Ведьма для Несокрушимого

Глава 28. Встреча

Тенвен… Тенвен?

– Тенвен!

Азенальд сгрёб мальчишку в охапку, прижал к себе и тут же отпустил, чтобы посмотреть в лицо оруженосцу. Толком, конечно, ничего не разглядел.

– А я искал, где переждать ночь и непогоду, – запинаясь, пояснял Тенвен, – и вдруг смотрю – огонёк сквозь щели! Потом услышал голос, а это вы! Это ведь вы?

– Это мы, – сказала, выходя из темноты, ведьма, и оруженосец тут же напрягся.

– Все эти дни, – сказал Тенвен, – что прошли с того самого… Вы что же, сидели тут в сарае и? Да?

Он хотел попятиться, но Азенальд удержал юношу.

– Это честная женщина, которая дважды спасла мне жизнь, Тенвен. И моя жена.

Паренек не выдержал и сел. Эйви тихонько засмеялась.

– Да ты войди, войди, – позвала она. – Дождь всё-таки.

– Не такой уж сильный, – неуверенно сказал оруженосец. – К тому же я привык. Как вчера вечером гроза прокатилась, так с тех пор и дождь. То перестанет, то вот снова… Это не вы наколдовали, госпожа ведьма?

– Нас тут не было, – сказала Эйви.

Азенальд не выдержал, приподнял Тенвена за шиворот и водворил в сарай.

– Пусть зажжётся свеча, – сказал тихонько.

Это было очень странно – видеть, как свеча зажглась, лёжа на боку, на земляном полу рядом с пучками сухой травы. Если они уже вернулись в Альегрим, то почему слова так действуют, словно они всё ещё рядом с Воотом? А может, это его благословение так действует? Может, он случайно или нарочно передал Азенальду часть своей магии? И что теперь с этим делать? Дар, благословение, проклятие ли – всё равно рыцарь начал осознавать, что ему придётся скрывать это от людей. И всегда неизменно быть осторожным со словами…

Но, как бы то ни было, свеча зажглась – и Эйви тихонько вскрикнула, бросилась поднимать плошку и тушить сено, прибивая его ногой.

– Ещё бы чуть – и всё бы всп… огонь-пожар, – сказала она с упреком. – Хорошо, не сразу занялось! Лучше б я волшебный светоч сотворила, раз уж так…

– Не надо много слов, – сказал Азенальд.

Тенвен стоял с раскрытым ртом.

– Вы теперь тоже колдун, господин? – спросил он с трудом.

– С кем поведешься, от того и наберешься, ага, – безжалостно сказала Эйви.

– Я всё тот же, Тенвен, – заверил оруженосца рыцарь. – А теперь давай рассказывай, где мы сейчас и куда ты шёл.

– Как это куда? – юноша даже вроде бы обиделся. – Я шёл в Эльмлинд, потому что наше же дело надо довести до сведения Магистра! А вас нет, господин! Нет и нет! Я ждал…

Он шмыгнул носом.

– Успокойся, – сказала Эйвилин мягко. – Давай по порядку. Когда колдуны… тебя в жертву, их злая магия выбросила нас… далеко отсюда. И мы только что вернулись, понимаешь?

– Нет, – признался Тенвен.

– Мы позже расскажем, – сказал Азенальд, – а теперь давай ты, младший брат-.

– Ну я это… Пришёл в себя несколько дней назад. Помните студента? Который громче всех кричал, что надо сжечь ведьму?

– Ну да, я же ему сказала, что с маленькими мальчиками не сплю, – хмыкнула ведьма.

Азенальд готов был поклясться, что Тенвен покраснел, хоть в полутьме сарая это и не увидишь. Он знал, что оруженосец всегда очень легко краснеет, причем начиная с ушей.

– Это он спас мне жизнь, он теперь мой друг, – заявил Тенвен. – Место, где нас… Где нас убили, никто не трогал: его сочли проклятым. Но Эрнильф всё же туда пошёл. И вытащил меня! А потом вместе со старухой-повитухой выходил, с превеликим трудом. Но я за вас беспокоился, господин.

– А за меня? – с любопытством спросила Эйви.

– А за вас нет, – сказал юноша. – Я вас и не знаю вовсе, чего мне за вас беспокоиться? Тем более вы – ведьма.

– И моя жена, – напомнил Азенальд.

– Это ещё священник надвое сказал, – обиженно запыхтел Тенвен.

И рыцарь вдруг понял.

Конечно! Он ведь и сам не сразу и не вдруг сумел переступить через обеты и обязательства. Даже еще не привык, что может вот так запросто лечь с женщиной! Скорее даже, пока что только-только начал это осознавать. А Тенвен ведь сейчас настроен примерно так же, как сам Азенальд дней десять назад. Это было так странно: рыцарь словно вернулся не в иной мир, а в иное время, в прошлое, где и сам находился во власти заблуждений.

И вот он постиг, что путь прошёл куда больший, чем на самом деле. У Тенвена же этот путь только в самом начале.

– Просто мир – это больше, чем кажется, – сказал Азенальд. – И бог тоже больше, чем мы думаем. И что он дарит нам – то и надо принимать. А ещё надо отличать дар от наказания.

– Да? – буркнул Тенвен. – А меня за что наказали?!

– Это был не бог, а человек, и его мы собирались наказать в ответ, – ответил Азенальд.

– Вам лучше не соваться в Эльмлинд, – сказала ведьма с сомнением в голосе.

– Но видение-то, видение оказалось ложным, – возразил рыцарь. – То, что мы с тобой видели, Эйви – оно не сбылось.

– Видение? – встрепенулся оруженосец.

– Нет, оно не ложное. Это было то, что могло случиться. Просто дожди, дорога оказалась длиннее, чем думал Тенвен, – сказала Эйвилин. – Это наверняка случилось бы нынче вечером или завтра, если бы мальчик не свернул с дороги сюда и не встретил нас. Или если б вышел раньше на пару дней. Не знаю…

– И что же теперь? – спросил паренек. – Куда мы теперь? В Хадрифорд я не вернусь. И в Эльмлинд мне уже тоже не особо хочется. Тут я с ведьмой согласен, хоть она и ведьма.

– Вот и умница, мальчик, – одобрила Эйви. – В Эльмлинде будет злой-презлой командор Титольф, а из моего видения мы знаем, что уж он-то найдет слова, чтобы обмануть магистра.

Азенальд при звуках имени командора тут же потерял всё накопленное за путешествие благоразумие. А с ним и смирение.

– Титольф должен быть наказан! – яростно сказал он.

– Ну давай подстережём его на дороге, – предложила ведьма, – и скажем ему парочку слов, раз уж Воот поделился с нами своим даром. Пускай у него мошонка отвалится или уд сгниет!

– Нет! Я вызову его на поединок, – сказал Азенальд. – Я просто зря повернулся к нему спиной, надо было сразу… Зря я повернулся к нему спиной. Но сам со спины не ударю.