Ведьма для ректора-оборотня

Глава 17

Анна

Аня мчалась по дороге, словно преследуемая невидимым врагом. Навигатор, словно строгий надсмотрщик, отсчитывал минуты, а она, сжимая руль до побеления костяшек, обгоняла одну машину за другой. Каждая "черепаха" на дороге вызывала в ней раздражение, граничащее с отчаянием. Время, которое навигатор обещал ей в начале пути, неумолимо сокращалось - тридцать минут, двадцать восемь, двадцать… Но чем ближе она становилась к Александру, тем сильнее сжималось ее сердце. Ладони липли к рулю, голова кружилась, а в животе будто кто-то завязывал узлы.

— Тихо, тихо, — шептала она себе, стараясь дышать глубже и ровнее. — Не вздумай сейчас сломаться.

Сердце, которое еще минуту назад колотилось, как загнанное, постепенно успокаивалось. Но ненадолго.

— Через двести метров поверните направо, на грунтовую дорогу, — раздался механический голос навигатора.

Аня резко сбросила скорость, всматриваясь в темноту за окном. Справа — только густой лес, чернеющий, как бездонная пропасть. Она боялась пропустить поворот, боялась потерять драгоценные минуты. Мысль о том, что придется искать разворот и начинать все заново, вызывала у нее почти физическую боль.

— Вот же он! — выдохнула она с облегчением, заметив едва различимую колею, уходящую вглубь леса. Машина плавно свернула на узкую грунтовку, колеса мягко зашуршали по утрамбованной земле. Аня бросила взгляд на навигатор: пять минут. Всего пять минут.

— Спокойно, — прошептала она, но нога сама собой нажала на газ. Ее сердце, казалось, вырывалось из груди. Она должна была до него добраться. Должна была увидеть его, обнять, вдохнуть его запах, убедиться, что он настоящий. Это было безумие, но она уже не могла остановиться. Лес вокруг сгущался, деревья будто смыкались за ее спиной, оставляя только одну дорогу — вперед, к нему.

Дорога внезапно распахнулась словно шкатулка с сюрпризом — сквозь частокол вековых сосен замаячил силуэт особняка, чей гранитный забор вздымался подобно крепостной стене. Аня едва успела вдохнуть липкий от адреналина воздух, как у ворот материализовался ОН. Всего лишь силуэт в сумерках, но ее тело узнало Александра раньше разума — мурашки пробежали по влажной ладоням, сжимавшим руль.

Машина взвыла тормозами, подпрыгнув на ухабе. Сквозь звон в ушах Аня услышала, как дверь пассажира распахнулась. Холодный воздух ворвался в салон вместе с запахом дождя, сосновой смолы и чего-то дикого, острого, что всегда витало вокруг оборотня.

— Держись, — его голос прорвался сквозь туман в голове, будто нож сквозь марлю.

Сильные руки обвили ее талию, выдергивая из кресла с такой легкостью, словно она была тростинкой, а не взрослой женщиной. Аня впилась ногтями в кожу его шеи, глухо вскрикнув, когда мир опрокинулся — Александр прижал ее к груди, как ребенок прижимает спасенную игрушку.

— Ты... — голос сорвался на хрип. Его имя застряло комом в горле, превратившись в стон.

Он уже мчался к дому, неся ее так, будто за спиной пылал лесной пожар. Каменные ступени, скрип дубовой двери, приятный аромат воска и старого дерева... Диван в гостиной принял их мягко, как перина. Александр усаживал ее на колени с церемонностью музейного хранителя, расставляя руки — здесь поддержать локоть, там придержать за талию.

— Дыши, — приказал он, проводя ладонью по ее спине кругами. Пальцы аккуратно подцепили прядь волос, прилипшую ко лбу. — Медленнее. Через нос.

Она попыталась засмеяться, но получился лишь прерывистый выдох. Его тепло просачивалось сквозь ткань рубашки, смешиваясь с дрожью в ее конечностях. С каждым кругом, который его рука выводила на спине, мир обретал четкие края: треск камина за спиной, тиканье напольных часов, шелест его дыхания у самого виска.

— Лучше? — голос оборотня вибрировал, как натянутая струна.

Аня кивнула, уткнувшись носом в ямочку между ключиц. Его запах ударил в голову — дымчатый, с горьковатым шлейфом полыни. Руки сами потянулись под рубашку, нащупывая рельеф мышц под горячей кожей. Она почувствовала, как дрогнуло его тело.

— Я... — язык заплетался, но к чему слова, когда вселенная сжалась до точки под его ребрами? — Хочу. Тебя. Сейчас. Здесь.

Александр замер, став вдруг статуей из плоти. Когда он наклонился, его зрачки расширились до бездонных колодцев, где пульсировало что-то древнее и неукротимое.

— Ты уверена? — его голос был низким, почти хриплым, а глаза потемнели, словно тучи перед грозой.

Ответом ему стал поцелуй — страстный, жадный, безудержный. Сначала губы, потом шея, а затем — легкий, но ощутимый укус. Александр не заставил себя ждать. В следующее мгновение Аня взвизгнула, когда он резко поднял ее на руки и направился к спальне, не оставляя сомнений в том, что на этот раз его страсть найдет выход.

***

Несколько часов спустя

Анна

Сознание возвращалось волнами, как прилив, цепляясь за обрывки реальности. Ведьма осторожно открыла глаза. Тело было тяжелым, но приятно расслабленным, будто после долгого, глубокого погружения в теплую воду. Неудивительно — они с Александром провели несколько часов в его спальне, предаваясь страсти, которая оставила после себя лишь сладкую усталость и чувство полной гармонии. Ей было… хорошо, спокойно… правильно. Как будто потерянный пазл, который она даже не замечала, наконец встал на свое место, завершив картину. Теперь можно было просто любоваться этим совершенством, наслаждаться моментом. Аня уютно устроилась в крепких объятиях Александра, чувствуя, как его тепло проникает в каждую клеточку ее тела. Она улыбнулась, когда его губы коснулись макушки ее головы, оставив легкий, почти невесомый след.

— Я люблю тебя, Аня, — его голос, низкий и немного хриплый, заставил мурашки пробежать по ее коже.

— И я тебя люблю, — прошептала она, уткнувшись лицом в его грудь. Его сердце билось ровно и сильно, как будто отбивая ритм их общей жизни.