Ведьма и ее волк

11.3 Выезд в ставку

Я растеряно оглянулась. Изабель оттеснило в сторону сада разноцветным облаком фрейлин, которые пылали магическими огнями и украшениями-артефактами. Стража сгруппировалась у выезда, а первое ландо уже выезжало в ворота. Его неплотным кругом окольцевали вергийцы на ганноверских верховых.

— Пять минут, — повторил он, чуть ли не по слогам. Красивый рот скривился в ледяной усмешке. — А не пятьдесят, миледи, так что попрощаетесь наконец со своим возлюбленным и идите в ландо.

Я промолчала, слишком ошарашенная, чтобы возражать. Граф Рени тоже промолчал, но взял меня за руку, перехватил мой не слишком тяжелый ридикюль и помог усесться в карету, даже расправил платье, хотя Лиз завозмущалась. Князь зачем-то пошёл за нами,

— Короткой дороги, — пожелал граф почему-то шепотом.

Я успела схватить его за руку, уже когда он выходил из кареты:

— Я хочу встретиться с ле Кроем, — шепнула я, почти прижавшись губами к его уху. — Помогите мне с этим.

Ухо заалело, а Князь, стоявший чуть ли не вплотную к нам нахмурился, хотя и без того выглядел угрюмым. Не знаю, понял ли меня граф. Я засмотрелась на Князя, но когда ко мне в карету запихнули перепуганную леди Брижен, мгновенно очнулась от розовой дымки. Дымки, в которой меня ревновали, со мной флиртовали и делали приятные намеки. И граф мне очень нравился. Ещё бы Князя не было...

Но Князь, к сожалению, был. Погрузив меня в карету и окинув меня на прощанье нечитаемым взглядом, он тут же умчался на тонконогом Герцоге и его тёмные волосы, небрежно схваченные в низкий хвост, золотило первое солнце.

Наше ландо при выезде верховые воины взяли в плотное оцепление, а позади телепалась повозка с обслугой, горничными и лекарями. В основном, не магически одаренными, а самыми обычными. А вот присутствие в карете леди Брижен, трусишки, скромницы и паиньки, меня искренне удивило. Я, конечно, посоветовала ей обратить внимание на Андреса, но пара танцев на балу — это одно, ни к чему не обвязывающее приключение, а вот поехать за милым на войну — близко к диагнозу. Довольно неутешительному.

— Не ожидала увидеть вас здесь, леди Брижен, — голос против воли звучал радостно.

Неважно по какой причине леди так сглупила, мне это было только на руку.

Мимо промчался взмыленный маркиз Фершек. Кудри стояли дыбом, а на горбоносом смуглом лице углями горели глаза. За ним весело и словно бы в шутку гнался один из волков. Леди Брижен отвернулась от окна кареты и бледно улыбнулась.

— У меня есть слабые лекарские навыки, на желтый камень хватило, чтобы Королева сочла мое общество достойным вашей особы. Я приставлена к вам фрейленой, леди Бэкфорд.

Ландо словно споткнулось, дрогнуло и остановилось. Дверь распахнулась и внутрь с интересом заглянул Князь.

— Я устал, — голосом ученика воскресной школы сообщил Князь. Солнце весело плавилось в глубине его глаз. — Уступите мне место, леди Брижен, пожалейте мои седины. В моем возрасте невозможно столько ездить верхом.

Я с недоумением уставилась на двадцативосьмилетнего Князя, прикидывавшегося глубоким стариком ради места в ландо. Моя сестрица и та его старше.

— Леди Брижен и… ваша горничная? В ландо с графом Мертоном есть пара мест, куда более комфортабельных. Подушки и отвар от укачивания.

Кровь застучала в висках. Граф Мертон? Здесь? Вот почему Нэнси так беззаботно отпустила меня с Князем.

Зачем? Она не может не знать, что Княже влюблён в неё до безумия, как и все мужчины в пределах видимости, кроме разве что психологически устойчивого графа Рени. Может, и он бы потерял голову, если бы ту не потерял его брат.

Конечно, Князь их нисколько не выгонял, даже предложил благоустроить карету прямо сейчас, но на самом деле он их просто выставил. К моему удивлению, леди Брижен заартачилась:

— Если вам угодно, я останусь здесь, миледи Бэкфорд.

Угодно! Но, увы, неизбежно. Теперь я предпочитала разделаться с последствиями своих решений сразу.

— Лиз, позаботься о леди Брижен, — мы с Лиз переглянулись.

Надеюсь она меня поняла.

Графство Брижен было невелико, неплодородно и граничило востоком с конфликтующей Бато-Констри. Те наскакивали на Сантарию дважды в год — весной и осенью. Отец считал, что у них сезонные обострения и сверял по ним дворцовые часы. В минуты добродушия подкидывал графству довольствия, но не часто, не много и с язвительными комментариями. Вглубь страны батийцы, лишенные качественного стратега и сильной магии, все равно бы не зашли, самое большое — графство раскатали по брёвнышку… Но кого интересовала безопасность такого маленького, политически инертного графства на окраине страны?

Графство однако стояло, хотя его гибели ждали с минуты на минуту двадцать лет подряд, и никто даже не задумывался, чем вызвана такая живучесть. У старика-графа было вполне приличное войско, отец лично его проверял, когда пришли первые слухи. Говорил, неплохие молодцы. Сильные. Только численность небольшая. Сотни три. И как они выживают при набегах батийцев?

О том, что войско графа Брижен состоит сплошь из ведьм я узнала за сутки до смерти.