Ведьма для Несокрушимого

Глава 19. Сила ведьмы

Пока самое худшее, что получила Эйвилин от брата-дознатца, была хлёсткая пощёчина. Но увы, иллюзий ведьма никаких не питала. Уж очень на неё нехорошо поглядывали.

– Железо сними, – произнёс дознатец, обращаясь к помощнику.

Звякнули браслеты. Ведьму усадили в деревянное кресло, но привязывать не стали.

– Колдуй, – сказал дознатец.

У него был низкий, тяжёлый и скрежещущий голос. Неприятный! Обычно низкие мужские голоса нравятся женщинам, но это был не тот случай.

– Что? – спросила Эйви пересохшими губами.

– Что умеешь, то и колдуй. Ты ведьма – покажи свое искусство.

– Рискуешь, – слабо улыбнулась она. – Вдруг я испепелю тебя единственным словом? Начнёшь гореть с башмаков…

И, к удивлению ведьмы, башмаки дознатца и впрямь задымились.

Новая пощёчина, и Эйвилин брыкнулась в кресле, норовя попасть ногой по голени мучителя. Он легко увернулся. Помощник плеснул ему на ноги воды, но в том не было большой нужды: тление уже прекратилось само собой.

– Очень хорошо. Наконец-то мы нашли, что искали, брат Джориан, – проворковал дознатец. – Эти, из Народца, только мешаются и скулят, но с этой дело пойдет на лад. Слабая, но стабильная сила. И отлично приманивает…

Он оборвал сам себя и взял Эйвилин за подбородок, жёстко задирая её голову, чтобы посмотреть ей в лицо сверху вниз.

– Ты же окажешь нам посильную помощь взамен на собственную жизнь? И, возможно, даже на здоровье, хотя тут я подумаю. Да? Будешь так любезна?

– Не буду, – с трудом выдавила Эйви.

Говорить, когда твоё лицо беспощадно сдавливают пальцы, непросто. Но уж она постаралась. Впрочем, пальцы тут же разжались. Дознатец вытер их о штаны, словно испачкался. Вот подлец, подумала Эйвилин, мог бы и в перчатках работать, раз тебе так неприятно меня касаться.

– Не буду я с вами, инквизиторами, любезна и помощи от меня не дождётесь.

– Эк тебя, ведьма… Из каких краёв тебя притащили, что ты так диковинно разговариваешь? – удивился и, кажется, насторожился дознатец. – Постой-постой… Брат Джориан, – окликнул он помощника, – а не припоминаешь ли ты ведьму из иномирья, что была тут с год назад?

– Да, гиль Орвальт, – тихо сказал подручный, втягивая голову в плечи. – Помню…

Эйвилин почуяла идущий от него страх. Брат-дознатец медленно отступил на шаг-другой.

– Брат Джориан, верни на её руки оковы, – сказал он необычайно спокойным голосом.

Понимая, что они боятся – хотя и не зная, чего именно! – Эйвилин дождалась, пока подручный подойдёт и оскалилась.

– Вот я тебе нос откушу, – пригрозила она, и Джориан выронил наручники.

Ведьма вскочила и вытянула руки, будто собиралась покарать обоих магией.

– Она слабая ведьма, – напомнил Орвальт, однако продолжил отступать.

– Да, гиль Орвальт, – слабым голосом ответил подручный и вдруг встал перед Эйвилин на колени. – Умоляю помиловать меня, гилла ведьма. Займитесь братом-дознатцем, он много таких, как вы извёл на пользу Крепости и форстальду, а я всего лишь его рука, да и то…

– Молчать, – бросила ведьма и с удивлением поняла, что подручный прервал свои речи в тот же миг.

– Замри, ведьма! – вдруг рявкнул Орвальт и тоже вытянул руки.

Джориан рванул куда-то, словно испуганный заяц, только башмаки застучали по полу да хлопнула дверь. А Эйви и дознатец Орвальт замерли друг напротив друга.

Она ощутила скованность, но тут же, тряхнув головой, сказала:

– Твои чары не действуют на меня, Орвальт. Остерегись колдовать, не то гиль форстальд узнает и уже не пощадит тебя.

– Это дозволенные чары, защитные, – мягко ступая вправо-влево, чтобы обмануть женщину этими движениями, проговорил дознатец. – Подчинись, ведьма. Здесь не будут ни пытать, ни убивать – мы же сразу объяснили, что желаем твоего содействия.

– А оковы зачем? – Эйвилин кончиком башмака поддела лежащие на полу кандалы. – Меня, кстати, не сдержать никаким железом, я ведь не из Народца… и я вовсе не из этого мира. Вы с Джорианом правильно догадались.

– Я хочу договориться, – Орвальт поднял руки выше, и Эйви напряглась в ожидании какой-нибудь подлости. – Нам нужны силы Во... Нужны силы Народца, чтобы подчинить драгула.

– Драгул?

Она уже слышала это слово. От него веяло чем-то неприятным, злым, до боли в зубах и пустоты в желудке.

Дознатец приблизился – опасно приблизился, и Эйвилин пришлось жёстко, быстро и не раздумывая приказать:

– Стоять на месте, Орвальт. Подчинись мне!

Он замер на месте, но непонятно было – подействовала на него магия или же просто остановился, чтобы не ухудшить шаткое перемирие.

– Рассказывай по порядку. Скажи, что за драгул?

– Чудовище. Крылатый ящер огромных размеров, – ответил Орвальт.

Он говорил вяло, словно из него вдруг вытянули всю волю и все чувства. Эйвилин слегка повела носом – так ей было легче прислушиваться к тому, что испытывал противник. Он сейчас показался ей побитым морозом растением – оно ещё зелёное, но уже готово потемнеть и обмякнуть.

– Укротить его может только сила Народца? – продолжила допрос ведьма.

– Форстальд Теадо владеет частью этой силы, но драгул плохо слушается форстальда.

– Как вы удерживаете чудовище?

– В железных оковах. Они его сдерживают, но иногда оно… брыкается.

Ну ещё бы, подумала ведьма, даже я брыкаюсь в оковах, разве кто-то в своём уме будет покорно сидеть на цепи? Даже маленькие феи и лепреконы против кандалов, что уж говорить об огромном ящере?

– Форстальд – маг?

– Нет.

– А ты?

– И я не маг. Мы… пользуемся силой. Забираем её у Народца и ведьм и используем по своему разумению. Орден Большой Охоты строго контролирует, чтобы мы не тратили силу зря.

– И форстальд не хочет её тратить понапрасну даже на укрощение драгула, понятно, – кивнула ведьма.

– Не может. Драгул плохо подчиняется магии.

– А кому он подчиняется хорошо?

Дознатец вдруг побелел и сжался в комок.