Ведьма для генерала

Глава 23

Эревин приблизился к столу, осмотрел волка, будто ждал, что он сам расскажет ему свои секреты, но тот по-прежнему лежал без движения и поведать ему ничего не мог.

Я покосилась на его правое запястье, на скрывавшийся под рукавом куртки браслет. Интересно, этот чёртов артефакт хоть что-нибудь учуял? Но генерал молчал, а я не испытывала никакого желания лишний раз задавать вопросы об этой штуковине.

Но какова, а? Ведь получилось же сдержать пламенного зверя! Внутри я энергично отплясывала нечто, крайне отдалённо напоминающее победный танец.

Тусенна будет мной гордиться. Я вот, например, гордилась.

— Итак? — подбодрил меня Эревин.

— Да, точно. Волк. Он сам по себе обычный, но будто…

Ох, и сложно же было передать словами то, что состояло сплошь из смутных ощущений.

— Будто в какой-то момент его… как бы это выразиться поточнее, сущность что-то повредило.

— Сущность?

— Ну, да. Его сердцевину, его естество. Вот как если бы вас, человека, кто-то взял и поковеркал. Без вашего на то разрешения. Можете представить?

— Не очень. Но очень хорошо могу представить, как поковеркал бы этого кого-то в ответ.

О все боги Свободных земель… Мужчины… Я, кажется, даже закатила глаза, потому что Эревин дёрнул уголком рта, что ему частенько заменяло улыбку.

— В общем, суть вы поняли.

— Предположим.

— Вот, и…

Я вдруг запнулась. Перед глазами мелькнуло только что увиденное, непостижимым образом наложившись на другое, чуть более ранее воспоминание.

Так-так-так-так-так…

Я прислонилась бедром к столешнице и в задумчивости потёрла указательным пальцем губы — в нос тут же ударил мощный букет мяты, шалфея и розмарина.

— Вы, генерал, обмолвились, что изучение мейстерских книг — дело неподсудное.

— Всё верно.

— А хранение?

— Без разницы.

Я всё ещё колебалась.

— Слово своё даёте?

— А вы ему верите?

Я посмотрела ему в глаза — до безобразия какие-то честные — и кивнула.

— Даю вам слово.

— Ждите здесь.

Обратно прятать в подпол книги, которые мы с Тусенной недавно листали, я не стала. Что-то удерживало. Не исключено, что как раз слова генерала о том, что в моём интересе к ним нет никакого преступления. Значит, уже тогда ему верила. Предательница. Вот просто самой себя предательница…

Обёрнутый в мягкую коричневую кожу толстенный фолиант шлёпнулся на столешницу рядом с волком — тот и ухом не повёл. Не перестаралась ли я со своими умениями?..

Я рассеянно погладила мохнатый бок и перехватила сосредоточенный взгляд Эревина.

— Очухается, — успокоил он, будто прочитал мои мысли.

Я кивнула и вернулась к книге, пролистала до того места, на котором сломалась, решив, что автор трактата бесконечно умнее меня. Я и по-прежнему так считала, но с крохотной поправкой — сейчас мне чудилось, я смогла краешком глаза заглянуть в его намерения и мысли.

— Вы рассказывали мне про методы ваших соборных мастеров, потом я увидела вот эти формулы, — я ткнула в середину страницы. — А потом… я кое-что увидела внутри его тела. И это что-то по структуре напоминает описанное здесь. Но только отдельные фрагменты. И всё-таки слишком похоже, чтобы оказаться случайностью и совпадением.

Генерал склонился над книгой, которую я повернула так, чтобы ему было удобнее рассмотреть загадочные письмена.

— Не уверена, что до конца понимаю… Это как.. как соединение…

— Будто кто-то задался целью слить материю с энергией, — пробормотал Арес.

— А? — я заморгала, поводила глазами туда-сюда. — А-а-а-а… О-о-о-о!

— Ага, — кивнул Эревин. — Здесь напрямую указан синтез. Это и есть соединение.

Ох ты ж… Теперь понятно, почему я не смогла разобраться в этой писанине. Часть из упомянутого — вообще вне моего понимания. Неживая магия, искусственная. Не дар, а его имитация.

— То есть кто-то попытался описать процесс слияния природного с неприродным.

— Не просто попытался, — длинный палец ткнул в одну из формул. — И не только процесс. Он описал результаты.

Все боги Свободных земель… Я уткнулась взглядом в указанную формулу и пусть по-прежнему не до конца её понимала, теперь сообразила, что странные штрихи и закорючки, вспыхнувшие перед глазами, когда я «погрузилась» в тело волка, указывали именно на это. Я увидела простейшие элементы, из которых состояла эта искусственная мозаика.

— Эксперименты… Это описания экспериментов, — прошептала я.

Эревин кивнул:

— Похоже на то. И это уже совсем иной уровень угрозы. Умельцев подобного профиля — единицы. Такому посвящают всю жизнь и проводят её настолько уединённо, что отследить и выявить их почти невозможно. Ходят слухи, их даже опытные ищейки не в состоянии учуять. Всё из-за этого синтеза.

— Он калечит природный дар.

— Искажает магию, да. Размывает её и уродует. Волка можно считать счастливчиком. Видимо, он успел каким-то образом удрать от своих палачей, и они не успели его угробить.

— Вы с подобным уже сталкивались, — я не спрашивала. Раз он без труда выявил истину по формуле, тут и гадать нечего.

— За последние годы с чем только не пришлось.

— И кто они такие? Кто вообще рискнёт таким заниматься?

— У нас их зовут алхимиками.

Никогда про них не слышала, но слово мне это не понравилось. Пытать несчастных животных ради своих чудовищных экспериментов! Все манипуляции с даром, известные мне до сих пор, задействовали исключительно природные силы организма и естественным образом, по рождению полученную магию. А тут выходило, некто манипулировал даром, насильно соединяя её с рукотворными находками.

Это противоречило природе. От этого веяло чем-то очень опасным, чем-то страшным.

— Очевидно, поэтому и браслет вёл себя странно.

А вот это замечательно. Пусть и дальше грешит на происки этих самых алхимиков.

— Думаете?

— То реагировал, то нет. Вполне вероятно потому, что чем бы несчастное животное не напичкали, это не чистый дар. Видимо, такие устройства, которые могли бы улавливать даже сильно искажённую магию, соборным мастерам ещё только предстоит научиться делать.