд хотя и упирается в спину, идёт откуда-то со стороны, а не от здания. Не похоже, что меня сверлит владелец салона или продавщица.

Кому я могла понадобиться? Я поворачиваю наугад и иду вдоль вереницы магазинчиков, цветастые вывески остаются в памяти яркими пятнами, едва ли я вспомню, чем тут торгуют. Разве что бабушку в нарядном чепце, у которой я приобретаю кулёк жареных кешью.

Я отдаляюсь от салона, чужое внимание ослабевает, пока полностью не пропадает. Я останавливаюсь перед лавочкой парфюмерии, привезённой с востока. Хотя какая лавочка? Больше похоже на королевскую сокровищницу.

Поколебавшись, я вхожу.

—  Синьорина, дверью ошиблись? —  фыркает белобрысый парнишка с толстыми как у бульдога щеками.

С-сервис…

Белобрысик верно определил, что я не его клиентка, меня одежда выдаёёт с потрохами. Но зачем изображать голубя и гадить свысока?

—  Я искала приличный магазин духов, а наткнулась грубияна. Я действительно ошиблась, —  вопреки своим словам  я иду вперёд, к позолоченному застеклённому шкафчику.