Ведьма для властного лорда

Глава 52.

Я не стала выходить встречать гостей. Нет у меня титулов и таких обязанностей. Зато Бэрри расшаркался. До меня доносятся рваные фразы гостей и отвечающий елейный голос Бэрри. Кажется, бедный управляющий рад переложить на кого-то свои горести и страдания.

Лорд Альва и тощий мужчина зашли в коридор, ловко сбросили плащи на руки Бэрри. Взгляды обоих гостей уставились на меня. Лорд смотрит с открытой неприязнью. Второй — с неприкрытым любопытством.

— Добро пожаловать. — разлепляю сухие губы и чуть кланяюсь гостям.

— Ты находишь его добрым?

Альва щурит глаза и вплотную подступает ко мне. Не дожидаясь ответа, тут же бросает второй вопрос:

— Что здесь случилось?

Как мне объяснить, что здесь случилось?

— Мы не поладили с госпожой Ладанией.

Опускаю глаза, не выдерживая вспыхнувшей ненависти в глазах лорда Альвы.

— Прекратите пугать девочку, милорд.

Ленивый голос второго мужчины дал мне немного надежды, что ко мне не будут относиться, как к дворовой собаке. Сильные пальцы упёрлись в подбородок и подняли мою голову.

— Какая красивая девочка. И, позвольте узнать, кто же та ведьма, что посмела перейти дорогу непревзойдённой госпоже Ладании? Говоря «мы», вы же не имеете в виду себя?

Позволяю усмешке коснуться моих губ.

— О… — брови мужчины поползли вверх: — Как интересно. Вы слишком молоды… хотя…

Мужчина отпускает мой подбородок, но я не опускаю больше взгляд.

— Где Элиас?

Грубо прерывает нас Альва.

— Наверху. — заискивающе бубнит Бэрри. — Мы его в спальне уложили.

Альва кивает и первым идёт наверх.

В спальне всё ещё стоит лёгкий запах парфюма Элиаса, смешанный с терпким ароматом трав. Лорд мечется по подушкам. Фера всё время обтирает его лоб, на котором то и дело появляются мелкие бисеринки испарины. По бледной, почти голубой коже лорда ползут чёрные нити, напоминающие ленты молний.

Я понимаю, почему Ладания шарахнула по мне «Чёрным огнём искупления»… Его действие ужасно. Сейчас Элиас чувствует, как огонь вплетается в кровь, ползёт по венам. Сначала он пожрёт магию, потом волю, потом душу и только потом тело. Элиас будет умирать долго и мучительно. И самое страшное, лорд не должен с ним бороться. Чем сильнее сопротивление, тем страшнее муки и тем дольше он будет гореть… Прикрываю глаза и выдыхаю. Почему он закрыл меня?

Альва ведёт ладонью над головой Элиаса, опускается ниже к груди и недовольно поджимает губы.

— У него почти не осталось магии. Что скажете вы, Чериас?

Лекарь трогает руку лорда, кладёт ладонь на лоб, потом опускает на шею.

— Ну, если мы что-то не сделаем, лорду Элиасу недолго осталось.

Мне хочется треснуть их обоих лбами, чтоб искры из глаз посыпались! Хочется кричать и требовать, но нельзя. И я прошу:

— Сделайте что-то, пожалуйста. Быть может, дом поможет с магией?

Оба поворачиваются ко мне. Альва нехорошо усмехается.

— Дом… Элиас укреплял этот дом магией много лет, каплю за каплей он пропитал его от погребов до крыши. Каждый маг защищает своё жилище. И вчера дом ответил на чужую магию таким ударом, что на многие мили вокруг те, у кого была, хоть кроха магии, будут долго приходить в себя.

— Эм… — вмешался лекарь. — Милая, у вас ведь есть настойки, травы?

— Конечно. — отвечаю так же вежливо.

— Несите все укрепляющие, жар утоляющие, боль ослабляющие. В общем, несите всё, что может помочь.

— И не торопись, ведьма! — кричит мне вслед Альва. — Мне надо с ним поработать.

Ненавижу его. Не знаю почему, но ненавижу.

Залетев в комнату зельеварения, начинаю быстро перебирать настойки и зелья, когда в мысли вплетается тихий шелест:

— Плохо?

Оборачиваюсь и закрываю рот ладошкой. Лодин… Он сидит на столе, его лапки безвольно раскинуты вокруг. Он напоминает чёрное солнышко. Только глазки-бусинки не блестят.

— Лодин, что с тобой?

Кидаюсь к своему другу и беру его на ладонь. До сих пор я только гладила его брюшко, всё же побаиваясь брать в руки. Да и он не наставал. Не коша, ведь.

— Я хотел помочь. Вцепиться в руку Ладании, когда она заклинание швырнула. Хе-хе… хорошо, что я внутрь от её удара залетел.

— Тебе чем помочь, миленький?

— Мышку поймать можешь?

Моя рука дрогнула от этой просьбы. И тут же короткий смешок:

— Брось, Яра. Шучу. Я могу, вообще, не есть. Отлежусь немного, и всё будет хорошо. Беги к лорду. Ему хуже.

— Убью эту тварь…

Столько ненависти во мне вспыхнуло, столько зла.

— Когда-нибудь, возможно. Положи меня на одеяло. Там мягко.

Я аккуратно положила Лодина на одеяло и почесала брюшко.

— Ты где там, ведьма?

В коридоре рявкнул недовольный Альва.

— Чтоб ты провалился…

И тут же заткнула рот кулаком. Ведьма в гневе так пожелать может, что сбудется на раз. Даже с магом. Поэтому тихо добавляю:

— Потом как-нибудь.

Хватаю отобранные флаконы и бегу.

— Простите, лорд Альва. Мне понадобилось время, чтобы собрать всё, что нужно.

— Ведьма… — словно выплёвывает пренебрежительно лорд.

У него явно к нам нелюбовь. Откуда? Почему? Маги используют силу магии, ведьмы — дар. Мы стараемся держаться подальше друг от друга. Маги сильнее нас. Каждая ведьма предпочтёт отступить и дать дорогу магу. Так откуда же эта ненависть? Что за тайна в жизни Альвы?

— Давай, милая, ставь всё на столик. Пока наш друг лечит душу, мы будем лечить тело…

Я рассказываю лекарю состав настоек, а с зельями и сама справлюсь. Я вливаю в рот лорда, через судорожно сжатые губы укрепляющее зелье, лекарь смешивает настойки. Элиас стонет от боли. Это невозможно слушать. Лекарь оголил его грудь, втирая какой-то свой порошок. На моих глазах выступают слёзы.

— Иди, Яра. Ты больше здесь не нужна. — ласково говорит лекарь, и я согласно ухожу.

Я не хочу видеть страданий лорда. Но и спать я тоже не могу. Всю ночь я сижу на постели рядом с Лодином и думаю, думаю, думаю. Что за тайна связывает Элиаса, Альву и Ладанию? Почему Альва всегда зол, когда общается с Элиасом, хотя даже ночевал в его доме? Два лорда, два родственника, два сильных мага… Так что они не поделили? Или кого? Ладанию?