Ведьма двенадцатого круга

Глава 2

С Жеромом мы распростились, как только я показала короткую дорогу к Управе. Возвращаться к форту уже не хотелось, да и Воздух восполнял мой резерв самостоятельно. Пусть и медленнее, чем нужно, но для работы мне важнее Вода.

На улицах царила эйфория. Люди поверили в прекращение пожаров и всячески нахваливали Повелителей Воды в противовес Повелителям Огня. Я тоже не удержалась и в одном из уличных кафе, где вдруг освободился столик, заказала себе большую порцию мороженого и коктейль с каплей абрикосового ликёра.

– Да не было там никакой огненной ведьмы, – раздалось за спиной, где друг против друга сидели две нарядные дамы. – Говорю ж тебе, что лично готовила гранки для вечернего выпуска. А там интервью с новым начальником магконтроля. И чёрным по белому – пожар не магический.

– У соседки сын в оцеплении стоял и её видел.

– Мало ли что ему там почудилось под конец, все на пределе были.

От кого-то я уже слышала про огненную ведьму, только это сказки: огонь противен нашей природе. И даже упоминание магконтроля сегодня не испортило аппетит. Я доела мороженое, не вслушиваясь больше в чужие разговоры, и лишь после этого с приятным чувством насыщения отправилась в лекарню.

Смену принимала у шефа – заслуженного лекаря Криса Кристофа. Он – живая легенда Ровайона, который не отдал Костлявой ни одного пациента. КриКри, как называли его все без исключения, вкратце рассказал о «старичках» (к счастью, за прошедшие сутки все стабильны, назначения без изменений) и о вновь поступивших.

– Мадам Леопольдина. Очередной криз. Давление я ей снизил, но нужно понаблюдать.

Я забрала у шефа карту назначений мадам, которая регулярно попадала к нам в отделение, ибо не пристало ведущей приме окружного театра принимать успокаивающие настои – «актриса должна жить на нерве!», – и сделала пометку в блокноте: «м.Л. – наблюдать». КриКри подождал, пока я закончу, и заговорил о следующем пациенте:

– Месье Домажон, предынфарктное состояние, будь с ним повнимательней.

Когда шеф говорит «повнимательней, Кандис», это означает, что пациент не из лёгких, но всё обойдется. А вот когда он, вздыхая, говорит «тяжёлый»…

– Главный пожарный маг Паскаль Люмерье. Тяжёлый. Обширный инфаркт задней стенки. Если бы не твоё дежурство, сам бы остался.

Обширный инфаркт. Это плохо. Особенно для мага, который только что в прямом смысле едва не сгорел на работе. Наверняка резерв у него пуст, а пополнить нечем. Иначе не довел бы себя до такого состояния.

Кри-Кри ещё раз вздохнул, с лёгкостью прочитав мои мысли, и предложил:

– А пойдём-ка посмотрим его вместе.

Паскаль Люмерье лежал под капельницей в ближайшей к ординаторской палате. Глаза его были прикрыты, у носа и рта залегли глубокие морщины, цвет лица серовато-синюшный (землистый, сказал бы Волчок), лоб обожжён, на руках повязки.

– Он обгорел? – спросила я полушёпотом.

– Как и все пожарные, – кивнул шеф. – К нам перевели из ожогового. Кандис, я рассчитываю на тебя.

Дело плохо. Когда КриКри говорит «я на тебя рассчитываю», значит, у пациента практически нет шансов. Предстоит нелёгкая ночь. Я подвесила на пожарного мага следилку – заклинание, что оповестит о любых изменениях в его состоянии, – и повернулась к шефу.

Глупо говорить, что сделаю всё возможное. Здесь надо было делать и всё невозможное тоже. КриКри, поняв, что я прониклась, удовлетворённо повернулся к капельнице, проверил скорость инфузии и положил руку на грудь пожарного.

Он гениальный диагност, хотя обладает лишь зачатками дара Земли. А может, как раз поэтому.

– Кандис, подключайся, – велел шеф.

Приложив свою руку к щеке пациента, я отпустила дар и прикрыла глаза. Процедура отработана: КриКри передает информацию, а моя задача – принять её без искажений. Вот оно, сердце Паскаля Люмерье. Вот зона поражения. Нет, никаких тромбов, значит, произошел мощный сосудистый спазм нескольких ответвлений коронарных артерий… И если бы маг имел достаточный резерв, он прекрасно бы справился с ситуацией сам.

А теперь, раз уж я тут, попробую усилить кровоток и снизить активность сердечной мышцы. Вот так. И чуть-чуть добавлю кислорода, ведь Воздух почти восстановился. Шеф мои действия одобрил и, убрав руку, ещё какое-то время постоял рядом. Кожа пожарного… нет, не порозовела, но перестала быть настолько землистой.

КриКри ещё раз повторил, что надеется на меня и, если что, немедленно приедет. Я в свою очередь, проводив до двери, передала привет его жене Клодетт и от души пожелала спокойной ночи.

Потом заглянула в палаты к другим поступившим, с мадам Леопольдиной поздоровалась почти как с родной, быстро прошла по отделению – следилка пока молчала. Тётушка Аньель пыталась помогать – жёстко пресекла. Мы все устали за это безумное лето, не хватало ещё осложнений в мое дежурство!

Отдала лист назначений младшей лекарке Хельге и предупредила, что ночь проведу в палате Люмерье. Хельга сосредоточенно кивнула и понеслась выполнять – только подол короткого зеленого халатика мелькнул. И надо же было мне остаться в коридоре и посмотреть ей вслед: прямо передо мной соткалась призрачная фигура Зёленой Дамы.

Те, кто считает, что от призрака легко избавиться, трижды поплевав через правое и дважды через левое плечо, увы, ошибаются: не так всё просто. В нашей лекарне обитал призрак монахини ордена Милосердных Сестер. Сестра Иза всю свою жизнь посвятила монастырской лекарне. И посмертие отдала своему детищу, которое теперь стало главной лекарней города. Мы носим зелёные халаты по традиции: таким всегда было облачение Милосердных Сестер. Считается, что это цвет жизни и надежды, но на самом деле зелёная ткань отлично скрывает красную человеческую кровь. И всего лишь.

Суеверных пациентов, считавших появление Зелёной Дамы плохим знаком, приходилось разубеждать: она помогала не раз и не два. Я всегда относилась к сестре Изе с уважением, хоть и уставала от её нравоучений. Дело в том, что ведьмы, даже такие слабые, как я, не только видят, но и слышат призраков.