Ведьма без Оскара: Ос

Глава 2. Милая Эльза

Каково это — идти плечом к плечу с человеком, который принял непосредственное участие в разрушении твоей жизни?

Вот так, соприкасаясь рукавами, делать вид, будто ничего не произошло. Улыбаться, ведь вы у всех на виду. Вежливо кивать на каждый его комментарий, но мечтать вонзить в его сердце клинок прямо посреди двора Академии. План не удастся лишь потому, что у него нет сердца. Но у неё ещё будет возможность отыграться за весь тот хаос, который Кайл Линч принёс в её жизнь вместе с остальными членами его опасного и так ненавистного ей семейства.

И все же надо продолжать притворяться. До крови от ногтей сжимать кулаки и внимательно смотреть по сторонам. Ей нужна любая информация. Путь даже на девяносто процентов состоящая из лжи.

— Учебная аллель находится прямо за кладбищем.

Упиваясь своим положением и невозможностью Дейзи послать его к черту, Кайл широко улыбнулся и махнул рукой в сторону массивного сооружения, самого высокого из всех, с самым большим количеством шпилей и башен, а также каменным переходом, видимо, между корпусами. От жилой аллели до учебной расстояние казалось немаленьким — нужно было пройти через небольшую аллею из сухих вязов, затем свернуть к поляне, плавно перетекающей в кладбище, и только после этого оказаться в самой Академии. Дейзи понятия не имела, почему кладбище находится именно здесь, но, честно говоря, едва ли ей было до этого дело.

Больше всего её волновал тот факт, что ранним пасмурным утром на территории Академии Зловещих Искусств не было ни единой живой души. Отсутствие птиц тоже угнетало. Здесь были только она, Кайл, замшелые надгробия и свинцовые облака, низко висящие над осенним Найтгровом.

Как это все... отвратительно.

— Тебе, вероятно, интересно, почему кладбище находится возле учебной аллели, — Кайл свернул к мощеной дорожке, лавирующей меж надгробий.

— Нет, — честно ответила Дейзи, глядя перед собой. — Мне неинтересно.

Тогда Кайл, беззаботно шествующий впереди, резко остановился и развернулся, сократив расстояние между ним и Дейзи до опасного минимума. Он надвигался стремительно, хищнически, как змея, готовая ужалить в любую секунду, но Дейзи было все равно. Она устремила взгляд в небо и зажмурилась. Вороны. На кладбище всегда полно ворон. А тут — никого. Как к этому привыкнуть?

— Послушай, Вольная, — впервые он выплюнул это слово, как оскорбление, склонившись над ней как в тот день у церкви, когда едва не спалил все до тла. — То, что отец позволил тебе остаться здесь, ещё вовсе не значит, что ты добилась своего и теперь безопасности. Ты подло поступила с нами в ту ночь. Но мы тебя простили. Потому что ты нужна нам. А мы нужны тебе. Здесь кроме нас у тебя больше никого нет. Помни об этом и подбирай выражения, красотка. Одним щелчком моих пальцев тебя могут оставить в покое, а могут просто убить. Ты ведь этого не хочешь? Ты ведь именно от этого и бежала?

Тумблер щёлкнул. Чувства, до того зависшие на паузе, вдруг забурлили в венах. Должно быть, действие чая прекратилось, и что-то зловещее, что-то привлекательно ужасающее вдруг мелькнуло в её зелено-карих глазах. Губы Кайла дрогнули, но ухмылку он подавил.

— Я прекрасно знаю, от кого я бежала, — Дейзи крепко сжала кулаки, втягивая носом продрогший воздух. — Та ночь на заправке... это ведь ты был. Даже не пытайся отрицать.

Кайл очаровательно улыбнулся, взметнув вверх правую бровь.

— Совершенно не понимаю, о чем ты.

— Зато я понимаю. И принимаю правила игры, в которую вы меня втянули. Они мне хорошо известны. Поэтому не стоит импровизировать.

Голос её был необычайно спокоен, но злость кипела внутри, отравляя сердце. В том, что она находится сейчас здесь, виноваты многие. Калеб, дневник которого и дал старт всем этим сумасшедшим событиям. Кайл, который рассказал о ней своему отцу, не оставляя ей ни единого шанса принять взвешенное и обдуманное решение, Айлин, которая давила на неё и ставила ультиматумы, Клод, который использовал самые ужасные способы, чтобы оставить её здесь, Остин, который не смог... сделав всего один прерывистый вздох и отвернувшись, Дейзи часто заморгала в попытке отогнать непрошенные слезы. Она почти разучилась плакать. Но каждая мысль о нем вызывает внутри тоску таких масштабов, что та просто не помещается в ней и выливается из души солёными слезами... К счастью, Кайл все еще здесь, а плакать при нем — самое непростительное преступление из всех.

Всё это правда. Виноваты многие. Но хуже всего, больнее всего груз вины собственной, непосильной ношей давящий на плечи. Она виновата перед собой. Она виновата перед многими.

От этого уже никуда не деться.

— Умница, — растерянный изменившимся состоянием Дейзи, прошептал Кайл. В чём дело? Только что она была восхитительно прекрасна в своей ненависти, а сейчас от её злости осталась никчемная тень. Он не мог этого допустить. Она всегда должна быть такой. Сильной. Волевой. Вольной. К счастью, он знает, как это поддерживать. — Как Айлин, кстати, поживает?

Ярость, вспыхнувшая в её глазах в этот самый миг, вознесла его до навысшей точки экстаза. Он широко улыбнулся, когда она замахнулась и рассекла его щеку мощной пощёчиной, а после, толкнув его плечо своим, молнией понеслась по дорожке к зданию Академии. Ему только и оставалось, что провожать её изящный силуэт восхищенным взглядом, а спустя мгновение, точно верная собачонка, ринуться за ней. Черт возьми. И кто кого приручает?

***

С временем Кайл угадал. Занятия в Академии уже начались, а потому её холодные каменные коридоры были пусты — лишь изредка из приоткрытых дверей доносились отрывки фраз из чьих-то лекций. Проходя мимо аудиторий, он без конца ухмылялся — надо же, впервые за все годы обучения у него появилась настоящая причина прогулять занятия. До этого момента он игнорировал учебный процесс просто так, потому что хотелось, потому что отец был директором, и потому что не сдалась ему эта учёба — все равно местечко в Ковене пригрето ещё с пелёнок. Но теперь Кайл однозначно будет бывать здесь чаще. Как быстро они поменялись с Калебом ролями...