Ведьма для дракона

Глава 1. Две части целого

О том, чтобы сбежать из Свартхейма, более не могло быть и речи. За годы ведьмовства Тали усвоила истину: магические сделки только с виду кажутся понятными и простыми, а на деле скрывают массу тонкостей и непоправимых последствий. Значит, если она нарушит условия договорённости и покинет Хейдеса до истечения года, а он из-за этого действительно умрёт, нечто недоброе может постичь и её, поскольку брачные узы тесно связывают их. Кто знает, погибнет ли она тоже, а, быть может, заболеет. Или вовсе примет на себя проклятие, с которым не смог совладать сильный метаморф.

Прежде чем принимать хоть какое-то решение, Тали собиралась выяснить больше. Но раз Хейдес ничего рассказывать не хотел, девушка направилась к другому потенциальному хранителю информации, который явно знал немало. К Лаэрту.

Она перешла к действиям на следующий день после встречи с троллем. Первым делом девушка выбрала зелёное платье поскромнее. Затем заплела волосы в две косы, чтобы не мешались. И спустилась в столовую. А там подошла к запертой двери на половину для слуг.

Тали погладила дверную ручку и обратилась к дому:

— Пусти меня в кухню, пожалуйста. Хочу поблагодарить Лаэрта и ещё, возможно, помочь ему с чем-нибудь. Мне совсем нечем заняться. Пусти. Не упрямься. Я всё равно там уже бывала.

Девушка думала, что уговаривать запертую дверь придётся куда дольше, но вопреки опасениям она отворилась почти мгновенно, и Тали поспешила в кухню по пустынному коридору.

Уже на подходе она услышала голоса. Два знакомых спорщика доказывали сатиру, что батат лучше жарить с солью в большом количестве масла, мол, так вкуснее. Это заставило её улыбнуться.

— Всем доброго дня, — радостно поприветствовала Тали, объявившись на пороге.

Лаэрта она застала возле очага. Он как раз забрасывал лапшу в кипящий суп. Шеймос и Тигги сидели друг напротив друга за одним из столов и ели рагу из корнеплодов с мясом. Все трое, как по команде, умолкли и уставились на вошедшую в кухню девушку. Будто это она была самым страшным чудищем в особняке, способным убивать взглядом. Никто не ожидал увидеть Тали в кухне. Глаза карликов округлились в изумлении, а вот сатир, напротив, помрачнел и весь подобрался.

— Зачем пришла? — его голос угрожающе взвился. — Опять станешь клянчить еду для тролля?

Девушка проигнорировала его неприкрытую неприязнь. Она прошлась по помещению, разглядывая утварь и припасы.

— Вовсе нет, — Она улыбнулась карликам: — Приятного аппетита, господа. — Подошла к булькающей кастрюльке и приподняла позвякивающую крышку. — Я просто зашла узнать, не нужна ли помощь. — Тали подалась вперёд и с наслаждением втянула носом ароматный пар. Закатила глаза от удовольствия. — М-м-м-м, тефтельки в томатном соусе.

Лаэрт в два прыжка оказался подле неё и рывком отнял крышку.

— Они ещё не готовы, — он сердито закрыл кастрюлю. — А ты тут не нужна. Иди к себе. Занимайся своими делами, ведьма, а в мои не лезь.

Тали невозмутимо подошла к столу, на котором было раскатано тесто для печенья и отщипнула кусочек.

— В том и беда. Мне совершенно нечем заняться. Скука и тоска. Вот я и подумала, что могу быть полезной здесь. — Она закинула тесто в рот. Сырая сладость нежно растаяла во рту. — Благие Небеса! Лаэрт, ты просто бог! Ты это знаешь?

Сатир непреклонно оттеснил её от стола.

— Ступай отсюда. Кышь! Мне помощь не нужна, — проворчал он. — Я прекрасно справляюсь с готовкой без постороннего вмешательства.

— Я могу мыть посуду, чистить котлы, — Тали принялась загибать пальцы, — перебирать крупу, чинить корзины, носить воду, просеивать муку, выгребать золу, штопать мешки, чистить овощи, разделывать мясо, вываривать кости для холодца, промывать кишки под колбасу. Да что угодно. Я привыкла жить одна и всё делать самостоятельно…

— Не нужно ничего, — перебил Лаэрт, возвращаясь к супу, чтобы помешать варево.

Карлики, тихо наблюдавшие за ними, переглянулись. Тигги издал визгливый смешок, а Шеймос, напротив, укоризненно покачал головой. Но осуждал он вовсе не Тали, как оказалось.

— Хватит корчить из себя скисшее ослиное молоко, старый ты дурень, — старший карлик обращался к сатиру. — Помоги лучше девочке освоиться. Не видишь разве, что она старается?

— Она просто помогла вам с пикси, — фыркнул Лаэрт. — Это не делает из ведьмы святую.

— Нам с пикси помогла. Тролля увела. С господином добра. И твои козлиные выходки добродушно терпит. Ни один человек со злым умыслом так долго бы не продержался, — Шеймос говорил прямо, не стесняясь присутствия Тали. — Дом её любит, ты сам говорил. Помоги ей, Лаэрт. Не будь козлоногой скотиной. Что тебе стоит?

Сатир заворчал под нос что-то о мелких горбатых паразитах, которых он пригрел, точно ядовитую змеюку. Карлики в ответ лишь обменялись весёлыми усмешками, будто любые ругательства им были нипочём.

— Если ты останешься, то будешь подчиняться беспрекословно, поняла меня? — Лаэрт бросил в суп щепотку специй.

— Да, господин повар, — Тали отвесила ему озорной поклон и захлопала в ладоши. — Что мне сделать?

— Для начала вымой руки. Умывальник и мыло в том углу, — он взмахнул поварёшкой. — Потом почистишь яблоки на пирог.

— С корицей? — с надеждой спросила она и тотчас прикусила язык, боясь, что сатир её выгонит.

Вода в умывальнике была комнатной температуры, а мыло таким щёлочным, что щипало кожу, но Тали с усердием принялась тереть ладони.

— Конечно, с корицей, — кисло ответил Лаэрт.

— Мой любимый пирог, — она подмигнула карликам, которые возвратились к трапезе. — И тефтельки, кстати, тоже.

Она вытерла руки висящим рядом с умывальником полотенцем и поспешила к корзине с яблоками, чтобы выбрать на пирог самые красивые и розовые, сладко пахнущие мёдом.

— Тефтельки, оладьи, вафли, пряники, котлеты из курятины, грибной соус на варёной картошке, ягоды в каше, — перечислил сатир, морща нос. — Я всё знаю.

Он поставил для Тали плошку для очищенных яблок и положил маленький нож. Сверкнул при этом глазами так, словно проверял, не зарежет ли она кого-нибудь ненароком этим похожим на зубочистку лезвием. Резать никого Тали не собиралась. Думала лишь помыть яблоки получше прежде, чем снять с них наливную шкурку.